Не дай мне влюбиться - Келси Рей

– Сколько я тебе должна?

– Нисколько ты мне не должна.

Я раздуваю ноздри, доставая свой голубой кошелек, но осознаю, что у меня там лежит пара двадцаток наличными.

Прекрасно.

Бросив его обратно в рюкзак, я позволяю сумке с глухим стуком упасть к нашим ногам и достаю телефон из заднего кармана.

– Давай я переведу тебе деньги?

– Это не обязательно. – Он отталкивается от дверного косяка и нависает надо мной.

Я чувствую, как его дыхание щекочет мои кудряшки на затылке, доказывая насколько чертовски близко мы находимся, пусть я и не смотрю вверх, включая телефон и пытаясь найти приложение банка.

– Ты можешь просто ответить на вопрос, чтобы вернуться к своей девушке?

– Она не…

– Хватит, – прижав подбородок к груди, я выдавливаю из себя медленный выдох. – Просто хватит. Хватит врать. Хватит выкручивать вещи. Хватит запутывать меня. Скажи мне, сколько я тебе должна, иди к Мие и оставь меня в покое.

– Эш, – мольба в его голосе почти заставляет меня сдаться.

Но я остаюсь сильной, отказываясь смотреть на него.

– Ладно. Триста долларов покроют все расходы, так ведь?

– Эш, – повторяет он.

– Не хватит? Как насчет пятисот? Пятьсот звучит справедливо? – Я удаляю три цифры с экрана перевода и тычу в экран, набирая пятерку и два нуля.

– Эш, прекрати, – он забирает телефон из моей хватки и прячет его за спиной.

– Отдай мне мой телефон, – закипаю я, злобно глядя на него.

– Нет, пока ты не пообещаешь мне, что примешь ремонт машины как подарок и не станешь давать мне денег.

– Я не твоя собственность. Я делаю, что хочу.

– Тогда попрощайся с телефоном, – предъявляет он, играя желваками, и смотрит на меня снизу вверх, его взгляд сверкает решимостью.

Раздраженная, я тянусь к его напряженному торсу, пытаясь достать свой телефон у него за спиной, но он прячет его подальше от меня в какой-то дурацкой версии игры в собачку.

– Отдай мне мой телефон, – приказываю я.

– Нет, пока не пообещаешь не давать мне денег.

Я снова пытаюсь достать телефон, но он отдергивает его.

– Слушай, это не такая уж и большая забота…

– Это большая забота, – спорю я и снова тянусь к телефону, но он лишь отскакивает от меня, используя свое тело в качестве барьера между мной и моим телефоном до тех пор, пока я полностью не ложусь на него, а наши руки не сплетаются.

– Отдай мне мой телефон, – выплевываю я.

– Просто позволь мне сделать это для тебя, – он поднимает руку над головой, используя свой рост как преимущество, и чуть склоняется ко мне.

Я встаю на носочки, пытаясь достать до своего глупого телефона, когда моя грудь касается его груди, посылая разряд электричества между нами. И я знаю, что я не одна его чувствую.

Дерьмо.

Я опускаю руки, становлюсь на пятки, отхожу на необходимое расстояние в несколько сантиметров и складываю руки на груди.

– Почему? – требовательно спрашиваю я. – Почему ты хочешь сделать это для меня?

– Потому что я хочу этого, – уклончиво отвечает парень, глядя на меня сверху вниз, его глаза сияют чем-то, но я не могу понять, чем именно.

– Почему? – повторяю я.

Но я не знаю, что я ожидаю услышать. И, честно говоря, я даже не уверена, что все еще веду речь о глупой машине.

Я хочу знать, почему он не хочет оставить меня в покое. Не только физически, но и эмоционально. Потому что я не могу перестать думать о нем. Где он, когда меня нет рядом. О чем он думает. Взаимны ли мои чувства или я придумала это искру между нами.

Это запутывает меня. И истощает. Не понимаю, как справиться с этим или как заставить это уйти. Я чувствую себя потерянной. И еще более одинокой, чем когда-либо за всю свою жизнь.

– Ты не можешь продолжать так делать, – бормочу я.

– Я ничего не делаю…

– Чушь, – выплевываю я. – Ты не можешь продолжать путать меня. Ты не можешь продолжать предавать Мию…

– Я не предаю ее.

– Просто прекрати, – закипаю я. – Прекрати врать.

– Я не вру.

– Херня, – я мотаю головой. – Все это херня.

Я отхожу от него и нахожу его ключи у себя на тумбочке. Я подхожу обратно и впечатываю их ему в грудь.

– Вот. Это принадлежит тебе. О, и еще кое-что.

Я беру его сложенную футболку со своего комода, ту самую, что дразнила меня с самой нашей встречи в коридоре, и отдаю ему.

Но он не забирает ее.

– Я отдал ее тебе, – отвечает парень.

Будто в безмолвной битве характеров, я прижимаю ее к его груди, но он позволяет своим рукам безвольно повиснуть по бокам, отказываясь сдаваться.

– Ладно.

Я протискиваюсь мимо него и иду в коридор к Мие, говоря самым милым и искренним голосом, который только могу изобразить.

– Эй, Мия! Чуть не забыла. Кольт хотел, чтобы я передала тебе это. – Я кидаю футболку на колени Мие и оборачиваюсь к Кольту через плечо. – Правда ведь, Кольт?

Его губы сжаты в тонкую линию, он злобно смотрит на меня, но не произносит ни слова.

– Эм… спасибо? – вмешивается Мия, чувствуя враждебность между нами.

Удовлетворенная, я проскальзываю мимо замершего в коридоре Кольта и закрываю за собой дверь спальни. Тихо. Осторожно. Чтобы он не узнал, насколько сильно я на самом деле злюсь, насколько сильно ревную.

Но моя гордость за то, что я наконец-то победила Кольта в его собственной игре, длится всего две секунды. Она исчезает, сменяясь тоской и сожалением.

Что сейчас произошло между нами? Ощущение, будто это конец, а не то, на что я надеялась. Но разве не этого я хочу? Чтобы это глупая шарада теперь закончилась?

Я уже не знаю.

А моя победа?

На вкус она совсем не сладкая.

На самом деле, она на вкус, как дерьмо.

Я ненавижу это.

26. Эшлин

Я пропустила наше крайнее занятие с Кольтом.

А еще я вернула Логану те двадцать долларов, что он перевел мне за такси, на котором я в итоге не поехала.

С тех пор он не писал мне. Он не приезжал. И даже не пытался как-то пересечься со мной. Я не удивлена.

Я выключаю воду в душе и вытираюсь махровым полотенцем, висевшем на вешалке в ванной.

Уже за полночь, четверг… то есть уже пятница, наверное. Я должна была лечь спать. Или сесть