Возлюбленная героя в плену Злодея - Лина Эвери

Видны лишь белые облака и блестящий снег, искрящийся на ветру. Крыша представляла купол, под которым растянулись ледяные узоры. А пол был круглый и напоминал поле для ритуала — на нем было что-то изображено, выведено на камне, но я не могла разобрать из-за снега.

Испугано я упала на колени. Подойду к краю — совсем пропаду. Как же высоко, страх сковал тело, но я смогла поднять голову. Видела лишь прямую спину Руанна, а перед ним темная точка, вся в снегу.

Я протерла глаза — этой точкой был Киран. Слабый, изможденный, в порванной одежде, он нашел силы встать, опираясь на свой посох и отряхнуться.

Он увидел меня и его лицо просияло — будто он не испытывал ни капли боли.

— Фрэнсис! Ты жива!

— Поздравляю, Мердрад, — голос Инира отзывался эхом. — Ты победил. Забирай её.

Киран поверил не сразу. Но когда Инир отошел в сторону, то кинулся ко мне, чуть не падая на ходу.

Киран обхватил мои дрожащие плечи. От него пахло гарью и кровью — он прошел все испытания и теперь здесь.

Он должен был найти Фрэнсис Роуз мертвой.

Но теперь все иначе.

— Хочешь драться — бессмысленно! — отзывался от колонн голос Инира, будто он стоял вдалеке, а не наблюдал в стороне. — Ты не убьешь меня, пока слаб.

— Плевать, — отозвался Киран, смотря только на меня. — Главное, Фрэнсис жива и мы можем вернуться домой…

Я пережила первую реакцию на холод, успокоила стучащие зубы и нашла силы, чтобы встать.

— Нет, — сказала, дрожа. — Я остаюсь здесь.

С трудом я пошла в сторону Инира, а тот рыкнул:

— Проваливай! Ты, предательница, тебе нечего делать здесь!

— Я остаюсь! — выкрикнула, перекричав ветер. — Потому что люблю архимага!

Мои слова улетели куда-то ввысь, набатом повторяясь из раза в раз, будто сама Башня пыталась помочь мне.

Инир замер, смотря на меня в ужасе, он начал дрожать, но ему не было холодно. Сжал руки, прикусил нижнюю губу и молчал.

Позади раздался стук — Киран подошел, опираясь на посох. Я умудрилась так быстро забыть про него! Он тоже должен знать.

— Я не Фр…

— Ты околдовал её?! — взревел парень. Его руки покраснели, стерлись до крови о посох. — Отвечай мне!

— Послушай меня… — попыталась, но боялась коснуться Кирана — он был незнаком мне, и я боялась его реакции больше, чем Инира.

— Бою быть! — продолжил Киран и на удивление уверенно вышел на центр круга.

Он направил посох на Инира и горел праведным гневом.

И не только им — пламя охватило его тело. Пламя было необычным: светлым, белоснежным, ярче снега — само Солнце. Киран пылал им и не сводил взгляда с архимага напротив.

Он был серьезен в своих намереньях и даже шрамы с его лица исчезли, будто их никогда и не было.

Странная вибрация исходила от него, отчего я на животном уровне чувствовала — надо бежать.

— Ты… — Инир тоже смотрел на него, сделал осторожный шаг вперед. Его глаза были широко распахнуты. — Ты уже можешь, но… почему?!

Можешь?

Киран замялся, опустил голову.

— Ты уже получил свое страдание? — ошарашенно спросил Инир, впервые глянув на меня, будто я могла дать ответ.

Этого не может быть — по книге, только после смерти Фрэнсис Киран обрел силу.

Но что тогда с ним происходит сейчас? Эта сила, от энергии которой мне, простому человеку, хочется или спрятаться, или завороженно наблюдать…

— Да, — ответил Киран и посмотрел на меня.

В его глазах столько боли, что мне стало дурно.

Но как…?

ГЛАВА 31

— Ты понимаешь, да? — осознал Киран по моему ответному взгляду.

Я сглотнула.

Казалось, говорить не нужно — мы с Иниром терпеливо ждали, когда Киран соберётся с духом.

— Мои люди… маги огня, они… — голос Кирана срывался между словами. — Сказали, что я должен отпустит тебя, Фрэнсис. Они рассказали мне, что чтобы стать сильнее и победить архимага, я должен потерять самое важное… Испытать горе, сильнейшее потрясение в жизни и…

Киран смотрел на меня виновато, его губы подрагивали.

Он был на грани.

— Они сказали, что мир важнее тебя. Солнечный холм погрузился в холод, все море рядом и порт, люди начали голодать! Они приходили ко мне, умирающие и молили о спасении! Я должен был спасти их, прежде чем отправиться в Башню… я был должен, я должен был выбрать…

— И ты сделал выбор, — подтвердила я.

— Фрэнсис! — взмолился Киран. Он стоял только благодаря посоху, что был ему опорой. — Я люблю тебя всем сердцем, и ты это знаешь! Я счастлив видеть тебя живой! Но… я ничтожен. Мое счастье не стоит всего мира.

— Ты получил свое страдание, когда принял это, — холодно произнес Инир. — И теперь можешь убить меня.

Значит, Киран знал с самого начала…

Маги огня, что учили его с юношества…. Оказывается, они тоже знали, как Избранные маги получают великую силу.

И сказали ему.

Солнечный холм стал отрезан от мира и Киран задержался, спасая его, зная, что Фрэнсис может не выжить в плену. Даже больше — знал, что архимаг в любом случае убьет её, если Киран не поторопится.

Но пошел на это ради спасения мира.

Я переводила взгляд с Кирана на Инира думая, что они похожи.

Оба — брошенные своими родителями. Оба — получили давно утерянную силу.

Инир полагал, что они совершенно разные — его пытали, Кирана растили в тепле и уюте. Он постепенно постигал свою магию, учился, нашёл друзей, любовь.

Но над ним тоже висела ответственность за судьбу мира.

Он должен был остановить Инира любой ценой. Ради этого его растили, оберегали. И если Инир был готов отказаться от своей жизни, чтобы больше не причинять никому зла, то Киран ради этого был готов пожертвовать самым дорогим.

— Да. Я должен убить тебя, — проговорил Киран, возвращая себе уверенность. — Ценой своей жизни, если придется.

— Попробуй, — усмехнулся Инир.

Он развел руки и холодный ветер Башни охватил его, преобращаясь в меч в его руках. Ледяной и блестящий от остроты.

Киран поднял свой посох и его поглотил свет. Секунда и в его руках тоже меч, тяжелый и сияющий, будто золото.

Этого не должно быть.

Им нет смысла сражаться! Я не позволю Иниру умереть, но и Киран должен жить — никто из них не заслужил такой участи! Обе проблемы можно решить, если только они попытаются… Если только подумают, что могут вместе встать на защиту мира, ничем не жертвуя.

Киран и Инир приняли боевые позы — удивительно, но они собрались