Беременна на заказ - Валентина Кострова

— Соседи сказали, что у него мать в калужской области живет. Адреса, естественно, никто не знает.

— Надо ребят из службы безопасности напрячь.

— Когда найдешь, посадишь в тюрьму? Или помилуешь? Злым ты не выглядишь. — Любопытство друга понятно. Я действительно на Милану не злюсь, больше сержусь на самого себя, что повелся на ее красоту и обаяние, как теленок. Кто ж знал, что за ангельской внешностью скрывается настоящая аферистка. Может, и все выписки из карты, которые мы нашли, — фейк, подделка. С каждой минутой размышления у меня к Милане становится больше вопросов, чем претензий.

— Не знаю. Не привык я наказывать женщин.

— Смотри сам, никто тебя за снисхождение к изменщице и воровке награждать не будет, а вот наказать и уберечь будущих ее жертв — ты можешь. Во всяком случае, одно доброе дело она все же сделала: ребенка тебе подарила, правда, за твои же деньги. Только я вот думаю, а свою ли она яйцеклетку оплодотворила.

— Ты сейчас пошутил? — Меня потряхивает от самой мысли, что Милана могла и такое провернуть, но не верю. — Она же не идиотка.

— Она не думала, что ты с ней разведешься, а ты взял и подал на развод. Вот она и труханула: сгребла бабло с семейного счета и дала деру. Хорошо, что ты ей доверенность дал только на покупку дома и оказание медицинских услуг. Ну, сам подумай, Тим. Милана приносит тебе новорожденного ребенка, вы радуетесь малышу, а потом через год-два она сама от тебя уходит и подает на алименты. Учитывая, что ты платишь налоги, и репутацию свою бережешь, будешь платить заявленную сумму, которую она пожелает установить.

— А любовник все это время сидел и ждал бы ее? — зло иронизирую, стискивая кулаки.

Никогда не отличался вспыльчивостью и желанием все крушить вокруг себя, но, похоже, внутри меня живет незнакомый мне зверь, который готов покусать того, кто его так нахально обхитрил. Жестче надо быть не только в бизнесе, но и в жизни, выходит. Я никогда не видел, чтобы отец кричал или ущемлял в чем-то мать. Брат тоже свою жену носит на руках, сестру муж обожает до щенячьей преданности. В моем близком окружении все браки заключены по любви, и супруги уважают друг друга. И мне хотелось тоже такой семьи, а выходит… Личная жизнь у меня — полный крах. Есть надежда, что с Кариной может получиться серьезно и надолго.

— Кстати, о Карине. Ты выяснил, что за типы ее брат и бывший муж?

— А тебе все ее мужчины интересны? — Сергей прищуривается, приподнимая бровь. Я поджимаю губы. Ревность обжигает, распаляя меня изнутри.

Мне действительно интересно, кто тот мужчина, которого девушка полюбила в восемнадцать лет. Ведь он оставил в ее сердце глубокий след. Настолько глубокий, что она, похоже, до сих пор помнит этого человека. К гадалке обращаться нет нужды, я помню, как дрожал ее голос, когда она признавалась мне, зачем ей большая сумма денег.

Задуматься о первом мужчине Карины заставили прошедшие выходные, проведенные у моих родителей. Разговор о том, почему с Карины трясут деньги, заставил ее над чем-то задуматься. Более того, мне показалось, что она догадалась об истинной причине шантажа, правда, о своих догадках ничего не сказала. На следующий день я ждал той самой минуты, когда Карина отведет меня в сторонку и поделится своими предположениями, но, увы, она хранила молчание. Именно ее нежелание поговорить испортило мне настроение. Возвращались мы в Москву, храня молчание. Тамара, чувствуя напряжение между нами, не капризничала и не ныла, хотя перед отъездом в город закатила истерику, так как не хотела уезжать. То, что ей понравились выходные, меня обрадовало, то, что ее мать не хотела мне довериться — меня злило.

— Остальные мне неинтересны, — немного лукавлю, говоря это Сергею. Он пожимает плечами, вытаскивает из папки несколько листов бумаги и протягивает мне.

— Как знаешь. Брат типичный оболтус, которому долгое время сестра помогала, прикрывала и выпихнула на вольную жизнь, когда тому исполнилось восемнадцать. Конечно, привыкший жить на всем готовом, он не был приучен к самостоятельности. Стал совершать мелкие кражи, прибился к местной банде, ничего из себя не представляет. Ничем особо не отличается и муж Карины. — Мне протягивают новые листы, на которых много текста и пара фотографий. Брата Карины я узнаю сразу, они с сестрой похожи. Бывший муж — обычный мужчина незапоминающейся внешности. Большая загадка, почему Карина вышла за него замуж так поспешно после расставания с человеком, которого, по ее словам, она сильно любила. Если только…

— Сама Карина была хорошисткой в школе, особых грехов за ней не наблюдалось. После смерти матери осталась жить с бабушкой, потом девчонку словно подменили. Учебу забросила, ночью дома не ночевала, связалась с мужчиной старше себя.

— Откуда такие подробности?

— Старушкам у подъезда иногда очень интересно посплетничать о своих соседях. Поговаривают, что Тамара родилась раньше срока, и отец совсем не бывший муж. — Сергей делает выразительную паузу, я поднимаю голову и устремляю на него вопросительный взгляд.

Понимаю, что лезу не в свое дело, что подрываю доверие, которое установилось между мной и Кариной. Но, черт побери, мне нужно знать, кому она отдала свое сердце, всю себя без остатка.

Как под гипнозом, наблюдаю за руками Сергея, достающего из папки фотографию. Беру ее в руки, в замешательстве разглядываю мужское лицо. Вопрос, кто отец Тамары, отпадает сразу. Девочка похожа на человека, который сейчас смотрит на меня с глянцевого снимка. И в этот момент понимаю, что мои проблемы с Миланой — это цветочки. Проблемы Карины будут более масштабными. И они связаны далеко не с деньгами, которые у нее вымогают.

— Ты уверен? — Переворачиваю фотографию лицом к столу, кладу на нее ладонь. Сергей выразительнее молчит. Я смотрю на свою руку, принимая одно важное решение.

Глава 16

— Я не буду есть котлету! — капризно заявляет Тамара, отодвинув от себя тарелку с нетронутым ужином.

— Если ты ничего не будешь есть, значит, не получишь сладкое, — строгим голосом предупреждаю, убирая тарелку дочери.

Она сверлит меня недовольным взглядом, скрестив на груди руки. Упрямая, как отец. Каждый раз, когда у меня возникают острые моменты с дочерью, я тут же вспоминаю Назара. Невозможно забыть человека, если каждый день перед тобой сидит его продолжение и смотрит на тебя его же глазами.

— Я хочу сладкое!

— А я хочу, чтобы ты поела.

— Не буду!

— Тогда марш готовиться ко сну, и никаких мультиков.

— Ну мамммм… — тянет Тамара, я отчетливо слышу плаксивые нотки, которые должны