Служанка ректора Академии военных драконов - Юлия Удалова

Так что люксовые чулочки я прикарманила. Стрелку замазала клеем, чтобы не поползла дальше, и очень аккуратно их постирала, потому что коктейль, по соседству с которым оказалась порванная коробка, успел туда проникнуть.

Вовремя я отыскала эти чулки, мои флисовые с формой бы совершенно не смотрелись. Жаль, никто из высоковровных дракайн не выкинул порядочных туфель.

Но я не буду терять надежды, а буду продолжать вести наблюдение.

Со всеми этими заботами в Алом зале, я думала, что припозднилась не так уж и намного – всего-то пара минут.

Но, когда тихонько вошла, то оказалось, что офицерская вечеринка уже полчаса как началась.

Проклятая Жупело специально сказала мне неправильное время, чтоб я сильно опоздала и получила нагоняй от ректора!

Внутри мелькнула сумасшедшая надежда, что Лейтона тут нет – заболел, уехал в командировку или его, например, черти слопали.

Но я и сама понимала, как это глупо.

Мужчины расположились в бильярдной и уже даже начали партию. Покои были очень хорошо освещены, еще ярче было от ламп, которые горели над бильярдным столом.

Им нужно было разносить напитки и закуски – чем я и хотела заняться, собравшись тихонько проскользнуть на кухню.

Тем более, внимания на меня никто, вроде как не обратил. Что и великолепно…

Никто?

Я всей кожей почувствовала на себе этот взгляд и повернула голову…

ГЛАВА 34

Лейтон Уинфорд замер с кием в руках, опершись о бильярдный стол.

Была его очередь нанести удар…

Но он словно забыл об этом.

И смотрел на меня через всю комнату.

Высокий крупный мужчина, тоже в форме, со смехом хлопнул его по плечу, призывая вернуться к игре, но ректор даже не отреагировал.

Льдистые глаза Лейтона пронизывали меня насквозь, как будто стремились вобрать в себя, как будто он целую вечность мог вот так неподвижно стоять и смотреть, не замечая ничего вокруг.

Абсолютно не выдавая эмоций, я легонько поклонилась ему и скрылась в недрах покоев.

Сейчас при всех отчитает за опоздание, как пить дать! А потом заставит отжиматься по количеству минут, на которое я опоздала!

Излюбленный прием сукина сына, куда ж без него?

Отжиматься при всех этих мужиках не хотелось, но я мысленно подготовилась к этому, как к неизбежности.

В платье и фартуке будет, конечно, не особо удобно, но мне ведь не привыкать.

Вскоре я вошла в бильярдную с подносом в руках, каждую секунду ожидая окрика и последующего нагоняя Уинфорда за опоздание. Каково же было мое удивление, когда этого не произошло.

Ректор и офицеры-преподаватели были заняты партией в бильярд и разговорами о политике, и на меня обращали меньше внимания, чем на окружающую мебель.

Что меня больше чем устраивало.

На подносе тихонько позвякивали стаканы с прозрачным содержимым, которым я обносила гостей. На золотой тарелочке лежали тонко нарезанные дольки лимона.

Прежде чем пристроить бокалы на поднос, я осторожно понюхала один и скривилась – судя по терпкому запаху можжевельника, это была водка или джин. А может, абсент.

Но драконы потягивали крепкий напиток, как обычную воду.

Я старалась быть как можно более незаметной, а сама прислушивалась к их разговорам, надеясь уловить что-нибудь полезное.

Говорили о волнениях рабочих на металлургическом комбинате в округе Шахты, одном из семи – таком же, как и моя Обочина.

– Чернь изволит хлеба и зрелищ, – высокопарно рассуждал офицер генеалогии Кан. – Власти Драковии уж слишком мягки с этими шалопаями. Обычная стачка необразованных, бесчинствующих баламутов. Ваш отец, Лейтон, генерал Норман Уинфорд, с легкостью пресечет эти… бессмысленные волнения.

– Весьма поверхностное суждение, офицер Кан, – задумчиво проговорил Лейтон, красиво и точно загнав в лузу шар. – Кривовский люд слишком темен и неорганизован. Но кто-то его организовал, как ни удивительно. Кто-то мутит воду, умело вызывая недовольство правительством и волнения среди кривовцев…

– Вы хотите сказать, что… Это дело ренегатов?! – вскинулся Кан.

– Подавить протест – дело моего отца. Лично меня больше интересуют зачинщики, – бросил ректор, снова сыграв шар.

Все это время, пока находилась здесь, я по крупицам собирала информацию о мире, в который попала.

По обрывкам разговоров и прочитанным статьям в местных газетах мне удалось понять, что в борьбе с Кривым орденом Лейтон выступает под эгидой своего отца – легендарного генерала, матерого черного дракона Нормана Уинфорда. А наш ректор при нем – что цепной пес, который все время находится в тени, но выясняет главное. Если папочка Лейтона, генерал Норман Уинфорд – грубая военная сила, майор Лейтон Уинфорд – разведка.

По крайней мере, такая картина сложилась у меня. Но заблуждений по поводу своей проницательности я не испытывала.

Незнакомый враждебный мир, ужасные условия – я могу ошибаться в своих суждениях.

Мне бы, главное, выжить.

И достать где-то себе новую обувь, не говоря о таких глобальных вещах, о которых сейчас рассуждают мужики за бильярдом и крепкой выпивкой.

Закуски, которые я понесла сразу после алкоголя, разумеется, были на уровне. Источающие нежный, чуть острый аромат прошутто, хамон, десятки разнообразных видов мяса типа карбонада, ребрышек или вырезки.

Драконы любили мясо. Однако, я разложила на изысканные тарелки и замысловато закрученные рулеты из красной и белой рыбы, и блинчики с икрой и соленья, состоящие из крошечных соленых огурчиков и маринованных белых грибов.

От запаха и вида всего этого изобилия, еды, которая была так близко, прямо у меня в руках, мутило и наворачивалась голодная слюна.

Сделав очередной круг по бильярдной, я вернулась в кухонную зону.

Легкое головокружение…

Пошатнувшись, я оперлась рукой о стол.

Еще не хватало упасть в голодный обморок!

Нет!

Нет, я лучше из мусора буду просроченную курятину хавать, нежели сейчас незаметно стащу хоть кусочек с одного из этих изобильных блюд.

Хавать…

Мерзкое словечко из лексикона моего отца, которого я знать не хотела, всплыло в мыслях само собой.

Никогда, никогда в своей жизни я не буду иметь ничего общего с тобой...

Мотнула головой, отгоняя голодный приступ.

Только не сейчас.

Сделала пару глотков теплой воды из графина, и терпеть голод стало легче. Правда, не уверена, что имела право пить эту воду, но, пожалуй, воду моя гордость готова была стерпеть.

Когда я вернулась в бильярдную с очередной порцией выпивки, то сразу обратила внимание, как сгустилась атмосфера.

Всеобщее внимание было приковано к бильярдному столу и крупному русоволосому мужчине с зелеными глазами и в форме