Да гори оно всё... - Маргарита Аркадьевна Климова

— Тор просветил, — возвращает флягу Седорик и усаживает девчонку, пришедшую в себя. — Но и ваше радушие не по вкусу пришлось.

— Ты видел, Сед? Видел? — встревоженно тычет в мою сторону пальцем Эва и одновременно вцепляется в сюртук мужчины и невменяемо тянет. — Он же в птицу превращается. Так не бывает. Это глюки. Нас чем-то окурили. Мне придётся в наркологическую клинику ложиться после ваших приколов.

— Варговы копыта, — заходится в переживаниях Седорик, закапываясь пятернёй в бороду. — Хотел же всё осторожно рассказать.

— Тебя перенесло в другой мир, девочка, — материализую на ладони ровную сферу, пылающую чёрным пламенем, и подращиваю ей в размере, прежде чем схлопнуть. Плевать я хотел на его осторожность. — Здесь живёт боевая магия льда и огня, людей лечат ведьмы и лекари, а правители превращаются в родовых зверей, если позволяет сила дара.

— Нет, нет, нет, — мотает головой Эва и судорожно дёргает ворот платья. — Ты врёшь. Я в Новосибирске. В коме. Точно. Меня сбила машина. Лежу в реанимации под препаратами, вот и чудится дрянь всякая.

— Ты в моих владениях, — упрямо наступаю на неё, давя правдой. — В Пустоши. Сто лет назад на этом самом месте цвели цветы, зеленели сады, воды рек несли чистейшую воду. И пока я отвлекаюсь на тебя, надежду моей страны увозят к Нирану, чтобы уничтожить в подземельях.

— С Ларой Ториан, — прижимает к себе невменяемую девчонку Седорик. — Он не даст её в обиду. И Ниран не рискнёт его трогать. А нам нужно туда. Не знаю как, но мы должны помочь им выбраться. Карлос мне не простит, если с его дочерью чего-нибудь случится. Даже если она не Ларелия. Слетаете, Ваше Величество, на разведку?

— Я пуст, — развожу в сторону руки. — Весь резерв потратил в бою. Сил на оборот хватило лишь на облёт этой стороны Пустоши. Но за мной следует отряд. Можете присоединиться к нам.

— Почту за честь, — коротко кивает Седорик и легко подсаживает, всё ещё не осознавшую правду, Эву на коня. Берет его под уздцы и смотрит на меня. — Далеко идти?

— За тот бархан, — указываю ему направление.

— Ворон устал, — пожимает плечами он и шагает в ту сторону. — Придётся пешком.

— Поддержу, — иду рядом, невольно улыбаясь.

Нравится мне Седорик. Степенный, немногословный, неглупый. Ему незазорно подставить плечо и нестрашно повернуться спиной. Он не предаст, не бросит и не воткнёт исподтишка нож. Настоящий мужик, проверенный жизнью и боем.

Мои люди встречают нас в назначенном месте. Подкрепившись и обогрев девчонку у костра, седлаем лошадей и движемся караванным путём, по которому ближе всего до вотчины Нирана.

Посадив Эву на свободную лошадь, сразу отказываюсь от идеи её самостоятельного передвижения. В седле девицу болтает как тюк с сеном на ветру, поэтому перехватываю её за талию и пересаживаю перед собой.

Прядь растрепавшихся волос настырно щекочет подбородок, а морозный запах ластится к коже. Странное поведение моего огня и её льда. Вроде, они должны раздражаться и конфликтовать, но моя сила как будто бы принюхивается, чихает и урчит, словно игривая зверушка.

— Неужели всё это правда? — после долгого молчания интересуется Эва, слегка отстранившись. Лучше бы продолжала упиваться неверием, сладко прижимаясь ко мне. — Здесь нет телефонов, автомобилей, самолётов? Вы не летали в космос, не развили медицину, не придумали интернет?

— Ничего из того, что ты перечислила, — отвечаю, возвращая назад её спину к своей груди. Так, склеившись, удобнее вибрировать созвучно лошади. — Но я буду рад узнать значение каждого слова.

И Эва всю поездку рассказывает мне о больших металлических птицах, переносящих в брюхе на дальние расстояния людей по воздуху. О наземном и подземном транспорте, о компьютерах и мобильной связи. Антибиотики, стрелковое оружие, многоэтажные муравейники и волшебные коробки под названием «лифты».

Скорее всего, это лишь малая часть чудес другого мира, но с въездом в город мы вынуждены сменить интересную тему на обсуждение хозяйственных закупок. Гуляем по торговым лавкам, изображая селян с приграничного района, приехавших за пополнением провизии.

— Слышали, король объявил о торжественном ужине, — делится с нами последними сплетнями хозяин молочной лавки. — Ходят слухи, что на нём он собирается обручиться. А невесту отбил в бою у самого про́клятого Ксарка. Армии Нирана противостояла вся мощь тёмного Варга, но сила буйвола уничтожила приспешников тьмы, атаковав священным светом.

— Обалдеть, — присвистывает Седорик, а мне и сказать нечего.

Глава 39

Нас разводят по разным комнатам, лишив возможности обсудить произошедшее. Ториан бросает на меня обеспокоенный взгляд и обещает навестить за завтраком. Правда, закрывшийся за моей спиной замок и строевой шаг охраны говорят о пустом обещание. Несмотря на разыгранную радость в тронном зале, Ниран чётко даёт понять, что мы здесь пленники, а не гости.

Спасибо, что хоть разместил не в тёмном и сыром подземелье. Вполне приличная гостиная в золоте и в молочном шёлке, за светлой дверью уютная спальня с большой кроватью под полупрозрачным балдахином. За расписной ширмой стульчак с горшком, бадья, наполненная горячей водицей и керамический таз с кувшином. В общем, всё та же сральня, что и везде. Верните меня в цивилизацию с нормальным толчком и с туалетной бумагой.

Пока я осматриваюсь и проверяю удобства, мне приносят поднос с едой и одежду. Служанка раскладывает на кровати ночную сорочку до пят и красивый халат, мерцающий расписными птицами. В шкаф убирает два платья, панталоны, чулки и мягкие лодочки.

— Леди Ларелия, вам помочь принять ванную? — тихо произносит девушка, приседая в книксене.

— Сама справлюсь, — машу рукой, выпроваживая прислугу. — До утра прошу не беспокоить.

Опустив голову, служанка выходит, и за ней сразу щёлкает замок двери. Что ж, ломиться и качать права смысла нет. Сейчас первостепенно смыть с себя грязь, надеть свежую одежду, поесть и лечь спать. Так и действую. Раздеваюсь и выбрасываю замызганные вещи в мусор, с удовольствием смываю с себя грязь, с трепетом влезаю в чистую рубаху, примечая ластящуюся к коже мягкую ткань. Жизнь начинает поигрывать яркими красками.

Запечённая птица просто сводит с ума. После голода и стресса хрустящая корочка с сочным мясом приводят в экстаз. А нежные овощи с пряным соусом продлевают вкусовой оргазм до эйфории. Сама не замечаю, как съедаю всю тушку, мякишем хлеба собираю с тарелки подливу и, ещё не придя во вменяемое состояние, стачиваю кусок пирога, порезанные фрукты, медовые печенюшки и сахарные крендельки.

Сыто поглаживая живот, осматриваю словно разорённый ротой солдат стол и охреневаю. Разве можно столько жрать, Евгеня Пална? — не кстати приходит на память Мохамад Махмудович Аль-Али.