Одержимый жаждой - Амира Алексеевна

— Я не стану писать никакое заявление в полицию. — Смотрю на него с открытой неприязнью. — Кирилл, — обращаюсь к водителю, — мы сейчас же возвращаемся домой.

Делаю шаг в сторону машины, на которой приехали сюда, как директор останавливает меня за руку, вцепившись в нее мертвой хваткой.

— Я вас никуда не отпущу. Вы сейчас же должны поехать на скорую и зафиксировать ушиб головы.

— Если вы сейчас же не отпустите мою руку, я напишу заявление в полицию на вас за домогательство. — Процедила сквозь зубы я.

Этот мужчина все больше и больше вызывает во мне неприязнь. Понятно, что именно он сейчас добивается. Ему лучше обвинить рабочих в заговоре и в покушении на себя, нежели платить им зарплату.

Максим Альбертович поджал губы, а потом и вовсе стал нервно их кусать. Руку мою все же отпустил, и я направилась к машине. Кирилл за мной.

— Асия Владимировна, я согласен с Максимом Альбертовичем. Вам нужно поехать в больницу.

— Нет, я не поеду ни в какую больницу. — Категорически отказываюсь. — Отвези меня лучше в какое-нибудь кафе. Я голодна.

Мы садимся в машину и под пристальные взгляды собравшихся рабочих выезжаем с территории мясокомбината.

На улице заметно стемнело. Зажглись уличные фонари, город погрузился в волшебную вечернюю атмосферу.

— Асия Владимировна, — обратился Кирилл, одновременно выискивая глазами подходящее для нас кафе. — Нужно позвонить Равилю Дамировичу и обо всем ему рассказать.

— Нет! — вскрикнула я, чем напугала мужчину. Он, бедненький, даже вздрогнул от моего крика.

— Нет, ему мы не станем ничего говорить. — Произношу уже спокойно.

— Почему? — недоумевал он, остановив машину возле кафе с красивым названием «Милано».

— Не хочу его радовать. — Буркнула я, на что Кирилл широко улыбнулся. — Кому скажи, сразу же обсмеют. Название для местной газетенки: «Кусок стейка чуть не убил начинающего юриста» или «Мясо сбивает с ног девушку».

Я фыркнула, смеясь над своими же словами.

— Если не мы, то обо всем ему доложит Максим Альбертович. — Заметил водитель.

— Уже доложил. — Мрачно смотрю на экран своего мобильного, где высвечивался входящий звонок от шефа.

Я сбросила звонок от шефа, а потом и вовсе выключила свой мобильник. Кирилл все это время удивленно наблюдал за моими действиями, но не проронил ни слова.

Мы вошли в кафе, заказали себе по салату и второму блюду. Через час мы отправились в дорогу, сытые, немного отдохнувшие.

Обратно возвращались уже быстрее. На трассе было меньше машин, Кирилл ловко маневрировал между другими автомобилями, обгоняя их на высокой скорости.

Чем ближе мы подъезжали к городу, тем сильнее начинала болеть голова. Должно быть, аллергия на шефа.

— Асия Владимировна, как вы себя чувствуете? — уже в третий раз за час интересовался Кирилл, то и дело поглядывая на меня.

— Кружится голова, звон в ушах и подташнивает. — Признаюсь честно, так как сил уже не было терпеть эту головную боль.

— Я отвезу вас в больницу, если вы не против. — Кирилл резко меняет маршрут, ведя автомобиль по ночному городу.

Час просидела на скорой. Выясняется, что у меня сотрясение мозга.

От госпитализации категорически отказываюсь, и Кирилл везет меня домой, заехав по пути в аптеку за необходимыми лекарствами.

У своего подъезда я замечаю машину шефа.

— А что он здесь делает? — рассуждаю вслух.

— Простите, но мне пришлось сказать шефу об этом инциденте. — Признается Кирилл, останавливая машину рядом с джипом шефа.

— И когда ты успел ему обо всем доложить? — смотрю на водителя с негодованием.

— Когда вас осматривал врач.

Выхожу из машины, бросив Кириллу прощальный убийственный взгляд, на что он лишь виновато улыбнулся.

— Ты зачем выключила свой телефон? Я звонил тебе! — Равиль выскочил из своего джипа и тут же набросился на меня, схватив за плечи.

Я сморщилась от боли.

— Прости. — Равиль сразу же отпускает меня, но продолжает сердиться: — Никогда больше так не делай. Кирилл, — обратился к водителю. — Можешь ехать домой. На сегодня ты свободен.

— Есть, шеф. — Смиренно отозвался мой водитель, и через несколько секунд я уже наблюдала за тем, как его машина выезжала с моего двора, пока вовсе не пропала за соседним домом.

— Я тебя провожу до твоей квартиры. Пойдем, — аккуратно берет меня за руку и ведет к подъезду.

Я не противлюсь, не спорю, послушно следую за ним. Нет ни сил, ни желания ругаться с ним. Хочется поскорее прилечь в мягкую постель и забыться крепким сном. А тот стейк мне еще будет сниться.

Лифт снова не работает. Приходится подниматься пешком по лестнице на пятый этаж.

— Постой, — остановился шеф между первым и вторым этажом, потом неожиданно берет меня на руки и начинает нести на пятый этаж.

Если он сейчас споткнется, и мы полетим вниз по лестнице, тогда мне все же придется воспользоваться вынужденной госпитализацией.

Но шеф уверенно и довольно легко дотащил меня до моей квартиры.

Я открыла ключом дверь и вошла. Равиль вошел вслед за мной.

Он вел себя так, как будто ежедневно приходит ко мне в гости: снял с себя верхнюю одежду, повесил ее на вешалку, потом снял обувь и прошел на кухню.

Находясь в легком шоке, я слышу, как он поставил на плиту чайник и открыл мой холодильник.

— У тебя холодильник пустой. Ты знаешь об этом? — прокричал он из кухни.

Растерянно почесывая затылок, я отправляюсь на кухню и наблюдаю забавную картину: шеф, сидя на корточки, ищет что-нибудь съедобное в моем холодильнике и не находит. Потом хватается за свой телефон и начинает куда-то звонить.

— Доброй ночи… Верно… Две порции… — Потом называет адрес моего дома и убирает телефон обратно в карман своего пиджака. — Как ты себя чувствуешь? — пристально смотрит мне в глаза, и я, смущенная от его внимания, отхожу к окну и начинаю делать вид, что смотрю во двор.

— Бывало и лучше. — Отвечаю, стоя к нему спиной. — Зачем вы пришли? Чтобы позлорадствовать?

— Не неси х*йню. Видимо, стейк вышиб из твоей головы остатки мозгов. — Процедил сквозь зубы он, обозлившись на мои слова.

Засвистел на плите чайник.

— Я сам. — Произнес шеф холодно, когда я уже хотела идти выключать его. — Ты что будешь? Чай или кофе?

Какой же он наглый. Но… к своему удивлению, я поняла, что это мне нравится.

— Чай. — Отвечаю ему с той же холодностью в голосе. — Кофе у меня закончилось.

— Завтра распоряжусь, чтобы бухгалтерия выписала тебе аванс. Перечислят на твой счет.

Равиль по-хозяйски открывает кухонный шкафчик, будто знает, что именно там лежит вся моя посуда, и вытаскивает две чашки.

— Я не нуждаюсь в ваших подачках…

— И еще, чтобы завтра