Буренка для дракона - Татьяна Андрианова

всякий драгоценный венец выдержит сравнение. Из воды показались узкие, покатые перламутровые плечи, затем соблазнительные полукружья грудей с темными сосками. Русалка явно вознамерилась покинуть воду целиком.

Ровнер понял, что даже не разглядел цвета ее глаз. И действительно, кто, не лишенный мужской силы, сможет оторвать взгляд от манящего обнаженного женского тела, чтобы полюбоваться на лицо. Пусть даже и очень симпатичное. Внезапно до луу Альфина дошло – русалок уже четверо. Представителей мужского пола на берегу – тоже. Дело принимало очень неприятный оборот. Хорошо, если их просто изнасилуют. Хотя при всем богатстве фантазии Ровнер понятия не имел, как именно нежити это удастся, с учетом того, что ниже талии у них хвост. Перед внутренним взором вставала картина спаривания рыб, виденная когда-то в учебнике, и выходило совсем уж противно.

Студенты попытались отползти подальше от воды, при этом вовсю таращились точно не на кувшинки. Но были слишком слабы после пережитого и смогли преодолеть жалких несколько метров.

Только Ергест стояла спокойно, сохраняя невозмутимость каменной статуи.

Глава 14

Из воды показалась тонкая талия, затем крутые бедра, облитые серебряной чешуей.

– Учитель Ровнер, она что? Стоит на хвосте? – поразился Гарш, отчаянно жалеющий, что не захватил на практику хотя бы блокнот для записей и самопишущее перо.

Куда бы он дел пишущие принадлежности, если на нем остались только штаны, парень не думал. До того ли, когда такой материал для реферата пропадает. Здесь можно и на курсовую замахнуться.

– Судя по всему, она на нем ходит, – ответил за наставника Мжель.

– Причем идет явно в нашу сторону, – поделился наблюдением Петеш.

– Красивая, сил нет, – оценил роскошную фигуру и фиалковые глаза речной прелестницы Граш.

– Ага. Сил нет ни на что. Ни сбежать, ни чего-то еще… – шмыгнул носом Мжель и зябко поежился.

– Вы правы. Хвост у нас очень сильный, – жизнерадостно сообщила рыжая Илина и в очередной раз попыталась избавиться от костяного ножа в плавнике.

Чоно утробно зарычал, Илина надула губы.

– Мне, между прочим, больно, – со слезами в голосе сообщила она. – Да кто ты такая, чтобы меня удерживать?

– Просто шаманка, – просветила нежить Ергест.

– Врешь! Откуда здесь взяться шаманам? Чем докажешь?

– Запросто. Хочешь в бубен дам? – щедро предложила степнячка, но русалка от эксперимента отказалась.

Тем временем брюнетка почти полностью вышла из воды. Быстро высыхающая чешуя буквально на глазах преобразовалась в кожу, явив потрясенным взорам собравшихся пару стройных ног и пикантный треугольник волос внизу живота. Парни судорожно сглотнули. Ровнер понял, что если русалки могут размножаться, то вряд ли мечут икру.

– А почему у тебя хвост? – поинтересовался у рыжей Гарш.

– Мне ее нож мешает, – жалостливо всхлипнула русалка и обвинительно ткнула пальчиком в сторону жестокосердной шаманки. – Заставь ее отпустить меня. А я уж тебя отблагодарю, – с придыханием добавила она, соблазнительно прикусив губу жемчужными зубами.

– Точно дам в бубен, – предупредила Ергест.

– Какая у нас тут замечательная барышня. – Узкие изящные ступни брюнетки ступили на берег. Фиалковые глаза насмешливо сверкнули, а красиво очерченные губы растянулись в улыбке. – Такая молодая и такая строгая.

Ровнер невольно попятился. Опыт боевого мага подсказывал, если нежить улыбается подобным образом, она точно знает, какую часть твоего тела употребит в первую очередь. Ергест напряглась, но осталась на месте. У нее еще есть козыри в рукаве. Не все духи выпущены, а Яргай еще не отозван. Он будет мутить воду в реке даже после ее смерти, и русалки об этом знают. А если нет, это станет для них очень неприятным сюрпризом.

«Какой возгри я вписалась в это из-за четырех незнакомцев? – досадовала она на себя. – Мама учила использовать мужчин в своих целях, а не вытаскивать их из неприятностей. Ладно. Раз уж ввязалась во все это, помогу в последний раз».

– Ну не надо смотреть такой букой. От серьезного выражения лица появляются морщины, а они даже шаманке не нужны, – нежно, словно неразумному дитю, проворковала брюнетка, подходя к девушке еще ближе.

Ровнер не заметил, как заступил дорогу вкрадчивой нежити, заслонив израненной, саднящей грудью степнячку. Девушка в помощи вовсе не нуждалась, дракон это знал, да и какой толк от лишенного оружия и магии боевого мага. А сходиться в рукопашной с полностью обнаженной женщиной, пусть и нежитью, казалось как-то нелепо, что ли.

– Пф! – презрительно фыркнула из-за спины Ергест. – Я еще слишком молода для морщин. – Намек на свой возраст брюнетка благополучно пропустила мимо ушей. – К тому же таким полезным для кожи зельям обучена. Эффект просто невероятный. Семейный рецепт, между прочим.

Услышав про невероятно эффективные зелья по уникальным семейным рецептам, все, кроме брюнетки, пришли в такое возбуждение, что чуть из воды не повыпрыгивали, а рыжая перестала изображать из себя жертву шаманского произвола.

– Угомонитесь, вертихвостки! – рявкнула в их сторону брюнетка. – Вы нежить. А, значит, как утопли, так в одной поре и застыли. Некоторые даже улучшились. Зачем вам зелья? Какая вам от них польза?

– Ну, мало ли? – мечтательно зажмурилась Илина.

– Красоты много не бывает, – поддержала ее русоволосая.

– Ох, и что с ними делать? – ни к кому конкретно не обращаясь, вопросила обнаженная брюнетка, закатывая прекрасные фиалковые очи. – Как водяного не стало, никакого с ними сладу.

– Куда ж он подевался? Помер, что ли? – не удержался от любопытства Гарш и тут же получил от Мжеля хлесткий подзатыльник, чтобы не высовывался.

Нечего привлекать к себе ненужное внимание нежити.

– Да нет, – повела перламутровыми плечами брюнетка. – Просто запропастился куда-то. Хотя, может, и помер.

– Водяной запропастился? – искренне изумилась Ергест, не представлявшая реку без пригляда хозяина. – Небывальщина какая-то. Искали?

– Искали, – трагично вздохнула рыжая. – Под каждую корягу заглянули, все омуты облазили.

– До других водяных плавали – всхлипнула русоволосая, и цветы в ее венке грустно склонили головы, разделяя скорбь хозяйки. – Не видел никто.

– Даже в болота к болотнику пробирались, – вставила слово блондинка. – А там, между прочим, мерзко, топко, полно лягушек и кикиморы такие противные. А сам болотник так и норовит свои руки протянуть, куда не следует.

– Как и вы, – не удержалась от «шпильки» Ергест.

И сидящие на берегу