Сладострастие. Книга 1 - Ева Муньос

ношу такие вещи, когда еду в отпуск с Браттом, а не со свекровью. Я знаю, что упаковала скромное, я купила его для этого чертова случая. Готова поклясться, что Луиза убрала его, чтобы я его не надела. Я вытаскиваю одно наугад. Нет смысла искать что-то достаточно приличное... потому что его нет! Красное бикини из двух частей прикрывает меня ровно настолько, чтобы я выглядела в нем совсем не прилично. Я снова рыскаю вокруг и получаю тот же результат: ничего подходящего нет. Пляжная палатка находится в двадцати минутах ходьбы от отеля, солнце слишком жаркое для прогулок, и я не думаю, что похмелье позволит мне далеко уйти. Я беру полотенце, бумажник, солнцезащитные очки, лосьон для загара и шляпу в тон бикини. Надеваю шорты и готовлюсь спуститься вниз.

Какая разница? Думаю, я буду не единственной в купальнике из двух частей.

На пляже полно миллионеров, загорающих и потягивающих шампанское. Я нахожу тент Льюиса в марокканском стиле.

Близнецы спрашивали тебя, — говорит Марта, увидев меня.

Это место похоже на пристанище султана. Здесь есть шезлонги, белые ткани развеваются в воздухе, а также стол в стиле шведского стола с едой и напитками.

— Где они?

— Они уехали на гидроциклах, — отвечает Жозет. Располагайся поудобнее, пока они прибудут.

— Лимонад? — Официант приносит мне серебряный поднос.

— Спасибо. — Я принимаю напиток и опускаюсь в шезлонг. Сабрина опережает меня на один шаг, и я оставляю между ней и собой пустой стул, чтобы избежать каких-либо стычек.

Она читает книгу под названием «Эмоциональный интеллект». На ней черный цельный купальник, а голову украшает огромная шляпа того же цвета.

Она смотрит на меня поверх очков, пока я снимаю шорты.

— Чрезмерное пребывание на солнце вредно для кожи. — Она откладывает книгу.

Они так говорят, — я достаю крем от загара и солнцезащитные очки, — но нет смысла приходить на пляж и не наслаждаться им.

Она снимает очки и смотрит на меня. Я игнорирую ее, у меня не хватает моральных качеств, чтобы посмотреть ей в лицо.

— Я сожалею о прошлой ночи.

— Это не имеет значения. — Я снова надеваю очки, прежде чем нанести на ноги лосьон для загара. Я тоже была груба.

— Да.

Главное — не испортить семейный праздник, — оборвала я тему.

— Вы абсолютно правы. — Она снова сосредоточилась на книге.

Нужно иметь мужество, чтобы переспать с мужем своей невестки. И иметь такое же мужество, чтобы прийти сюда со своими свекрами, как человек, который не имеет ни малейшего понятия обо всем этом. Если бы я жила в викторианскую эпоху, меня бы сожгли на костре за то, что я шлюха. Что бы сказала моя мать? Нет, она бы ничего не сказала, а просто содрала бы с меня кожу живьем. Я еще не закончила наносить лосьон для загара, когда мои глаза поймали чудесное совершенное существо, появившееся из моря.

«Боже, почему ты так со мной поступаешь?

Во рту пересохло, мышцы напряглись, глаза не желают отводить от скульптурного тела, только что появившегося из воды. Полковник! Когда мы были в джунглях, я чувствовала его; более того, я ощущала, насколько он подтянут. Но одно дело — прикасаться к нему в тусклом свете амазонской ночи; совсем другое — смотреть на него при свете гавайского солнца. Высокий, со скульптурными руками, стройными ногами и мускулистым торсом. На нем одни плавки, и я с восхищением рассматриваю V-образный изгиб, обозначающий его талию. Шашечный узор заставляет мои руки трепетать, желая пробежаться по нему, руки с рисунком делают его еще более провокационным, татуировки добавляют ему привлекательности, и мне приходится сглатывать слюну. Моя кожа ползет по коже, когда ткань моего бикини намокает от того зрелища, которое он устраивает.

Женщины на пляже такие же или даже хуже меня, поскольку они наблюдают за ним без малейшей маскировки. Невозможно судить их, невозможно пройти мимо этого существа, не взглянув на него хотя бы краем глаза. Он встряхивает волосами, избавляясь от излишков воды, и я подавляю вздох, застрявший в горле.

— Как вода? — спрашивает Жозет.

— Вкусная. — Он опускается на пустой шезлонг между мной и Сабриной.

— Ты слышала ее, Марта. — Жосет подает жене руку. Нет никаких причин не пойти поплавать.

Они уходят вместе, когда к ним подходит разносчик напитков с коробкой сигарет и пивом. Кристофер берет сигарету, пока мальчик держит зажигалку. Он делает две затяжки, откидывая голову назад на шезлонг.

Мне хочется рассмотреть каждый его сантиметр, спросить, где и почему он сделал каждую татуировку. Я смотрю на трех маленьких ласточек, вытатуированных на моем запястье, они похожи на точки в горошек. Я сделал их четыре года назад, и они имеют только одно значение: верность, которая теперь кажется абсурдной. Я делаю два глотка пива, прежде чем надеть очки Ray-Ban. Я стараюсь не вздыхать, пряча глаза под шляпой; зная их, я знаю, что они предадут меня, увидев то, что им не положено видеть. Я наношу лосьон для загара, откидываюсь в кресле с закрытыми глазами и пытаюсь расслабиться. Мой мозг проецирует мириады образов, которых я не знала. Мы оба на пляже, он на мне, прижимается к моей груди, а я выкрикиваю его имя.

О, черт! Я в панике встаю, снова перекатываясь на него.

Ух ты, Рейчел, — говорит Зои с края шезлонга, — теперь мы знаем, почему Братт так в тебя влюблен».

Мия опускается у моих ног и смотрит на Кристофера.

— А что насчет гидроциклов? — спрашиваю я, пытаясь завязать разговор.

— Они будут здесь через полчаса. — Зои смотрит на часы.

— Кристофер, тебе стоит надеть футболку, — говорит Миа. Нехорошо расстраивать женские гормоны.

Он криво улыбается и — черт, он выглядит более совершенным, чем есть на самом деле.

— Я изменяю гормоны с футболкой или без нее. — Какая разница, надену я ее или нет?

Сабрина бросает на него взгляд, который совсем не смешной. Я не знаю, что надеть и в какую сторону смотреть, ведь я одна из тех, кто может отнестись к этому комментарию.

Ты такой скромный, — саркастически отвечает Миа.

— Ага.

— Пойдемте к воде, — предлагаю я. Там тепло.

Я снимаю шляпу, замечая, что он смотрит на мои сиськи, пока я встаю.

— Я буду лимонад.

— У этого человека должен быть предупреждающий знак, — комментирует Миа, пока мы идем к пляжу. Как ты с ним работаешь?

Если бы я только знала...

Высокомерие лишает его привлекательности, — говорю я. Он может превратиться в Халка, а я все равно буду считать его самым сексуальным парнем в мире».

— Я понимаю, что ты девушка Братта, но тебе