В его плену. Моя ошибка - Анна Осокина

И все же судьба распорядилась по-другому.

Сразу после ужина я сама уложила Ярослава спать, потому что днем он не ложился и стал капризничать к вечеру. Немного полежала с ним, но что-то не давало мне покоя. Нужно было проветрить голову.

— Марин, малыш спит, — я вышла из детской. — Иди к нему, пожалуйста, а я немного пройдусь.

Темнело здесь достаточно быстро. Закаты длились очень недолго. Поэтому когда я пришла к одному из нескольких открытых ресторанов, которые располагались на территории комплекса, на улице уже горели фонари. Я не предупреждала Ивана, что куда-то собираюсь, надеясь насладиться одиночеством, однако все равно увидела его. Он ненавязчиво расположился возле бара, попивая какой-то коктейль. Я наверняка знала, что безалкогольный, потому что на службе ему пить было запрещено.

А вот мне — нет. Поэтому я заказала себе большой красивый тропический коктейль и, получив его, села за столик возле бассейна. На мне было длинное легкое платье, подол которого разлетался облаком при малейшем ветерке. Волосы я распустила, отдыхая от дневной жары.

В воде отражались многочисленные фонарики и гирлянды. Здесь было красиво, по-настоящему красиво и уютно. Чуть вдалеке музыканты наигрывали медленную мелодию.

— Могу я присоединиться? — раздался до боли знакомый голос.

Так ушла в медитативное состояние, глядя на воду, что не заметила, как ко мне подошел Миша. Конечно, я была готова к тому, что рано или поздно мы встретимся. Гостиничный комплекс, хоть и большой, но все же не безграничный.

Посмотрела на бывшего парня и, не доверяя голосу, кивнула.

— Привет, — тихо сказал он.

— Привет, — с трудом, но все же произнесла, хотя горло сковал ком.

— С Ярославом все в порядке?

— Да, — я поставила бокал и повернулась к собеседнику всем корпусом. — Не помню, поблагодарила ли я вчера тебя… Я была в состоянии, близком к помешательству.

— Поблагодарила, — кивнул Миша.

Он говорил спокойно и ровно, и на лице его я не могла прочитать ни одной эмоции. Неужели он обо всем забыл?.. Наверное, это было бы самым обидным. Страшно потерять любимого, но еще страшнее утратить память о нем.

— И еще раз скажу спасибо. Если бы с ним что-то случилось… — голос сорвался, я опустила глаза, чувствуя, как они наполняются слезами.

— Все ведь обошлось, — вздохнул Миша.

— Как ты его нашел? — недоумевала я. — Его тут даже с собаками искали.

— Не знаю, как его искали, — пожал плечами собеседник. — Я просто вышел на пляж вечером, попрощаться с морем, ведь сегодня я должен был улетать, а там мальчик в темноте сидит возле воды и с песком играет.

Меня аж передернуло, когда представила эту картину, что мой малыш остался совершенно один.

— Я слышал краем уха в лобби, что пропал ребенок, поэтому, не дозвавшись его родителей, сразу пошел с ним в главный корпус, а уже оттуда вызвал полицию.

— Мне сказали, что Ярик не захотел больше ни к кому на руки идти, — чуть заметно улыбнулась я.

— Да, он, наверное, испугался, не знаю, — вздохнул Миша. — Вцепился в меня, как маленький зверек, и не отпускал, пока тебя не увидел.

Впервые за наш разговор его тон получил какую-то окраску. И это была горечь. Я не знала, в чем причина этого, и не могла спросить. Утратила такое право три года назад.

— Ты здесь… один? — покосилась на его правую руку, на безымянном пальце не было кольца, но след, различавшийся оттенком от остальной кожи, присутствовал. Значит, женат. Почему-то эта мысль больно резанула в середину груди. Не знаю, чего я ждала. Что он всю жизнь будет хранить мне верность?

— Да, — не стал ничего объяснять Миша. А что тут объяснять, если он женат? — А где твой… — он сглотнул. — Муж?

— Ему пришлось улететь. Срочные дела на работе, — я говорила, стараясь не смотреть на бывшего парня, не могла смотреть ему в глаза, говоря о Саше. Безумный горячий стыд пронизывал всю меня.

— Понятно.

Разговор не клеился. Мы оба словно боялись сказать лишнее. Как будто по лезвию ножа ходили. Посидели еще несколько минут в тишине. Только это была не та блаженная тишина, какая бывала между нами порой раньше. Сейчас она ощущалась как натянутая струна. Тронь — зазвенит.

— Рад, что у тебя все хорошо, — поднялся Миша. — Доброй ночи.

Я только посмотрела на него и кивнула, боясь, что если что-то скажу, непременно расплачусь. А слезы уже ничем не помогут.

Проследила взглядом за тем, как мужчина пошел по направлению к бунгало. Встретилась глазами с Иваном и кивнула ему, он кивнул в ответ. Не знаю, что обозначали эти кивки. Вроде как: я тебя вижу.

В горло больше не лезло ни глотка. Я встала и пошла к телохранителю.

— Вы на сегодня свободны, я иду спать, Иван.

— Как скажете, Анастасия Алексеевна, — кивнул он. — Проведу вас до домика, уже поздно.

— Ладно, — безразлично сказала я, и направилась к себе. Охранник жил в соседнем бунгало, гораздо меньшим по размеру, чем наш.

Я приняла душ, проверила, как Ярик, который сладко спал рядом с Мариной, пошла в свою спальню и даже свет выключила. Но так и не легла. Не могла. Душа стенала. Мне было настолько горько от встречи с Мишей, что выть хотелось. Я смотрела на почти полную луну и ощущала себя какой-то одинокой волчицей, которой нужно на волю.

И, почти не соображая, что я делаю, не включая свет, натянула первый попавшийся сарафан и, тихо приоткрыв дверь, чтобы меня вдруг не услышал Иван и не отправился со мной, выскользнула из домика.

Быстрее, быстрее! К воде, к волнам, к свободе! Ноги сами несли меня по мощеной камнем тропинке к пляжу. Как я и ожидала, в это время здесь никого не было. Весь мир вокруг принадлежал только мне!

Не медля ни секунды, я вошла в темную воду. Ноги обожгло холодом. Но сейчас это было прекрасно. Я хотела этого. Вода приняла меня в свои ледяные объятия. Не стала снимать одежду. Волна шла за волной. Я подставляла соленой воде лицо, задыхаясь и отфыркиваясь. Господи, как хорошо-то!

Но в какой-то момент волна пошла слишком сильная и накрыла меня с головой. В первую секунду растерялась и попыталась выплыть, но новая волна снова накрыла меня, не дав времени на вдох.

Почему-то мыслей в тот момент в голове не было. Лишь одна пульсировала: «Как глупо вот так вот умереть». Я даже не успела испугаться. Гребла руками к поверхности, но уже не понимала, где верх, а где низ. В какой-то момент удалось поднять над водой голову и сделать небольшой