Беременна на заказ - Валентина Кострова

и правда, чего это мы столпились во дворе. Ринат, иди посмотри, как там твой мангал. Давид и Рустам тебе помогут. Нина, займись детьми, найди им развлечение. Элечка, ты со мной на кухню, — Дина Абрамовна, бодрым голосом раздав команды, следует за нами.

Я интуитивно жмусь к Тимуру, ища в нем защитника. Испуганно смотрю на двухэтажный дом, от которого уже на расстоянии веет домашним уютом, семейными ценностями, уважением друг к другу и преданностью семье. Я чувствую себя самозванкой. История, придуманная Тимуром, чтобы не отвечать на неудобные вопросы близких, выглядит уродливой, кривой и косой.

Поднимаясь по ступенькам, чувствую, как меня приобнимают за талию. Кошусь на невозмутимое лицо Тимура. Он ведет себя так, словно мы действительно пара, что между нами все серьезно. Голливуд в его лице потерял великого актера, а я все никак не настроюсь на роль влюбленной дурочки.

— Мне так стыдно, — шепчу Тимуру на ухо, когда мы заходим в гостиную.

— Расслабься, веди себя непринужденно и не пытайся играть какую-то выдуманную роль. Воды принести? — Меня заботливо усаживают на диван, Тамара присаживается рядом. В незнакомом месте дочка какое-то время стесняется и не спешит сразу со всеми знакомиться. Поправляю ее косички, стискиваю ладошку.

— Ты пить хочешь, дочь?

— Воды.

— Принеси, пожалуйста, два стакана воды.

Краем глаза замечаю, как в нашу сторону косятся Эля и Дина Абрамовна, направляясь в сторону кухни. Тимур стоит к ним спиной, поэтому не видит их настороженные взгляды. Присматриваются, пытаются понять, худший или лучший я вариант после бывшей жены. Мне должно быть все равно, что думает родня Тимура, но волнение никуда не уходит. Хочется им понравиться.

Внимательно осматриваю гостиную. Первое впечатление о том, что в этой семье на первом месте важны родственные связи, подтверждается. На стене висит картина, на которой изображены родители Тимура, брат и сестра и сам Тимур. На комоде фотографии в рамках. Подавляю желание встать и поближе рассмотреть людей, изображенных на глянцевых фото.

Откидываюсь на мягкие подушки дивана, слежу за Тамарой. Дочка пересела на кресло и теперь с любопытством смотрит в окно. Похоже, Нина организовала детям подвижные игры на лужайке перед домом, потому что слышу визг и заливистый смех.

— Ты хочешь присоединиться?

— А можно? — с тайной надеждой смотрит на меня дочурка.

— Конечно, можно. Я тебе сменную одежду взяла.

Я не успеваю договорить, как Тамара вскакивает на ноги и вприпрыжку бежит во двор. Кладу руки на живот. Малышка тихо себя ведет, наверное, напугана новой обстановкой. Сейчас, находясь в доме родителей Тимура, я понимаю, что ребенок окажется в большой любящей семье. Уверена, все тут будут крошку баловать и потакать ее капризам. На сердце сразу становится спокойно.

Откровенно говоря, с момента исчезновения Миланы тревога за ребенка периодически возникала. Мне было страшно искать Тимура. Я даже допускала мысль оставить ребенка себе и как-нибудь поднять на ноги вместе с Тамарой. Долг — долгом, но не бросать же малыша в роддоме. К счастью, мои кошмары не воплотились в реальность. Тимура нашла, он оказался адекватным и прекрасным человеком. Надеюсь, поможет рассчитаться с Ником, и я порву с прошлым окончательно.

— Прости, что задержался, — Тимур появляется со стаканами, вопросительно на меня смотрит, не обнаружив Тамару.

— Она пошла к детям.

— Отлично. — Он подходит ко мне, протягивает один стакан с водой, второй ставит на журнальный столик и садится рядом со мной.

— Устроили допрос с пристрастием? — шепотом спрашиваю, двигаясь к Тимуру ближе. Раз мы влюбленные, значит, должны быть рядом. Он тут же обнимает меня за плечи и улыбается.

— Не успели. Там утка требовала внимания. Ты любишь утку?

— Никогда не ела.

— Понятно, — Тимур явно в своих мыслях, вопрос про утку задан просто так. Я пытаюсь по глазам понять, что его беспокоит, но безрезультатно. Поэтому решаюсь спросить напрямую:

— Ты о чем-то волнуешься?

— А? — непонимающе на меня смотрит, сдвигает брови к переносице, потом заставляет себя улыбнуться. — Все нормально. Сейчас мама выйдет к нам и скажет, куда отнести твои вещи.

— Ты можешь отнести вещи в свою комнату, — неожиданно звучит голос Дины Абрамовны.

— Думаю, что Карине и Тамаре лучше быть рядом друг с другом на новом месте.

— Чепуха. Девочка уже прекрасно освоилась с нашими детьми. Она будет спать с ними в детской, не зря же мы покупали двухъярусные кровати. Что касается вас, не придерживаюсь пуританских взглядов, чтобы возмущаться по поводу девушки в комнате своего холостого сына, — приятно улыбается, но при этом ее взгляд мечется между рукой Тимура на моем плече и моим животом.

— Отлично, тогда я отведу Карину в комнату. Ей нужно отдохнуть. — От заботы Тимура мне почему-то хочется скрежетать зубами. Отдыхать мне не хочется, но и спорить с ним перед мамой я не собираюсь, поэтому с очаровательной улыбкой поднимаюсь с дивана.

— Слава Богу, ты мне не муж, — тихо возмущаюсь, оказавшись на лестнице. Он усмехается. — Ты даже не спросил, хочу ли я отдохнуть! — Конечно, хочешь. Поверь, тебе лучше побыть в тишине и спокойствии в комнате, чем под пристальным вниманием моей мамы. Я не смогу сидеть на кухне возле тебя, тем более на эту территорию мужчинам вход воспрещен.

— Да ты что! — наигранно изумляюсь, чем смешу Тимура. Через секунду присоединяюсь к его смеху.

Мы оказываемся на втором этаже друг напротив друга. Смеемся, держась за руки. Тимур щурится, перебирает мои пальцы. Неожиданно наклоняется ко мне и прижимается губами к моим губам. Не шевелимся и не дышим. Я словно одномоментно глохну, потому что перестаю слышать звуки вокруг и собственное сердце. Робко, неуверенно, готовая тут же отпрянуть от мужчины, отвечаю на первый наш поцелуй.

Глава 15

— Тим, не зависай, — Рустам задевает меня плечом, оттесняя от мангала. — Не витай в облаках!

— Отстань от человека, он сейчас явно не мясом озабочен, — насмешливо подкалывает Давид. Отец помалкивает, не спешит присоединяться к словесной перепалке.

Сажусь на стул возле небольшого стола и задумчиво смотрю на бегающих во дворе детей. Они быстро приняли Тамару в свою компанию. С мысли о девочке перескакиваю на мысль о ее маме, которая сейчас отдыхает в комнате, которую я занимаю, когда приезжаю к родителям. Губы растягиваются в улыбке, стоит только вспомнить, что произошло, когда мы поднялись на второй этаж.

Мы поцеловались. До сих пор испытываю внутреннюю эйфорию, никак не успокоюсь. Взрослый мужчина, а впечатлений, как у подростка, от первого поцелуя. Сама Карина была смущена.

— Девушка не похожа на Милану, — тихо замечает отец, словно в курсе, о чем я сейчас