Красавец и чудовищ...ная ведьма - Татьяна Антоник

была куда более искусней, она подрабатывала танцовщицей, и кого только не встречала на жизненном пути, но подруга растерянно пожала плечами. Ну, да, круги у нее были светские, но мужские.

— Еще раз прошу прощения, — повинилась брюнетка. — И что тогда прикажешь делать с этой выскочкой? Как ее там...

— Вивиан Андерсон...

Похоже, мое имя произвело фурор среди травы и розовых кустов. Леди шумно и торопливо зашептались.

— А не ее зовут «Несчастливая Вив»?

— На которой так никто и не женился.

— А вы ее видели? Небось страшная.

— А почему не женились? Женихи сбежали от невесты? — захихикал кто-то.

— Поговаривают, что она похожа на змею, глаза косые и хитрые, вся в прыщах...

Такого отношения к себе я стерпеть не могла. Между прочим, я довольно миловидна. И это не меня бросали у алтаря, а я отказывалась выходить замуж. Что за люди? Крысятничайте о ком-то себе под нос, так хотя бы не перевирайте данные.

К тому же стало безумно интересно, а что связывает Говарда с леди Ройстен? Дракон не казался любителем молодых девиц на выданье, по нему не скажешь, что он страсть как мечтает себя окольцевать... Боги, сколько я всего не знаю о Ричарде. А если мечтает?

— Кхм, — кашлянула я, выбираясь из своего зеленого укрытия. — Дамы, будем знакомы, я та самая змея.

— Кто? — хором вспыхнул мой антифанатский кружок.

— Ну, змея с косыми глазами и в прыщах. Меня зовут Вивиан Андерсон, — сложила руки крест-накрест, — а я с кем имею честь общаться?

К слову, Маргарита за мной не вышла, но опять похлопала по переднику, мол, не справлюсь дипломатией, в ход пойдут кулаки и предметы. Это мы учтем, но я за гуманизм и любовь к ближнему.

Незнакомка с именем Мэрилин с презрением воззрилась на меня.

— Ты? А я тебя помню, ты была на приеме Торпов в честь именин их наследника.

— Точно...

— Точно, она, — снова зашипели на меня подружки леди Ройстен, пока та обходила меня по кругу.

Я выдержала ее гневный взгляд, попутно обмениваясь ужимками со спрятанной Аннабелой. Весь ее вид словно говорил: «Нам надо разделиться. Ты оставайся и всех отвлекай, а я буду прятаться».

Предательница.

— Ты ведь с господином Говардом именно там познакомилась, — возмутилась Мерилин. — Как ты можешь быть его невестой?

— А я шустрая. Опомниться не успела, — и совсем же не лгала, — как оказалась окольцованной и помолвленной.

— Брехня, не мог он так поступить, — Мэрилин топнула ногой. — Я знаю Ричарда, он бы никогда не сделал предложение, — она вновь окинула меня глазами, — такой как ты.

Я намеревалась было поинтересоваться, почему именно такой, как я, но свою репутацию знаю. Поздно сожалеть. Еще мать леди Андерсон говорила, что если бы все сожаления были лошадками, мы бы пешком никогда не ходили. Посему задала вопрос иначе:

— Мэрилин? Да? — получив молчаливый кивок, я продолжила: — А откуда ты близко знаешь Ричарда? С чего бы тебе делать такие выводы?

Девушка ядовито усмехнулась и обмахнулась веером. Сейчас она почувствовала силу в положении, явное превосходство, и очень упивалась им.

— Я знаю Ричарда, мне и пятнадцать не исполнилось, а он уже спас меня от разбойников. Думаешь, за что его король так привечает? Он же даже не подданный нашей страны. Его Величество благодарит дракона, за то, что он спас дочку аристократа.

Слабый аргумент на близость, но и леди Ройстен не унималась, забрасывая меня новыми, любопытными фактами.

— Он нас потом навещал, видно намеревался на мне жениться, — добавила она горделиво. — И я его видела... — у меня дыхание сперло, — в доспехах, — с радостной моськой сообщила Мэрилин. — Так что нет, не мог он сделать тебе предложение. Посмотри на себя и на него...

Да, куда ни глянь, всюду поспел красавец. Каждая фрейлина о нем мечтательно вздыхает.

— А я его видела... — я выдержала эффектную паузу, — и без одежды. Съела?

Опустим то обстоятельство, что дракон был без сознания, а я тащила его на плаще, проклиная на чем свет стоит его вес и мужественную фигуру, зато тоже успела заценить рельефные мускулы, брутальные шрамы, ну и метку истинности. Не буду жеманничать, Говард слишком хорош собой.

Все девушки подскочили, вздрогнули и ахнули.

— Вивиан Андерсон! — кто-то яростно заорал за моей спиной.

Настала моя очередь вздрагивать.

Позади, топая и пыхтя, как заправская тягловая лошадь, тащилась моя матушка, а за ней, весело щебетая, подскакивала Ирис.

— Что ты себе позволяешь? — набросилась на меня матушка. — Как у тебя язык повернулся, такое сказать. Быстро извинись перед леди Ройстен. Где твоя скромность?

Я развела руками.

— Простите, матушка. Чего не имею, того и не храню. Скромность украшает, но часто оставляет голодной.

А эту истину я почерпнула из богатой жизненной философии Кристофера.

— Вивиан!

— Матушка!

Безумно хотелось, чтобы леди Андерсон наконец-то поддержала меня. Как родительница, к тому же воспитавшая чужого ребенка, она была замечательной, но с ее неуемным желанием кланяться тем, кто выше по статусу... Нет, увольте.

Мы могли бесконечно долго спорить, устроить форменный скандал, тем более что рядом подкидывала дровишек в пламя упомянутая Мэрилин, вереща, кого же воспитала добродетельная Аннабелла, так что я решили все пресечь магией. Стянула перчатку, потянулась к леди Ройстен... И нас застал новый оклик:

— Леди Андерсон? — сначала округлились глаза моего фиктивного жениха, когда он наткнулся на мою мачеху. — Леди Андерсон, — улыбнулся он милостиво Ирис. — Леди Андерсон, — тут-то его голос потускнел и приобрел низкие, опасные нотки.

Не сад, а проходной двор какой-то. Надела перчатку обратно.

Дознаватель, кажется, молился про себя, чтобы я не участвовала в ссорах, не создавала конфликты. Но неисповедимы пути наших богов. Я участвовала и создавала. Характер у меня созидательный.

К счастью, появление красивого придворного спасло ситуацию. Весь наш цветник переключился на чиновника. Все синхронно принялись поправлять прически, взмахивать ресницами. Подозреваю, они и шквальный ветер подобными усилиями вызовут.

— Леди Андерсон, — обратился Ричард, игнорируя меня. — Рад встрече, вы как всегда, прекрасны. Давайте оставим неприятность позади. Это молодые девушки, они любят поточить об кого-то свои коготки.

Он утробно засмеялся. При этом, он произносил все таким тоном, что будто не отчитывал, а флиртовал, заставляя лица всех присутствующих дам краснеть.

— Господин Говард, вы помните меня?

— А меня? — накинулись на него фрейлины, как стая стервятников.

И самой Мэрилин пришлось отбивать от дракона неумных поклонниц.

— Ричард, — она назвала его по имени. — А мой отец очень жаждет с вами увидится. Несколько раз спрашивал. Я сказала, что если столкнусь, то обязательно передам вам его просьбу.

Я стояла и смотрела, отчего мысленно превращая Мэрилин в соляной столб.