Преломление миров - Ксения Кирина

Если на такой высоте и в такой архитектурной конструкции подсчёт в этажах вообще имел смысл.

Вита не слишком устала от подъёма — возможно, потому, что они с Эилун поднимались без лишней спешки. Радовало, что у ступеней были высокие и прочные на вид перила, и можно было сосредоточиться на них, позабыв об отсутствии у лестницы опор. Ещё немало помогала Эилун: она с воодушевлением говорила на отвлечённые темы, и звук её голоса действовал успокаивающе. Вита отвечала редко, предпочитая слушать.

Рядом с Обсерваторией, почти не видный снизу, притулился маленький домик, похожий на гостевой, только намного меньше.

Единственное помещение первого этажа Обсерватории было заставлено большими глобусами и объёмными моделями разных Вселенных. Эилун и её спутницу приветствовали две темноволосые женщины в светло-серых платьях. Над дальним от входа глобусом склонился мужчина, на его плечах лежала красная ткань; он просто помахал новоприбывшим рукой и почти сразу вернулся к своему занятию. Эилун махнула в ответ и повела Виту на второй этаж. Девушка слегка замешкалась, неуклюже подбирая подол платья.

Винтовая лестница вела наверх точно из центра комнаты и выводила тоже в центре абсолютно пустого помещения — в нарисованном на полу кольце, от которого расходились двенадцать огромных полупрозрачных лепестков, символизируя выход из Преломления.

Вита огляделась, выискивая телескоп или что-нибудь на него похожее. Ничего. Квадратный просторный зал, симметрично расположенные прямоугольные окна — по два на стену, расписанный под звёздное небо потолок, выложенный узорчатыми плитками пол с золотистыми линиями рисунка и спуск вниз. Ни мебели, ни каких-либо других предметов.

Может, это какое-то другое здание?

— Это Обсерватория, — подтвердила Эилун, отвечая на невысказанный вопрос Виты. — Одно из наилучших смотровых мест Храма. Смотровых для нас, конечно, — поправилась она. — Но вместе с нами может смотреть и любой гость Храма.

Видящая встала на середину одного «лепестка», и он ожил — вернее, только его кончик, но и он, изогнувшись и вертикально приподнявшись над полом, оказался в рост Эилун. «Лепесток» чуть шевельнулся и застыл, прозрачный и наполненный сверкающими пылинками.

Огромная линза.

Эилун чуть-чуть переместилась, не сходя с «лепестка», и поманила Виту к себе. Девушка встала рядом.

Фантастические (как смешно) произведения Зе-Ро отождествляли предметы, передающие изображения, с зеркалами или экранами, иногда — с проецирующими приборами. Зрительные ощущения от линзы-«лепестка» были совсем другими: не просто цветная картинка перед глазами, а погружение в неё. Вита словно очутилась на краю площадки и смотрела вниз с высоты птичьего полёта; Обсерватория Храма осталась где-то далеко позади.

Вселенная не была похожа на фотографии и рисунки из энциклопедий Зе-Ро: ни черноты космоса, ни шариков планет, ни точек звёзд — перед Витой предстало безграничное пространство насыщенного бирюзового цвета. Чем оно являлось, определить не представлялось возможным: воздух, вода, вакуум или чистая энергия? Вита понимала, что оно не плоское и не однотонное, но и только. В бирюзовом сиянии медленно и вальяжно, как облака при слабом ветре, плыли разноцветные эллипсы — миры.

Сотни, тысячи… десятки тысяч миров. У каждого — минимум два Светила, а то и больше.

Собственная жизнь сразу стала казаться крохотной и ничтожной — песчинка на морском побережье: возможно, останется на месте, а, возможно, будет смыта волной или подхвачена ветром…

— Дормирей, — Эилун указала на нарядный изумрудно-зелёный островок. — Родной мир рода Ла-Рхин.

Он сам собой приблизился и обрёл чёткость деталей — так стремительно, что Вита инстинктивно шарахнулась назад, будто мир мог ударить её по лицу. Эилун схватила девушку за руку, не давая сойти с «лепестка».

— Осторожно, дитя. Когда смотришь через око Преломления, лучше не нарушать установившуюся связь. Не торопись.

— Простите…

— О, не бойся. Даже если ты вдруг сойдёшь, ничего страшного не случится. Это всего лишь видимость, не более того. Если связь нарушена, приходится какое-то время ждать, пока она восстановится, — объяснила Эилун. — Картинка превращается в мельтешащие пятна, потом в глазах ужасно рябит. А это…

— Зе-Ро, — прошептала Вита, сразу узнав пёструю географию мира, в котором прожила пятнадцать лет. Над пустосветным миром кружили два шарика, золотой и серебряный. — А где Эленайя?

Эилун плавно повела рукой, «смещая» изображение. Миры взвихрились опавшими листьями, улетая в сияющую бирюзово-белую даль.

Несколько секунд — и картинка перестала бурлить и волноваться.

На уровне глаз клубилось серо-зелёное облачко. В детских воспоминаниях Виты Эленайя не уступала по нарядности только что увиденному Дормирею, а то и превосходила его; но теперь поблекла. И вдруг показалась Вите удивительно маленькой — по сравнению с Зе-Ро. Может быть, поэтому эленайское Солнце выглядело таким большим?

Вита всмотрелась в картинку, и та послушно раздалась вширь, показывая знакомые горы.

Вблизи Шестигранника не было ничего, похожего на пшеничное поле, как и деревьев с розовой листвой.

Тучи, созданные Крадущими, сообразила девушка. Они заслонили уже всю Эленайю. Только макушки гор, тёмные и белоснежные, торчали из мутной пятнистой пелены.

— А где Храм Тысячи Светил? Он же должен быть где-то…

— Здесь, — Эилун притопнула ногой по полу и «лепестку». — Он вне миров и в то же время присутствует во многих из них. Не во всех, ведь подобное невозможно. Потому и зовётся Храм Тысячи Светил, а не Храм Всех Светил или Храм Света, — добавила Видящая.

Наверное, ей часто задают этот вопрос.

В туманной оболочке Эленайи изредка мелькали более яркие цветные всполохи и чёрные тени. Вита заметила одинокий белый шарик.

— Что Крадущие сделали со Светилом Эленайи?

— Украли, — просто ответила Эилун. — Не просто же так они получили своё прозвище. Набросили на Светило «мешок», сделанный из Рефлектов, и теперь магическая энергия, предназначавшаяся Эленайе, насыщает крошечные искусственные мирки. Если Крадущие направляют её, она станет подкормкой для одного Рефлекта, и он будет разрастаться. Сейчас Эленайя ещё в относительном порядке, но очень быстро начнёт слабеть и таять… Конечно, Храм поможет Эленайе продержаться какое-то время, но и наши силы не безграничны. Мы не можем уподобиться Крадущим и отнимать энергию у других миров, чтобы передать её Эленайе, даже ради выживания целого мира и миллиардов живых существ, — Эилун разом осунулась и погрустнела, проговаривая эту фразу. — Мы ищем способ освободить Светило и противостоять Крадущим. Увы, пока что поиски не дают полезных результатов. Некоторые знания приходят только в определённый момент времени. Сейчас вся надежда на тебя и исследования Александра.

— На меня?

— Ты —