Паутина для Софии - Милана Милая

У меня в горле от волнения пересохло, и я потрясенно киваю в ответ. Лев протягивает руку, чтобы нежной лаской коснуться щеки, заправить за ушко выбившую прядь волос. А я для себя отмечаю, как необходимы мне его прикосновения! Как воздух…

– То, что было между нами, это не по пьяни, ты поняла? Для меня это очень важно.

Я снова беспомощно киваю, не в силах вымолвить ни слова. Растворяюсь в нежных прикосновениях грубой руки. Мы завороженно смотрим друг другу в глаза, и салон машины постепенно заволакивает химия… То, что происходит между нами не поддается разумному объяснению. Вижу, как его глаза темнеют, дыхание учащается, а у меня соски твердеют, внизу живота разливается знакомое тепло…

– Иди сейчас же! Если я шевельнусь… – Хрипло говорит мне Лев. – Мы через секунду мы займемся сексом прямо в машине.

Я расстегиваю ремень безопасности и пулей вылетаю из автомобиля. Вдыхаю свежий морозный воздух и на негнущихся ногах захожу в банк. Сквозь шум в ушах слушаю отчет секретаря о времени вылета, забронированном номере и расписании встреч. А я все думаю о том, что Лев отказался поехать со мной в эту командировку. Для него это была бы прекрасная возможность воспользоваться ситуацией, но он не воспользовался. Что за дела такие, требующие немедленного отъезда?

А еще я чуточку ревную, что он мне не сказал…

– София Олеговна, можно?

Из глубоких раздумий меня выдергивает приход Глебова.

– Пожалуйста, Семен Юрьевич, проходите. Нам нужно многое обсудить.

Улыбаюсь ему, с удивлением замечая растерянность и взъерошенность своего зама. Обычно его идеально уложенные волосы сейчас стоят дыбом, словно он дотронулся до оголенного электрического провода.

– Если хотите, я не поеду! Вообще, не очень-то и хотелось… – Он нервно оглядывается на дверь, словно за ней притаился огнедышащий дракон. А я ничего не понимаю. Он так хотел этой поездки еще с утра, находясь в приятном воодушевлении. Что случилось за последние 2 часа, которые я его не видела?

– Глупости не говорите, Семен Юрьевич, вы прекрасно знаете, что без вашей помощи я не справлюсь. Ваша командировка не подлежит обсуждению!

Странное ощущение, что вокруг меня плетутся какие-то интриги, возникает уже не в первый раз. Словно какая-то паутина, в которую я попала и не могу выбраться. Беспомощно барахтаюсь, увязая еще сильнее.

– Если вы настаиваете, я еду! Исключительно как ваш зам и специалист по финансовым вопросам…

– Что-то случилось за время обеденного перерыва, Семен Юрьевич?

– Ничего не случилось! – Он проводит пятерней по своей в конец испорченной укладке и нервно сглатывает, с испугом косясь на дверь. А у меня нет настроения его утешать или выяснять, что все-таки произошло. Своих проблем предостаточно.

– Если мы с вами все решили, можете идти…

Он пулей выскакивает из кабинета, вызывая у меня истерический смех. Я даже подошла к зеркалу, чтобы посмотреть, чем могла так напугать своего зама. Вроде все как обычно, я сама немного бледная и испуганная до чертиков. Тру заболевшие виски пальцами и позволяю себе немного жалости.

Я прошу всего лишь о нормальном свидании! Пожалуйста, вселенная, услышь меня! Чтобы мы с любимым человеком шли по набережной, любуясь на закат, держась за руки, а я крепко прижималась к его сильному плечу. Чтобы он смешил меня своими шутками и рассказами, а я заливисто смеялась. Чтобы он купил мне кофе в уличном ларьке, раф с лавандовым сиропом, и нежно обнимал, когда я мерзну, согревал своим дыханием мои ладони. Подарил два билета на стенд-ап Ахмедовой, которая на днях приедет в наш город с концертом. Потом пригласил к себе, чтобы мы провели незабываемую ночь…

Господи, неужели я так многого прошу?.. Всего лишь мааалююсенькое идеальное свидание!

Глубоко вздыхаю, прижимая ладони к своему плоскому животу, где поселился незваный житель…

– София Олеговна, с вами все в порядке? – Слышу голос секретаря и оборачиваюсь. – К вам посетитель, Соболев Никита. Очень просит, чтобы вы его приняли. Что мне ответить?

Вот только Соболева не хватало для полного счастья! Неужели он еще не понял, что у него нет абсолютно никаких шансов.

– Пусть войдет, Анна Леонидовна…

У меня нет времени на бывших учеников, и пора парню все доходчиво объяснить. В который раз… Соболев заходит, я редко, почти никогда, не видела его таким растерянным и неуверенным в себе.

– Здравствуй, Никита. Не ожидала тебя увидеть, удивлена… У тебя 5 минут, потому что мне совершенно некогда. – Делаю максимально строгое лицо, приглашая парня присесть напротив. И демонстративно смотрю на свое запястье, засекая время…

– Я пришел, чтобы извиниться перед вами за свое поведение. Мне понадобилось много времени, чтобы понять, каким идиотом я был. – Рассматриваю абсолютно равнодушно, до какой-же степени он красив. Модель с подиума сидит напротив меня! Неудивительно, что у парня такая завышенная самооценка. Только вот с понятливостью туговато… А еще мне нравится, что он перестал мне тыкать и соблюдает субординацию. Вспомнил о правилах приличного поведения.

– Я прощаю…

– Я пришел, чтобы извиниться, но передумал, когда увидел в этом банке того придурка, сломавшего мне руку. Не думал, что вы такая…

– Не понимаю…

– Его звали Лев! Того мужика, сломавшего мне несколько пальцев. И все это время я пытался его найти. Оказывается, не стоило перерывать весь город. Достаточно было зайти в банк, чтобы увидеть мерзавца, на которого я напишу заявление.

Меня сейчас словно ударили перьевой подушкой, слова Соболева вызвали легкий шок. Потому что я ведь решила, что тот человек и есть насильник. А теперь мальчишка мне говорит, что Лев и есть он! Но это же невозможно!

– Ты ошибаешься! – А в голове поневоле появляются мысли, нюансы, которых я раньше не замечала. В уме с немыслимой скоростью складывается пазл! И все встает на свои места. И я не понимаю, как могла раньше не замечать столь очевидных совпадений, как могла быть настолько слепа?

– Вы сбежали, София, когда он показал мне свое лицо и представился Львом. С глазами у меня все в порядке. Могли бы просто сказать, что есть парень, у которого с головой не все в порядке. – А у меня кабинет кружится перед глазами от жестокой правды, я не могу вымолвить не слова в ответ. А Никита продолжает. – Да, София, я козел, самый настоящий, и много ошибок совершил, о которых жалею. Хочу сказать вам одну вещь, бегите от этого человека подальше и