Любовь на Полынной улице - Анна Дарвага

— Ради меня? — Этери встала с кровати, ее волосы полыхали, тело было охвачено огнем. Она почувствовала, как из ее ладоней вырывается жар, наполняя комнату. — А ты спросил, нужно ли мне все это? Я хотела простой жизни, Леонар. Быть с тобой. Не быть подружкой главы банды. Ради тебя я отреклась от семьи. Ради тебя изменила своим принципам. Ради тебя я… С меня хватит!

Леонар всхлипнул и упал на колени. Главарь банды «Тени огня» стоял перед ней, будто провинившийся мальчишка.

— Этери, малышка, мой огонек! Прости меня! Я… Обещаю, что теперь все будет иначе. Я не знал… Прости. Не бросай меня. Поверь, я не выживу, если ты уйдешь.

Этери прикрыла глаза. Она почувствовала, как ее внутреннего огня кто-то коснулся. Конечно, это был Леонар. Он единственный, кто мог проникнуть в ее душу и заговорить с ней напрямую. Его огонь обволакивал, согревал, словно извинялся. Она ощутила, как напряжение спадает с плеч, волосы, которые еще мгновение назад шевелились от огненного ветра, мягко опустились на спину. Дыхание успокоилось, а мысли прояснились.

— Прости меня, малышка, — повторил Леонар, он поднялся и осторожно притянул ее к себе. Его поцелуй был таким нежным, что ее сердце дрогнуло.

— Хорошо, — прошептала Этери, зарываясь в его объятия. — Но ты все исправишь, Леонар.

— Конечно, малышка. — Он кивнул, поднял ее на руки и отнес обратно на кровать.

Но где-то на границе сознания пульсировала мысль:

А изменится ли что-то на самом деле?

Тусклого света, проникающего сквозь грязные, запыленные окна кухни департамента дневной стражи Нор’Талласа, явно не хватало. Следователь Элдрин коротко приказал зажечь магические светильники.

Когда помещение достаточно осветилось, его взору во всей своей жестокости предстала картина преступления: закопченные стены, обугленные обломки мебели и следы подпалин. В центре комнаты как мрачное напоминание о случившемся лежало тело, накрытое темным плащом.

Элдрин подошел ближе, присел на корточки и осторожно приподнял ткань.

— Темный эльф, — пробормотал он, не обращаясь ни к кому конкретно.

Лицо убитого застыло в гримасе боли и ужаса, а кожа на груди была обожжена до волдырей, местами до самого мяса. Элдрин даже не удивился — здесь работал огненный элементаль. Но этот почерк был ему не знаком.

Неужто кто-то новенький в банде завелся?

Поднявшись, Элдрин осмотрел кухню, изучая каждую деталь, каждый обугленный угол. Пальцы нервно скользнули по ручке кинжала на поясе.

Десять лет… Десять долгих лет он охотился за «Тенями огня». Десять лет, прошедших с того момента, как они напали на рейсовый экипаж. Тогда Элдрин потерял все: жену, двух сыновей, спокойствие и саму суть своей жизни. Боль и гнев стали его постоянными спутниками.

И в тот же день погиб Динар — предводитель банды. Элдрин не верил, что с его смертью банда распалась. «Тени» лишь ушли в подполье. А несколько месяцев спустя появился Леонар, младший брат Динара. И все началось снова, только на этот раз банда действовала хитрее, безжалостнее и неуловимее.

Внезапно возле тела стражника что-то едва заметно вспыхнуло и тут же погасло. Элдрин прищурился, заметив небольшой предмет у его ноги. Склонившись, он поднял то, что на первый взгляд выглядело как простой темный браслет из плетеной веревки.

Но для Элдрина это был не просто браслет.

— Аурис Фламма, — прошептал он, сжимая находку в пальцах.

Леонар… Глупый мальчишка. Кому ты мог дать такое опрометчивое обещание? Кого ты вовлек в этот кровавый круг?

Элдрин ни на секунду не сомневался, что браслет принадлежал Леонару. Остаточная аура была слишком знакома, слишком узнаваема. Веревка казалась почти живой, пульсировала в его ладони, словно отчаянно пытаясь предупредить свою вторую половинку об опасности.

Сдерживая злость, Элдрин осторожно сложил браслет в мешочек, пропитанный ауроспе́ром — веществом, блокирующим любую магию.

— Теперь ты приведешь меня прямо к своей паре, — произнес он тихо, но уверенно.

Решительно и быстро Элдрин покинул департамент, обдумывая следующий шаг.

Леонар не скроется. Не в этот раз.

Глава 3. Искры свободы

Мрачный подвал, где собралась банда, едва освещали несколько свечей. Воздух был тяжелым, пропитанным напряжением и запахом горящей восковой смеси. Повсюду валялись запыленные старые листовки.

Этери сидела в углу, скрестив ноги и обхватив себя руками, в тщетной попытке спрятаться от обвиняющего взгляда Малиша и собственных гнетущих мыслей.

— Это все из-за нее! — голос Малиша звучал как раскат грома, и он сопровождал слова ударами кулака по столу. — Она привлекла внимание! Из-за нее теперь засады на каждом углу! Элементалей хватают, будто мы прокляты!

Этери почувствовала, как внутри все сжимается. Он был прав. Она знала, что он прав, но не могла заставить себя признать это. Этери подняла взгляд на Леонара, стоявшего в стороне, почти в тени. Его лицо было напряженным, глаза блестели. Он молчал.

— Не говори ерунды, Малиш, — произнесла Линда, глядя на него с холодным презрением. — Засады начались давно. Слишком много огненных подхватило зов Леонара в «Искрах свободы». Этери тут ни при чем.

— Ах, ни при чем? — Малиш обернулся к ней, его голос стал еще громче. — А как тебе вчерашний случай в департаменте? Кто швырялся файерболами? Кто привлек внимание? Ты хочешь сказать, что это не ее вина? Да если бы хоть кто-то из нас такое натворил, Леонар содрал бы с него шкуру! А ей все прощается!

Этери вскочила на ноги. Она чувствовала, как в груди закипает гнев, огонь пробежал по ее пальцам.

— Да, я убила стражника, но я защищала Леонара! Если бы я этого не сделала, его бы уже не было!

— Ха! — усмехнулся Малиш, делая шаг к ней. Его темные глаза сверкали, и на мгновение он показался ей опаснее, чем когда-либо. — Ты защищала его? А кто защитит нас, а? Ты понимаешь, что ты натворила? Арестовали десятки элементалей, даже тех, кто и близко не был связан с нами. Твою сестру с ее мужем забрали! Ты хоть осознаешь, что это значит? Твои племянники уже в приюте, а под родителей копают! Если они хоть слово скажут, нас всех переловят, как кроликов!

Этери отшатнулась, словно от удара. Слова Малиша резанули ее сильнее, чем она ожидала. Этери не знала, что арестовали Эмму. Гнев сменился страхом, но она упрямо встретила взгляд Малиша.

— Ты не смеешь винить меня в этом. Я защищала того, кого люблю. И ты бы сделал то же самое, если бы на месте Леонара была твоя сестра!

Малиш шагнул ближе, его лицо исказилось от злости.

— Любишь? А ты уверена, что и он тебя любит?

— Малиш! — зарычал Леонар, но того было уже не остановить.

— А ты хоть знаешь, как вы с Леонаром познакомились? Думаешь, это была судьба? Думаешь, ты такая особенная? Если бы ты была особенной, он бы не потерял Аурис Фламма!

Этери замерла. В воздухе повисло напряжение. Малиш обернулся к остальным, словно прося их поддержки, но все молчали. Лишь Линда поднялась, встала за Этери, демонстративно кладя руку ей на плечо.

— Она не виновата, — спокойно сказала Линда. — Все мы знали, на что идем. Это наша жизнь. И ты, Малиш, это знаешь лучше всех.

— Нет, она должна понять, — перебил Линду Малиш. — Ты помнишь ювелирную лавку Роузена в Ночь Праматери Игни, Этери? Ты стояла там, вся такая невинная, и пялилась на витрину, когда мы ворвались внутрь. Леонар тебя заметил. Чтобы ты