Подаренная Снежному. Королевство Драконов - Дора Коуст

рассматривала праздничные улицы города, а затем любовалась природой. Заснеженные леса и поля были достойны кисти художника, но лично я в такой холод предпочла бы восхищаться этой красотой на расстоянии.

Когда мы подъехали к лагерю, драконы уже были там. Над снежной гладью алел большой шатер, а рядом с ним кто-то хаотично расставил несколько зеленых куполов.

Лошади, слуги, огромный костер. При нашем появлении форды поднялись со стволов поваленных деревьев, которые использовали как скамейки, и отправились к нашим экипажам.

‒ Приветствуем вас, прелестные фисы, ‒ обратился к нам Глыбальд первым, ‒ Прошу, осматривайтесь, располагайтесь. Лагерь надежно защищен от зверей, поэтому бояться вам нечего. Мы ждали вас, чтобы отправиться на охоту.

‒ Нам тоже можно с вами? ‒ удивилась Просинья.

‒ Конечно. Лошадей достаточно, но если кто-то трусит… ‒ произнес Ледяной и задел каждую из нас многозначительным взглядом.

Когда его взор остановился на нас с Ристой, я отчетливо рассмотрела нехороший огонек. Нехороший для нас. Форд явно остался доволен нашим внешним видом.

‒ Цените охоту? ‒ поинтересовался он у нас.

‒ Ценим удобство, ‒ ответила Ристория и сама шагнула к Черному форду.

Я хотела последовать ее примеру, но снежный дракон, как назло, скрылся. Нашелся позже ‒ у костра, где в котелке варилось нечто среднее между супом и тушеными овощами. Но как бы я ему ни подмигивала, намекая на наш договор, он мои намеки видеть отказывался.

Это невероятно злило.

Пока нам готовили лошадей, нас накормили обедом. К мясу с овощами и густым соусом подавали еще горячие лепешки. Еда не была разнообразной, как в особняке, где на стол ставили целый перечень блюд, но зато оказалась по-настоящему вкусной.

Выбрав себе среди лошадей белую красавицу, послушно схрумкавшую яблоко с моей ладони, я отправилась немного осмотреться. У одного из маленьких шатров стояли копья для охоты. Луки и колчаны со стрелами лежали в стороне на распиленном бревне.

За тканью второго купола скрывалось нечто похожее на удобства для уединения, а в остальных, кроме чаш под костры, были набросаны шкуры животных и подушки. В большом шатре тоже имелись уголки для отдыха, но значительную часть занимали чаша и пока еще пустые столы.

В стороне ото всех в компании Черного форда над чем-то смеялась Риста. Она и правда преображалась, стоило Ахасану появиться. Становилась мягче, выглядела нежной, а на ее щеках появлялся румянец. То, как она смотрела на него…

Я переживала за подругу. Это расставание однозначно разобьет ей сердце, как бы она ни храбрилась и ни отшучивалась. А оно точно будет. Дело ведь не в гордости, а в чести. Любовницей она ни за что не станет.

Поискав взглядом Снежного форда, я снова его не нашла. Создавалось впечатление, что он намеренно бегал от меня, хотя ситуаций, чтобы продемонстрировать наши «отношения», уже было предостаточно. Но он не воспользовался ни одной: не подал мне руку, когда я выбиралась из экипажа; не поприветствовал лично, как это сделал Ахасан; не поухаживал за мной у костра.

Мы будто теряли время зря, и я не понимала почему.

Увидев приближающегося к шатрам Ледяного, я быстро обошла несущественные строения. Если Квелин прятался от меня, то мне то и дело приходилось ускользать от внимания Глыбальда. Бедная Просья уже не знала, чего бы такого учинить, чтобы ледяной дракон хотя бы заметил ее. Он игнорировал девушку, которая уже и в снегу поваляться успела, и сознание потеряла, и громко жаловалась на то, что ей дурно.

Глыбальд посоветовал ей отправляться обратно в особняк.

Из-за его поступков даже мое предвзятое отношение к Просинье сходило на нет. Мне было ее жаль. Минуты три.

‒ По лошадям! ‒ услышала я голос Ледяного совсем рядом.

Он стоял буквально в двух шагах, но меня, к счастью, не заметил.

Решив дождаться, пока он ускачет с основной группой, я постояла еще немного и лишь затем отправилась к лошади. Белянка фыркала, ржала, но забраться на себя дала. Мне даже помощь слуги не понадобилась, а значит, я определенно делала успехи.

Правда, последний раз я сидела верхом, еще когда отец был жив. Он учил меня не только ездить, но и скакать галопом, ухаживать за лошадьми и крепить амуницию.

Видимо, плохо учил. Стоило мне выехать в лесную чащу в том же направлении, куда ускакали остальные, как меня едва не выбросило из седла. Белянка резко встала на дыбы. Я лишь в последний момент плотно сжала ее ногами и натянула поводья.

‒ Ты чего, девочка? ‒ ласково спросила я у нее. ‒ Хочешь пробежаться? Ну так давай, я не против.

Ударив пятками по бокам, я прижалась к ее мощной шее. Снег слепил и бликовал, ловя на себе солнечные лучи. Мимо проносились стволы деревьев и хлесткие ветки. Они цеплялись за плащ, если мы были слишком близко.

‒ Потише, фиса Лифорд! Это вы управляете лошадью, а не она вами! ‒ прокричал Ахасан, промчавшись на вороном жеребце мимо меня.

Прямо перед ним сидела счастливая Риста. Она даже помахала мне ладонью.

Они умчались вперед значительно быстрее меня.

Заставив лошадь выбежать на тропу, я уже хотела снизить скорость нашего забега, когда услышала странный щелчок. Этот звук мог донестись до меня откуда угодно, но я первым делом взглянула на ремни.

Второй ремень с тем же звуком лопнул прямо на моих глазах. Он висел буквально на нитке.

Следом в моих пальцах на две части распались поводья. Все произошло слишком быстро. Я просто не успела ничего предпринять. Поводья выскользнули из пальцев, а меня подбросило вместе с седлом. С ним-то я и свалилась в снег, больно ударившись о твердое кожаное ребро.

От резкой боли в глазах потемнело, а в ушах зазвенело. Локоть, колено, бедро. Боль обжигала жаром и онемением, но была ничем по сравнению с возможными последствиями от такого удара.

Иногда лошади затаптывали неудачных ездоков.

Моя же ускакала далеко вперед. Сил окликнуть ее не осталось.

Перевернувшись на спину, я так и лежала несколько минут. Белые макушки деревьев тянулись к небу, с которого медленно падал снег. Хотелось закрыть глаза всего лишь на миг, чтобы насладиться этой тишиной и на время отстраниться от боли, но ко мне по тропинке уже приближались наездники.

Увидев Просью и ее подруг ‒ в платьях и плащах, ‒ я нервно рассмеялась.

‒ Не сдохла, ‒ произнесла мэрская дочка с явным сожалением и даже злостью.

‒ Не дождешься, ‒ выдохнула я и медленно пошевелила пальцами на руках и ногах.

Проверяла