Сладострастие. Книга 1 - Ева Муньос

как и в прошлые месяцы. Марта присылает мне сообщение, что они завтракают в восемь часов, и я одеваюсь в один из образов, которые приготовила для меня Луиза: короткое белое платье и низкие сандалии. Я заплетаю волосы и спускаюсь вниз к завтраку.

Доброе утро, — здороваюсь я.

Все, кроме Сабрины, улыбаются мне. Близнецы выглядят ослепительно в желтых платьях и с африканскими косичками, которые прилипли к их головам.

— Как прошла ночь, Рейчел? — комментирует Марта, не отрываясь от меню.

— Отлично, отель прекрасен, не говоря уже об обслуживании.

— Мы рады, что вы хорошо проводите время. — После завтрака мы отправимся на экскурсию по городу, отель предложил нам гида.

Полковник, к счастью, не появляется на завтраке, и, видимо, это и есть причина недовольства Сабрины, она не произносит ни слова.

— Кристофер не придет? — спрашивает Зои, прежде чем уйти с гидом.

— У него много работы, — отвечает Сабрина, раздражаясь.

— Работа? — Мия насмехается. Мы же на Гавайях. Кто, черт возьми, работает в праздники?

— Для него это не праздник, он не был здесь несколько месяцев, так что ему приходится все успевать.

— Мне больно видеть тебя такой одураченной. Мия кладет руку ему на плечо: — Его нет здесь, потому что ему просто неинтересно с нами делиться.

Помолчи, — отвечает она близняшке, устремив на меня взгляд, словно ее беспокоит, что подобные темы поднимаются в моем присутствии.

— Почему? — Миа отвечает: «Тебя беспокоит, что я считаю, что приятная внешность твоего мужа сочетается с его горечью?

— Прекратите! — вмешивается Жозет. Я не позволю глупой ссоре испортить семейный праздник, немедленно поднимайтесь наверх. Я не хочу слышать никаких оскорбительных комментариев.

Они садятся в машину, не разговаривая друг с другом. Первая остановка в туре — аквариум, затем мы едем во дворец Лолани, национальный исторический объект в центре Гонолулу. Когда-то он был резиденцией гавайской монархии. Оттуда мы отправляемся в ботанический сад Фостера. Неплохо проведенное время, я отправляю фотографии своей младшей сестре, с которой общаюсь каждый день. Мы обедаем в уютном ресторане на берегу моря, где подают блюда местной кухни. Я болтаю с мамой, пока нас везут обратно в отель, она рада, что Сэм сказала моему отцу, что хочет изучать медицину.

Рик был зол из-за решения Сэм, — говорит мама на другом конце провода, а затем со вздохом облегчения продолжает: — Но она смирилась с этим, и сейчас они как раз заполняют форму заявления на поступление в медицинский колледж.

Я рада за нее.

— Но я не думаю, что мир продлится долго, — продолжает мама. Эмма завалила один предмет в академии.

Она не сказала мне об этом! Я заверяю маму, что поговорю с ней, когда у меня будет время. Эмма любит кататься на коньках и иногда из-за этого пренебрегает армией. Наконец я прощаюсь с мамой. На дорогу опускаются сумерки, мы подъезжаем к отелю и договариваемся встретиться в восемь часов, чтобы поужинать. В назначенное время я готова спуститься вниз в коротком платье кораллового цвета с рукавами три четверти и V-образным вырезом. Я надеваю серебряные туфли на каблуках и распускаю волосы. В ресторане все в сборе, кроме полковника. «Хорошо», — говорю я себе. Возможно, мое спокойствие сегодня объясняется тем, что я не получила свою ежедневную дозу сердечных приступов. Официант усаживает меня рядом с Сабриной, которая выглядит прекрасно: на ней оливковое платье без бретелек, на левой руке сверкает жемчужный браслет в тон чокеру и серьгам.

Я восхищаюсь ее красотой и умением всегда выглядеть элегантно.

— Ты наконец-то решил вылезти из своей норы, — комментирует Миа, глядя поверх моей головы.

Мой пульс останавливается, покой заканчивается, и я вижу, как падаю головой в черную дыру.

У меня была работа, — отвечает голос позади меня.

Я чувствую аромат его тела и... мокрые трусики — три, два, один.

Я встаю, не отрывая взгляда от своей тарелки, и занимаю место в соседней кабинке, чтобы он мог сесть рядом с женой.

Луиза убила бы за такую фотографию. Свежевыбритый, одетый в черные брюки, темно-синюю рубашку и с идеально уложенными волосами.

— Мы выдвигаем теорию, что вы вампир с аллергией на солнце и веселье. — Мия шутит.

Ага, жара обостряет ваше чувство юмора, — отвечает он.

Приятно наслаждаться вашим обществом, Кристофер, — с улыбкой говорит Марта, хотя полковник ее игнорирует.

Мы наслаждаемся ужином, пока Сабрина сплетничает о неудачных браках своих подруг; это волнует только ее мать, поскольку ее муж даже не догадывается о ней. Интересно, насколько она счастлива в той лжи, в которой живет? Не думаю, что кто-то может чувствовать себя хорошо в браке по видимости, где она постоянно пытается привлечь его внимание, а он ведет себя так, будто ее не существует. В какой момент он сделал ее счастливой? Иногда мы затягиваем петлю на своей шее без необходимости. Она красивая, элегантная, стильная и из хорошей семьи. Любой мужчина был бы впечатлен ее качествами, но видеть, как она здесь сквернословит и критикует своих собственных друзей, лишает ее очарования.

— Вы с Браттом уже говорили о браке? — Вопрос застает меня врасплох.

Марта застывает, делает глоток вина и продолжает смотреть на меня. Она смирилась с тем, что я стану невестой ее сына, но ее ужасает мысль о том, что я стану ее невесткой на всю жизнь. Он считает, что я недостойна фамилии Льюис.

Нет, — отвечаю я, — мы никогда не обсуждали это.

— Пять лет отношений, и вы до сих пор не обсуждаете это? — Я думала, они безумно влюблены.

Они без ума друг от друга, — защищает меня Зои. Им не нужно жениться, чтобы быть счастливыми.

— Может, Братт считает, что еще не пришло время, — говорит Марта. Наверное, он хочет убедиться, что ты — та самая.

— Я уверена. — Я делаю глоток воды из своего стакана.

Мой брат очень близок к семье, — говорит Сабрина. Он знает, что тебя трудно принять.

Я направляю свой гнев на вилку. Они начнут с дротиков, полных превосходства, — это главное блюдо каждый раз, когда я ужинаю с ними.

Американцы не очень-то ладят с англичанами, — добавляет Марта. Эта идея пугает нас.

— Что не так с американцами? насколько я знаю, у нас нет чумы или чего-то подобного.

— Это не чума, это обычаи и разврат, как они думают.

Группа девушек за столиком посередине взрывается аплодисментами, звеня бокалами и создавая шум.

— Сднем рождения, Кэти! — кричат они. Североамериканцы.

— Примеры говорят сами за себя, — пробормотала Марта.

Я так понимаю, вы ходите напиваться с подружками, — продолжает Сабрина, заставляя меня чувствовать себя так, словно я участвую в конкурсе