Об огне и заблуждениях - Кортни Уимс

Он снова коротко сжимает мою ладонь, его голос звучит едва слышно, почти на выдохе: — Отвернись.

Карлайл делает знак Коулу, и они вдвоем исчезают в толпе.

Арчи пристраивается рядом со мной и ловит мой взгляд. Прежде чем я успеваю спросить его, что происходит, Дэриан на башне откашливается, и толпа затихает. Коул и Карлайл поднимаются к Дэриану на верхнюю платформу.

Карлайл выкрикивает, обращаясь к толпе: — Сегодня мы осуждаем двоих сочувствующих драконам. Пусть это послужит напоминанием: наш Король справедлив, а закон есть закон. Чтобы защитить нас от мятежников и драконов, мы должны соблюдать наши законы, кем бы ни были нарушители.

Где-то в глубине толпы женщина прячет лицо в ладонях, сотрясаясь от рыданий; мужчина рядом шикает на неё.

Солдат на платформе срывает мешок с одного из узников. Я не узнаю преступника, но его глаза округляются от ужаса. Он дергается в руках солдат, пока те пытаются удержать его и накинуть петлю на шею.

У меня отвисает челюсть, грудь сдавливает. Страх пригвождает меня к месту, каждая секунда тянется мучительно медленно.

Узник вскрикивает: — Подождите! Стойте, пожалуйста, я всё объясню…

Один из солдат заталкивает что-то в рот пленнику, чтобы заглушить крики. Они снимают мешок со второго нарушителя, накидывают петлю ему на шею и подталкивают обоих к краю платформы.

Нет.

Нет, нет, нет.

Как они могут их не выслушать? Разве не должно быть суда, допроса?

Я озираюсь по сторонам в поисках того, кто это остановит. Хоть кого-нибудь. Но никто не шевелится, все глаза прикованы к башне.

Я дергаюсь вперед, порываясь вмешаться, но Арчи хватает меня за предплечье. Я смотрю на него; он кусает губу и качает головой.

— Именем Короля, вы приговариваетесь к смерти через повешение. Да смилуются над вами боги, — провозглашает Дэриан.

Мой взгляд снова взлетает к башне и встречается со взглядом Коула. По затылку катится пот, сползая по позвоночнику; дыхание перехватывает.

Смотри. В сторону.

Стражник сталкивает одного из узников с платформы. Я резко отворачиваюсь, уставившись на свою тяжело вздымающуюся грудь.

По толпе проходит коллективный вздох. Но ничто не может заглушить жуткий хруст ломающихся шей. Зажмурившись, я зажимаю уши руками, едва сумев приглушить хруст костей второго смертника.

Чья-то рука касается моей спины, и я вздрагиваю. Распахиваю глаза и оборачиваюсь: Арчи смотрит на меня сочувствующим взглядом. Его губы беззвучно произносят: «Кэт».

Я проскальзываю мимо него и расталкиваю толпу. Пробившись сквозь последний ряд зевак, я срываюсь на бег. Промчавшись мимо осыпающейся стены аванпоста, я залетаю в лес; темные тени деревьев мелькают вокруг. Дыхание со свистом вырывается из груди.

Это могла быть я.

Или Коул.

Лунный свет дробится на мелких волнах, когда я выбегаю к озеру. Сверчки завели свои скрипучие песни, кожа зудит от ночной прохлады. Я опускаюсь на землю, обхватив колени руками, и пытаюсь выровнять дыхание.

Темный силуэт Дэйши скользит между деревьями в мою сторону. Приблизившись, она тычется мордой мне в ребра. Что случилось?

Как я могу рассказать ей о том, что произошло, когда она здесь совсем одна? Когда цена самого факта её существования так высока? Это наверняка напугает её. Разум лихорадочно прокручивает варианты и бесконечные риски. Право на ошибку ничтожно мало, и от этого становится жутко.

Я выдавливаю улыбку и чешу её под подбородком. — Ничего.

Она снова толкает меня в бок и замирает. Глубоко втянув воздух носом, она расширяет зрачки.

Курица.

Ты ела сегодня? — Я достаю крылышко из кармана.

Её глаза мерцают, точно блики луны на поверхности воды, на фоне иссиня-черной чешуи. Она склоняет голову набок. Если я скажу «нет», значит ли это, что ты всё равно отдашь мне ту курицу, что принесла?

Смешок прорывается сквозь мой страх, и я бросаю ей куски мяса. Надо же, она почуяла запах.

Она ловит куски на лету, заглатывает их и облизывает пасть. До каких размеров вырастают курицы?

— Ненамного больше этого, — я показываю руками примерный размер.

Она поникает от разочарования.

Усмехнувшись, я долго поглаживаю её по морде. — Однажды ты будешь есть и другое. Лошадей, оленей, овец. Они куда больше куриц. Ты сможешь охотиться на них в Землях драконов вместе с другими. Будешь летать на свободе, и тебе никогда не придется гадать, куда можно идти, а куда — нет.

Она вскидывает голову — пришла идея. Я хочу тебе кое-что показать. Я тренировалась летать и могу добраться до другого берега озера.

Она заходит мне за спину, расправляя крылья.

Я наблюдаю за ней через плечо. — Покажи, но, Дэйша, тебе не стоит летать одной…

Пригнув голову, она бросается прямо на меня, подсовывает морду мне между ног и опрокидывает навзничь. Из меня вышибает дух; она извивается всем телом, перекатывая меня на сгиб между шеей и плечами. Я лихорадочно ищу, за что ухватиться, вцепляюсь в один из её рогов и подтягиваюсь. Дэйша пулей несется к озеру, моё тело подбрасывает при каждом её прыжке.

Я цепляюсь за её шею, мои глаза округляются, когда мы приближаемся к воде. — Дэйша!

Гром её шагов стихает, сменяясь взмахами крыльев. Мы отрываемся от земли в самый миг, когда достигаем кромки воды. Сердце замирает на несколько ударов; мы поднимаемся всё выше в воздух, паря над озером. Ветер овевает лицо и отбрасывает мои волосы назад. Я щурусь, глаза слезятся; в конце концов я зажмуриваюсь и крепче обхватываю её ногами и руками. — Под «покажи мне» я имела в виду совсем не это!

Она шипит. Спокойно!

— Я соскользну, я сейчас соскользну, я точно соскользну!

Ты мне не доверяешь?

Я распахиваю глаза и осмеливаюсь глянуть вниз на проносящиеся под нами барашки озерных волн. Сердце колотит в ушах, ладони мокрые от пота. — Это не тебе я не доверяю!

Перестань смотреть вниз!

Я перевожу взгляд с воды вперед. Деревья становятся всё больше по мере того, как мы приближаемся к другому берегу.

Держись.

— Как будто я уже не держусь изо всех сил!

Дэйша закладывает крутой вираж влево, меня швыряет вправо; я соскальзываю с её спины и повисаю на шее.

Она спотыкается в воздухе и кренится ниже к воде, вскрикнув от неожиданного смещения веса.

Мои ноги жалко болтаются в пустоте, руки дрожат от усилий, пытаясь удержаться на шее. Мои взмокшие от пота ладони соскальзывают с чешуи, и я с криком падаю назад.

Не знаю, секунды или минуты длилось это падение, но, когда я переворачиваюсь лицом к воде, стремительно летящей мне навстречу, меня подхватывают. Что-то дергает мою рубашку сверху, ветер шепчет