Мелодия сердцебиения. Часть 2 - Лаура Зоммер

— Здорово... — пробормотала я и достала шоколадный пудинг.

— Эй, мы скоро будем кушать. — Моя мама взмахнула поварешкой и укоризненно посмотрела на меня.

— Ты же хочешь, чтобы я набрала вес, так что сама напросилась. — С ней действительно никогда не знаешь наверняка, что произойдёт дальше.

— Насколько ты уже весишь поправилась?

— Где-то на три килограмма.

— Может, это из-за...

— Я и так ем! — Я шлёпнула шоколадный пудинг на кухонный островок, так что ложка выпала и звякнула о каменную столешницу. И мне снова стало жаль, что я так отреагировала...

— Прости! — Я потёрла висок и взяла ложку, чтобы продолжить есть.

— Ладно, ладно, — пробормотала мама, молча поворачиваясь к еде. Сейчас снова царила эта ледяная атмосфера, хотя мне так много хотелось бы ей рассказать. Например, то, что мы с Генри вместе. Обрадуется ли она? Но теперь мама даже не смотрела на меня, помешивая еду в кастрюле и переворачивая мясо на сковороде, как будто меня вообще не было. Я молча ополоснула ложку после того, как съела шоколадный пудинг, и вернулась в свою комнату, пока она не позвала меня ужинать.

В половину седьмого мы с мамой и папой сидели вместе за столом. Я чувствовала, что эти двое наблюдают за мной, хотя они всегда отводили взгляд, когда я смотрела на них. Через несколько минут мне это надоело, и я встала, взяла свою тарелку и направилась к выходу из кухни.

— Куда ты? — в ужасе спросил папа.

— В свою комнату. Ешьте в тишине и покое. В конце концов, я не животное в зоопарке, за которым надо наблюдать во время еды! — Может быть, оставить родителей наедине было хорошей идеей.

* * *

Около восьми я увидела, как друзья Генри уехали. Это был мой шанс! Правда, его родители ещё не вернулись, но они должны были приехать ближе к вечеру. Таким образом, у нас с Генри оставалось ещё несколько минут или даже часов наедине. Я пробралась по коридору ко входной двери и собиралась выскользнуть из дома, когда мой папа поймал меня. Он сидел с мамой в гостиной, они смотрели телевизор, хотя я надеялась, что меня не заметят.

— Куда вы направляетесь, юная мисс? — Что ж, это было не к добру! Если он называл меня мисс, это означало, что сейчас будет чертовски плохо.

— К Генри, — ответила я.

— Его родители уже вернулись?

— Не знаю. Но мы хотели ещё кое-что...

— Тогда ты остаёшься здесь. Посмотри на часы. Уже поздно! Ты больше не выйдешь из дома!

— Господи, я только к Генри и обратно!

— Сейчас ты никуда не идёшь, кроме как в свою комнату.

— Он ведь совсем рядом. Мы просто хотим немного поболтать... — Мой папа иногда вёл себя как сторожевой пёс. Жаль только, что мама не могла держать его на коротком поводке.

— Тогда позвони ему. — Папа жестикулировал руками, показывая, чтобы я отошла от входной двери. Обычно я бы послушалась, громко вздохнув, но сейчас мне просто не хотелось этого делать. Он преувеличивал!

— Нет. — Я открыла дверь, вышла, сбежала по лестнице и направилась к дому Генри. Папа бежал за мной, снова и снова выкрикивая моё имя, как будто я была собакой, которая убегала.

— Кричи громче. Кажется, не все соседи тебя ещё услышали! — Какое счастье, что именно в этот момент по улице проехала машина и въехала на подъездную дорожку. Родители Генри! Идеально! — Отлично, телохранители приехали. Доволен? — Я скрестила руки на груди и ждала одобрения отца. Я хотела только увидеть его лицо, поскольку теперь уже ничто не мешало пойти к Генри.

— Совсем наоборот! У Ричарда и Беатрикс Бог знает какие ещё дела есть, кроме как присматривать за тобой, а теперь пошли в дом! — Папа только угрожающе зашипел в мою сторону, что, однако, нисколько не побудило меня подойти к нему.

— Томас! — Папа Генри вышел из машины, за ним последовала мама Генри, которая вопросительно посмотрела на моего отца.

— Ричард. Беатрикс. Пожалуйста, извините, но моя дочь... — Папа раздражённо покачал головой и подошёл к ним.

— Я просто хотела пойти к Генри, а мой отец снова воспринимает всё в штыки! Мне это не нравится! Мне шестнадцать! — Я спряталась за родителями Генри, которые сразу же взяли меня под свою защиту.

— Ну, ты всегда можешь зайти, ты нам не мешаешь. — Мать Генри приветливо улыбнулась мне, а его отец подошёл ко мне и похлопал по плечу.

— Не расстраивайся, Томас. Когда-то мы были такими же. Мы всегда рады Юли.

Мой папа только покачал головой и молча пошёл обратно, пока не исчез на крыльце. Моя мама стояла и грустно смотрела на меня, прежде чем они закрыли дверь. Почему они не могли быть такими же крутыми, как родители Генри?

— Твои родители просто волнуются, не сердись на них, — сказала мама Генри.

— Они перебарщивают. Спасибо за помощь... — Почему только мы не могли быть счастливой семьёй? Почему мне не доверяли? Как я могла когда-либо доверить им информацию, что мы с Генри были парой? После этого они бы точно не пустили меня к нему. У некоторых людей моего возраста уже были дети, так что теперь я была по-настоящему взрослой! Я была осторожна и не переспала с половиной Винчестера! Что ж, была глупая ситуация с Кристианом, но в конце концов я ясно дала ему понять, что не хочу.

— Заходи пока в дом, я думаю, мы как-нибудь уладим ситуацию с твоими родителями, — предложила мама Генри.

— Лучше не надо. В противном случае всё ещё больше обострится, и мне вообще нельзя будет выходить из дома. — Я просто хотела встретиться с Генри!

— Мы уже это делаем. Сначала сходи к Генри, а мы скоро придём. Так больше не может продолжаться! — Отец Генри был полон решимости разобраться с этим сейчас. Когда я оглянулась, Генри как раз открывал входную дверь. Я сразу же подбежала к нему и проскользнула мимо него в коридор, где чувствовала себя в безопасности.

— Привет, что случилось? — спросил он меня.

— Снова мои родители. Если они когда-нибудь узнают, что мы вместе, то запрут меня в комнате, и я больше никогда не выйду из дома! — Теперь весь вечер, который я хотела провести с Генри, был испорчен!

— А мои родители? — Он закрыл входную дверь и посмотрел на меня.

— Они хотят поговорить с моими. Надеюсь, они им ничего не скажут, потому что тогда я больше не увижу тебя.

— Этого не случится. — Генри умел подбадривать меня. Он подошёл ко мне, положил