Тами. Трудное счастье - Виктория Ян

- Что за намеки такие? – рассердилась я.

- Сенора, я думаю, вам нужно пригласить целителя, - миролюбиво ответила горничная.

И тут я сообразила, о чем она вела речь. Я вообще забыла о своих циклах и даже не могла припомнить последний. Целитель подтвердил наши догадки, через полгода я стану мамой. Обеспокоенный Северус вошел, когда лекарь собирался уходить.

- Что случилось? Моя жена больна?

- Ваша светлость, у вашей жены для вас радостная новость. Она вам скажет сама, а я могу лишь сказать, что со здоровьем у нее всё в порядке.

- И что за тайны и намеки? – обратился ко мне муж.

- Никаких тайн, любимый, я подарю тебе наследника или наследницу уже через полгода.

Он склонился надо мной и привычно зарылся в волосы.

- Ох, а я ждал-ждал! Это самая прекрасная новость. Работать ты больше не будешь.

- О, Господи, все мужчины одинаковы. Ты слышал? Целитель сказал, что я совершенно здорова, а это значит, что работа мне не повредит.

- Так. Никаких выездов верхом, питаться дома, как положено. До ужина работу заканчиваешь.

- И что мне делать? Пинетки вязать малышу?

- Это так мило! Хочу посмотреть, как ты вяжешь.

Упрямство было отличительной чертой моего мужа, пришлось вязать. Узнав о моем положении мои друзья завалили меня подарками. Чего там только не было, даже две колыбели – одна подвесная, одна напольная. А уж вещичек скопилось три сундука.

Ози к моим трем артефактам оберегам добавил ещё один и наказал никогда их не снимать, припомнив мой злополучный заплыв.

Я не успела оглянуться, как малыш стал давать о себе знать. Ори и Рус вечерами подолгу ждали, когда детка начнет шевелиться.

- А мне он ножкой прям в ухо ударил, узнал! – хвастался сынок.

- А под моей рукой зашевелился! – радовался, как мальчишка, мой муж.

Хоть он и ругался, но я иногда не успевала есть дома, приходилось обедать в ресторанте или кофейне. Сегодня я вздрогнула, когда увидела, как моргнул камень на кольце. Быстро схватила чашку и кувшин с любимым малиновым взваром и отдала охраннику. Ещё двое блокировали вход и выход из заведения. Я почтовой шкатулкой послала срочное сообщение. Очень быстро прибыл начальник охраны Оджилио Корнери и его подчиненные. Они вели допрос прямо в зале, когда один из охранников сообщил, что некто вылез из окна и бежал до их прихода. Им оказался официант, обслуживавший меня. Остальных допрашивать было бесполезно.

В малиновом взваре было обнаружено сильнейшее средство для прерывания беременности. Рус устало опустился на стул.

- Что за корешки мы оставили, не понимаю. Опять покушение! Гил с ребятами ищут этого чертова официанта. Тами, я прошу тебя, просто умоляю – не надо бывать в незнакомых местах! Я запер бы тебя дома, но ты же не дашь.

- Я буду осторожна, Рус! Правда, правда.

Я и сама перепугалась не на шутку. Опять какая-то гадина пытается нам навредить! Одно радует – не во дворце. Официанта нашли мертвым, он был зарезан точным ударом в сердце. Что-то мне это напомнило, но я никак не могла поймать воспоминание. Став исключительно послушной, я ела только дома. Моя охрана глаз с меня не спускала.

В государстве все налаживалось, фрейлины стали моими глазами и ушами. Толковых девушек я набрала. Мне теперь не побегать, живот рос, малечек в нем толкался, как каратист. Мой муж усиленно поднимал хозяйство страны, почувствовав к этому вкус и получая реальные результаты. Ковры мои пока забуксовали, нужны специалисты. Зато заработал ткацкий цех Рионы. Она показала чудеса мастерства, выткав шерстяную тонкую ткань с необычной узорной текстурой.

Меня вдруг стали посещать дурные предчувствия. Я боялась смерти, своей или ребенка.

Джули, приехав к нам в гости ничего дурного около меня не почувствовала. Недавно они с Доном объявили о помолвке, я была счастлива. Вообще мои друзья, став обеспеченными людьми, начали устраивать свою личную жизнь. Ина, долгое время безответно влюбленная в Ози, нашла свое счастье с одним из моих поставщиков. Их свадьба не за горами. У Гила и Мела имелись возлюбленные. Устоял только Ози.

Я радовалась всему: строящимся домам моих близких – будут вить гнезда, их желанию создавать семьи.

Малышу, которого Ози определил мальчиком, я создала чудесную комнату. Но это потом, сначала я буду держать его рядом. Сама выкормлю, вынянчу. Впрочем, няня все равно была нужна. Оджи, с которым мы подружились, привел мне двойняшек Тину и Литу, они уже работали с детьми и заслужили самые лестные характеристики.

Светлоглазые, улыбчивые девушки мне понравились обе, выбрать я не смогла.

День родов приближался, меня наблюдали целитель и повитуха. Джули обещала вернуться к моим родам вместе с Ози.

Родов я уже не боялась, но никому не говорила о своей тайной тревоге. Она была ни о чем, просто жила где-то внутри. Наверное, это естественно для беременных – нестабильное состояние.

Глава 22

Рожать я начала безо всяких причин раньше на полторы недели. Вдруг схватила боль посреди обеда. Я охнула и зажмурилась. На мой стон сбежались слуги, но меня отпустило, правда обед я продолжать не стала – аппетит пропал. Захотелось кислого, мне подали воду с лимоном. Глотнула и чуть не подавилась – снова скрутило. Сомнения отпали – я рожаю. Без всякой паники отвели в спальню, тут же пришли целитель с повитухой. Схватки пока были регулярными, но через десять минут, значит рожать не так скоро. Вызвали Северуса, который сразу примчался. Он сидел рядом, обмахивал меня веером, гладил и держал за руку. Во время схватки я сжимала его руку.

Целитель сказал, что все идет, как нужно. Схватки участились, я стонала, Рус переживал так, что на его лице отражалось страдание. Меня чем-то поили понемногу, но через пару часов схватки стали сильней и почти слились. По знаку повитухи в комнату начали вносить все необходимое для родов. Целитель почти вытолкал Руса. Сами роды прошли довольно быстро. Я слушала и делала. Малыш закричал и я протянула руки.

- Мы его сейчас обиходим и дадим вам, сенора.

- Нет, - повелительно сказала я, - положите мне его на грудь.

- Мой сыночек, Артуро, здравствуй, - мое блаженство не знало границ.

Я положила его на пеленку рядом и дала грудь. Здесь этого не поймут, но мне наплевать.

Рассматривала его, перебирала пальчики, он уснул и только тогда я его отдала. Запеленутого малыша