Помощница для босса с двойным прицепом - Анастасия Владимировна Иванова

Папа подмигивает Максу, тот улыбается в ответ.

– Полностью с вами согласен, Дмитрий Владленович. Вы сегодня встречаетесь с риелтором?

– Да, спасибо за помощь, – папа немного смущается, отводит взгляд в сторону, потом снова смотрит на Максима: – Не представляю, насколько бы всё затянулось, если бы не твои люди.

Макс на самом деле сильно выручил папу: сначала предоставил адвоката и ускорил развод. Потом помог с продажей квартиры. Покупатель нашёлся сразу, а сделка прошла за считанные дни. Максим вообще предложил выкупить мамину долю, но отец отказался. Сказал, что ему не хочется возвращаться туда и что он предпочёл бы начать всё сначала.

– Позвони после суда, – папа целует меня на прощание, закрывает за нами дверь.

Максим переплетает наши пальцы, сильнее сжимая мою руку, ведёт в сторону лифтов. Кажется, он этого дня ждал не меньше моего. И пусть не показывает, но я успела изучить своего мужчину. Вижу, что он тоже волнуется. Губы поджаты чуть сильнее обычного. Взгляд задумчивый куда-то вдаль. Мою ладонь поглаживает на автомате. Впору мне самой его успокаивать, и от этой мысли становится так легко и смешно.

– Макс, всё будет хорошо. Виктор сказал, что у суда не будет ни единого шанса нам отказать в разводе.

Максим отмирает, смотрит с небольшим удивлением, как бывает у людей после сна, оказавшись в незнакомой обстановке.

– Знаю, – наконец улыбается мне.

Расслабившись, приваливаюсь к мужской груди. Чувствую, как бьётся его сердце, и становится как-то хорошо. Уютно и спокойно. Максим ласково поглаживает моё плечо, вырисовывая на нём витиеватые узоры.

Около здания суда нас ждёт Виктор, а рядом с ним Игнат, моя мама и седовласый мужчина. Они все втроём о чём-то разговаривают. Игнат явно выходит из себя, начинает активно жестикулировать, метаться на месте, пинает пластиковый стаканчик, который валялся под его ногами.

– Что здесь происходит? – в голосе Макса металл, а взгляд уничтожающий.

– Мне нужно поговорить с женой. Наедине.

Игнат делает шаг ко мне, но Максим преграждает ему дорогу. Загораживает собой меня.

– Нет.

Бывший муж сверлит недовольным взглядом то меня, то Макса. Потом смотрит на Виктора и своего адвоката. Сплёвывает на асфальт, ругается под нос. Морщусь от отвращения, глядя на всё это. От образа успешного бизнесмена ничего не осталось.

– Чёрт с тобой! – выплёвывает со злобой и обречённостью. – При всех так при всех. Вероника, забирай детей. Да если хочешь, можешь и квартиру забрать! Только бизнес мой не трогай, прошу!

Перевожу удивлённый взгляд на Виктора, а тот стоит и едва заметно улыбается. Серьёзно? Он был готов лишить моего бывшего бизнеса? И, судя по панике на лице Игната, у него бы получилось.

– Подумаю, – кидаю, отворачиваюсь и иду в сторону здания суда.

Мне в спину летят проклятия вперемешку с мольбой. Но ни то, ни другое меня не трогает.

– Никуш, доченька, давай поговорим? – мама хватает меня за руку, но я быстро освобождаюсь от её захвата.

– Мне некогда. Заседание вот-вот начнётся.

– После суда? Я подожду тебя здесь.

На раздумья у меня уходит несколько секунд, я всё-таки киваю.

– Ты не обязана с ней говорить, – Максим прекрасно чувствует меня.

– Она моя мама. Я не могу просто так вычеркнуть её из своей жизни, – поворачиваюсь в сторону адвоката и озвучиваю принятое решение: – Оставьте Игнату его бизнес, а квартира пусть перейдёт мальчишкам.

Виктор кивает, давая понять, что услышал. Открывает толстую дубовую дверь и пропускает нас с Максимом в просторный зал суда.

Через час я, наконец, становлюсь свободной женщиной.

– Только особо к этому статусу не привыкай, – предупреждает меня Макс, а я даже не думаю возмущаться такому заявлению.

Лёгкость пропадает сразу, когда выходим на улицу и я вижу маму.

– Я сейчас, – целую своего мужчину в щёку.

Каждый шаг навстречу к матери даётся тяжело. Словно иду против ветра. Останавливаюсь в нескольких шагах от неё. Ближе подходить нет никакого желания. Мама хочет приблизиться, раскидывает руки для объятий, но натыкается на мой взгляд и тормозит.

– Никушка, поговорим, пожалуйста?

– Говори. Только не надо рассказывать, что ты хотела как лучше.

– Зря ты так, – говорит с обидой в голосе.

– Мам, ты за всё время мне ни разу не позвонила! Не узнала, как я или как мальчишки.

– А ты? Ты так безоговорочно приняла сторону отца! Забыла обо мне. Хоть бы раз предложила помощь. Если бы не Игнат, неизвестно, что со мной бы стало.

На этих словах не выдерживаю и начинаю смеяться. Немного нервно. Истерично.

– Вот оно что! Тебе деньги нужны, да?

– Ника, я из-за тебя и твоего отца осталась на улице! Ни привычной жизни, ничего нет! Денег от моей доли в квартире не хватит на новое нормальное жильё. Мне придётся переезжать в студию за МКАДом!

– Что ты хочешь от меня?

Мама косится в сторону Максима.

– Помоги с жильём. Мне хватит однокомнатной, но в городе. Да и сейчас на расходы бы немного не помешало.

Молча достаю телефон из сумочки, захожу в мобильное приложение и перевожу тридцать тысяч.

– Хватит в качестве извинений за разрушенную жизнь, мам? Или мало? Сколько тебе Игнат платил? Прости, я не в курсе расценок на материнскую любовь и поддержку. Захочешь повидаться с внуками – позвони.

Разворачиваюсь, успеваю сделать несколько шагов, когда мама снова меня окликает:

– А квартира, Ника?

Не отвечаю.

Спешу уйти, чтобы она не видела предательскую влагу на моих глазах.

Глава 36

– Мам, а когда Максим вернётся? Я ему рисунок нарисовал, смотри!

Денис протягивает лист, на котором изображены все мы: я, Даня, Денис и Макс. А ещё пёс. Максим пообещал мальчишкам купить собаку, когда вернётся из командировки. Теперь Даня и Денис с ещё большим нетерпением ждут его возвращения.

– Сегодня ночью. Вы уже спать будете, но когда проснётесь, он уже будет дома.

– Мы не будем спать, – упрямо заявляет Даня.

Не спорю – бессмысленно. Но уже готовлюсь к тому,