Да гори оно всё... - Маргарита Аркадьевна Климова

Искушение — вот как одним словом можно было охарактеризовать моё состояние, позволяющее скрасить тревожное ожидание встречи с Нираном. Увы, ничего хорошего я о нём не слышала. Что Карлос, что Седорик, что Ксарк с Тором — все нелестно о нём отзывались.

— Даже боюсь представить, в чём нас встретит правитель этого цветника, — посылаю Ториану улыбку, повисая на его локте и гордо расправляя спину.

Моё простое платье, как и его наряд, больше похожи на грязное тряпьё, снятое с плеча алкогольно-бомжеватого сегмента, но врождённую гордость никто не отменял.

— Ниран более консервативен. Свою любовь к роскоши он проецирует на окружение и обстановку, — накрывает сверху мою ладонь своей, — Постарайся не волноваться и держать себя в руках. Никто не должен видеть мощь твоего дара.

— Думаешь, они не догадываются? — кошусь на Шохарна, бодро шагающего чуть впереди и одновременно сбивающего с себя пыль дорог.

— Подозревать не означает знать, — слегка сжимает мои пальцы Льдышечка и навешивает на лицо маску невозмутимости. Такой покер-фейс оттачивается только годами.

В тронный зал мы заходим с королевской статью. Не скажу, что мне совсем не страшно, но само место встречи навевает надежду. Если бы король собирался казнить, а не миловать, вели бы нас сейчас в подземелье.

— Леди Ларелия, Лорд Ториан, — радушно приветствует нас Ниран, от души улыбаясь. Правда, глаз его радость не касается. Они остаются холодными и злыми. — Наконец-то мы можем познакомиться лично и поговорить.

Смотрю на правителя слегка опешив. Высокий, статный, вполне привлекательный мужчина лет тридцати с небольшим. По сравнению с придворными пташками скромно облачён в чёрное с лёгким вкраплением драгоценных камней. Лишь королевская мантия золотом стекает с плеч, намекая на статус хозяина. Грозного правителя Теодории я представляла себе совсем другим. Поздоровее, посуровее, похаризматичнее.

Присаживаюсь в каком-то нелепом книксене, будто вступило в спину. Почему-то припоминается Аль-Али со своим «кость устал таскать мясо». Вот и моё приветствие короля выглядит уставшим и больным.

— Ваше Величество, благодарю за гостеприимство, — коротко кивает Тор, удерживая царскую высокомерность, впитанную с молоком матери. Держится уважительно, но наравне, а у меня трясутся поджилки от общения с властью. — Леди Ларелии нужно бы отдохнуть, принять ванну, поесть, переодеться. Похищение, плен, многодневный переход верхом на лошади. Без удобств, без минимального комфорта. Вряд ли девушке сейчас до разговоров.

Ловлю намёк и из последних сил повисаю на локте Ториана, опускаю плечи, подзакатываю глаза, изображая предобморочное состояние. Ни дать ни взять — актриса большой сцены.

— Конечно, — масляно мажет словами Ниран, а у самого с пальцев от злости сыплются искры. — Комнаты уже приготовили. Увидимся завтра, леди Ларелия.

Мы раскланиваемся и выходим из зала за слугой, выросшим как будто из-под земли. Через закрывающиеся за нами двери до нас доносится гневный удар в стену и звон разбившегося стекла.

Тронный зал Нирана

— Ледяной ублюдок! — отправляет в полёт фарфоровый вазон правитель Теодории, не сдерживая ярость. Привычный мрамор пола шипит от жара, стекающего кляксами огня с рук Нирана. — Неужели ты не мог от него избавиться по дороге?! Несчастный случай. Упал, разбил голову.

— На Ториане королевская печать, передающая магический сигнал при смерти. Какой бы нейтралитет не держали луделийцы, убийство высокой крови они не простят. И девчонку из его рук вырвать не получилось. Он приклеился к ней как помёт к подошве, — гнётся к полу Шохарн, заискивающе глядя на повелителя.

— Её потенциал проверили? — недовольно испрашивает Ниран, нервно меряя шагами зал.

Не любил он сложностей и всей это церемониальной волокиты. Если бы не сила, с каждым годом всё быстрее утекающая в никуда, правитель Теодории на месте бы сжигал таких выскочек как Ториан. Была бы у него мощь древних правителей, поделивших Оривию на три части, забрал бы всё себе, став единоличным владельцем мира, сравнявшись с Великим Валисом.

— Ториан не дал, повелитель. Пришлось смириться с ним, чтобы в целости довезти Ларелию. Но менталист успел просканировать ауру Нарави и заверил, что она полыхает силой.

— Почему тогда ты привёл девку сюда, а не к алхимику в подземелье? — предвкушающе втянул ноздрями король воздух. Ему ещё не попадались доноры с полыхающей аурой.

— Потому вам надо жениться на ней, — ещё ниже склоняется к полу Шохарн и скороговоркой продолжает, чтобы успеть донести своё мнение, пока его не подожгли. — Ксарк с подачи тёмной магии собирался связаться с девчонкой узами брака, чтобы усилить свой огонь. А он далеко не дурак, чтобы похищать, а потом биться из-за провинциальной простушки. Подумайте, повелитель, как брак с ней усилит вашу мощь. Это же нескончаемая энергия, передающаяся через супружескую близость. Представляете, какой наследник родится у вас.

— В твоих словах есть правда, — задумчиво потирает подбородок Ниран, садится на трон и закидывает ногу на ногу. — Не родовита, конечно, но сильна. Тем более вырвана с боем из рук врага. О нас сложат легенды о великой любви, Шохарн. Готовьте завтра вечером бал. Объявим о нашей помолвке.

Глава 38

Ксарк

— Где Лара? — камнем врезаюсь в песок, сбрасывая личину беркута, отчего ледяная девчонка без чувств оседает в ногах Седорика.

— Если за нами гнались не ваши люди, то у Нирана, — вздыхает он и склоняется над упавшей, слегка постукивая её ладонью по щекам. — Эва, детка, очнись. Вода есть?

— Вино, — отстёгиваю от пояса флягу и протягиваю Вайсу. Эту роскошь из мёда диких пчёл и цветов горной рюмии, выдержанную в особой пещере лет десять, мы пьём маленькими глотками для придания сил при истощении. — Много не давай. Сердце может не выдержать.

Ловлю себя на том, что заворожённо смотрю как густая, золотистая капля стекает по пухлым, чуть бледным губам и скрывается в аккуратном ротике. Почему-то захотелось прочувствовать мягкость этих губ, слизнув сладость мёда. Веду взглядом по тугой, обтянутой тканью груди, по тонкой талии, по скрытым пыльной юбкой бёдрам, по голой коленке, выглянувшей из-под задранного подола.

И одёргиваю своё не вовремя вспыхнувшее возбуждение. Сколько таких ладных девочек сгорело в моих объятиях. Ещё больше так и остались в разряде непостижимых мечтаний, сохранив свою жизнь. Не для меня крошка. Моя задача вернуть Лару и возродить Варалию.

— Зачем сбежали? — интересуюсь у Седорика, отводя взгляд от поднимающейся на глубокий вдох женской груди. Вкусная картинка, отражающаяся интересом в паху.

— Гостеприимство не понравилось, — спокойно отвечает отставной огневик, совсем не теряясь в моём обществе.

— Думаешь у Нирана лучше? — злюсь то ли на бесстрашие Вайса, то ли на свою реакцию на чужую девку. Моя суженая Ларелия, а я пялюсь на ножки какой-то