Криминалист-попаданка. Я не убивала вашего дракона! - Виолетта Вейл

— Этого не может быть.

— Почему?

— Я сам взвешивал сосуд перед запечатыванием.

— Могли ошибиться?

— Нет настолько.

— Почему уверены?

— Потому что количество контролировал Йорен, а Томас стоял рядом. Мы все расписались.

Он перелистнул страницу.

Нашел запись.

Три подписи.

Эван Ресс.

Йорен Мас.

Томас Кель.

— Вот.

Я подошла ближе.

— Значит, есть три варианта.

Ариан посмотрел на меня.

— Какие?

— Первый: все трое ошиблись или лгут.

Эван мрачно сказал:

— Прекрасное начало.

— Второй: концентрат взяли позже и не записали.

— Для этого нужно открыть сосуд, — сказал Олден.

— И снова запечатать.

— Да.

— Третий: запись об остатке изменили после реального взвешивания.

Эван замер.

Я указала на строку.

— Можно?

Олден подал мне увеличительную линзу.

Я не касалась страницы.

Число в графе остатка выглядело аккуратно.

Та же черная краска.

Тот же почерк.

Но бумага вокруг последней цифры была немного шероховатой.

Я повернула журнал к окну.

Свет падал сбоку.

— Олден.

Он подошел.

— Видите поверхность?

Эксперт взял линзу.

— Здесь снимали верхний слой бумаги.

— Стирали?

— Похоже.

Эван наклонился.

— Где?

Олден показал.

Цифра была написана поверх слегка поврежденной поверхности.

— У вас чем исправляют записи? — спросила я.

— Если ошибка обычная, старое число перечеркивают одной линией, рядом пишут новое и ставят подпись, — ответил Эван.

— Здесь ничего не перечеркнуто.

— Нет.

— Значит, кто-то пытался сделать исправление незаметным.

Ариан протянул руку к журналу, но остановился.

— Можно понять, какое число было раньше?

Олден задумался.

— Возможно. Если остались следы чернил в волокнах.

— Не сейчас, — сказала я.

Он кивнул.

— Сначала исследую страницу отдельно.

Эван смотрел на запись так, будто впервые видел собственный журнал.

— Эта цифра была другой.

Все повернулись к нему.

— Какой?

Он назвал меньший остаток.

Я быстро пересчитала.

— И это совпадает с текущим весом бутылки?

Олден сверился.

— Почти идеально.

Ариан спросил:

— То есть после того, как часть концентрата исчезла, кто-то изменил запись так, чтобы по журналу его должно было быть больше?

Я покачала головой.

— Наоборот.

Он посмотрел на меня.

Я еще раз сверилась с числами.

— Если текущий физический остаток соответствует тому числу, которое, по словам Эвана, было записано первоначально, тогда вещество могло исчезнуть до той проверки.

Эван нахмурился.

— Нет. Я взвешивал после использования. Количество соответствовало первоначальной цифре.

— Тогда подождите.

Я снова пересчитала.

В местной системе мер я могла ошибиться.

Олден помог.

И через минуту стало понятно.

Текущий остаток был меньше первоначального.

Но больше того количества, которое получалось бы после полного изъятия смертельной дозы.

Исправленная цифра в журнале была завышена еще сильнее.

Кто-то не просто скрывал недостачу.

Кто-то пытался сделать так, чтобы следующая проверка не совпала вообще ни с одним реальным расходом.

— Это странно, — сказала я.

Ариан устало посмотрел на меня.

— Наконец-то вы сказали слово, которое я полностью понимаю.

Я продолжала смотреть на журнал.

— Если человек хочет скрыть кражу, обычно он подгоняет запись под реальный остаток. Здесь сделали обратное. Записали больше, чем есть.

— Возможно, не знали точный вес, — предположил Олден.

— Или меняли запись до того, как узнали, сколько осталось после кражи.

Эван медленно произнес:

— Запись могли изменить заранее.

Я посмотрела на него.

— Для чего?

Он перевел взгляд на сосуд.

— Чтобы потом недостача выглядела больше и подозрение сразу упало на человека, который отвечал за запас.

Ариан ничего не сказал.

Эван усмехнулся без веселья.

— На меня.

Это была только версия.

Но хорошая.

Если убийца хотел использовать арканит и одновременно подставить Эвана, завышенная учетная цифра была удобна.

После смерти Кассиана проверяют запас.

Обнаруживают крупную недостачу.

Последним концентрат получал Эван.

Он же лечил Кассиана.

Он же подписал распоряжение на вечернее лекарство.

Слишком много совпадений вокруг одного человека.

Я знала, как опасно выглядит слишком хорошая версия.

Именно поэтому не собиралась ни принимать ее, ни отбрасывать.

— Кто имел доступ к журналу после вашей записи? — спросила я.

Эван перечислил:

— Йорен. Берн. Два старших лекаря. Томас мог войти со мной или с Йореном. Иногда журналы берет счетовод медицинского управления для еженедельной сверки.

— Сколько всего людей?

— С учетом ключей и официального доступа — шесть или семь.

— А если у человека нет ключа?

— Он не попадет сюда.

Я посмотрела на металлическую дверь.

— Никогда?

— Что значит «никогда»?

— Ключ можно скопировать?

— Можно сделать второй, если получить оригинал.

— Замок можно вскрыть?

Йорен, которого к этому времени привели в хранилище, ответил раньше Эвана:

— Этот — сложно. Но возможно.

Смотрителю было около шестидесяти. Невысокий, крепкий мужчина с внимательными глазами. Он не выглядел напуганным.

Скорее оскорбленным тем, что кто-то посмел трогать его учет.

— Я проверяю замки каждый день, — добавил он.

— Следы вскрытия есть? — спросила я.

— Не заметил.

— Значит, вероятнее ключ.

— Или кто-то из тех, у кого он был.

Ариан попросил его описать проверку три дня назад.

Йорен подтвердил слова Эвана.

— Мастер Ресс получил три доли концентрата. Использовал одну для приготовления наружного состава. Остаток вернули. Я лично взвесил сосуд.

— Кто запечатывал? — спросила я.

— Мастер Ресс.

— Какой печатью?

— Служебной.

— Где она хранится?

— В моем столе.

— Запирается?

— Да.

— Ключ?

Йорен нахмурился.

— У меня.

— Запасная печать существует?

Он помолчал.

— Две.

Ариан сразу спросил:

— Где?

— Одна у главы медицинского управления. Вторая в административной канцелярии для оформления больших поставок.

Я перестала писать.

— В административной канцелярии?

— Да. Когда приходят государственные партии лекарств, документы заверяются общей медицинской печатью.

Ариан посмотрел на меня.

Мы оба услышали одно и то же слово.

Канцелярия.

Пока это ничего не доказывало.

Но несколько разных нитей уже проходили рядом с ней.

Кассиан перед смертью ждал кого-то из Королевской канцелярии.

Секретаря канцлера видели возле его рабочего коридора.

Запасная медицинская печать находилась в административной системе.

Я записала только факт.

Без вывода.

— Когда вы сегодня утром вошли сюда, сосуд выглядел так же? — спросила я Йорена.

— Да.

— Печать была цела?

— Я не трогал ее. Только проверил шкафы внешне.

— Вы сверяли вес?

— Нет. Полную сверку проводят раз в три дня.

— Когда