Развод. Я тебе (не) принадлежу - Юлия Ступина

— Мне нужно видеть лорда Грейсона. Сейчас же. У меня возникли проблемы с авторизацией второго уровня, система требует моего присутствия.

Охранники переглянулись. Один из них приложил руку к рации, переговорил с кем-то и кивнул.

— Проходите, мадам. Лорд в кабинете.

Грейсон сидел за своим столом, окруженный мониторами. Его лицо было напряженным — похоже, его аналитики уже начали натыкаться на первые «стены» в её коде.

— Аврора? — он поднял на неё взгляд, и в нем уже не было прежней мягкости. — Мои люди говорят, что синхронизация замедлилась. Код требует постоянного подтверждения с вашего терминала. Что происходит?

— Это защитный механизм «Феникса», лорд Грейсон, — Аврора подошла к столу, стараясь, чтобы её руки не дрожали. — Давид предусмотрел, что код нельзя передать в один этап. Нужно подтверждение через мой личный ключ, который связан с биометрией плода. Гормональный фон беременной женщины уникален, и Давид использовал его как финальный шифр.

Это была наглая, безумная ложь, но она звучала в духе паранойи Давида. Грейсон нахмурился, его глаза сузились.

— Вы хотите сказать, что ваш ребенок — это часть программного обеспечения?

— Давид был одержим наследником, — Аврора сделала еще шаг вперед. — Он хотел, чтобы империя принадлежала только его крови. Если я не введу подтверждение в течение ближайшего часа, система заблокируется окончательно. И начнется удаление данных.

Грейсон выругался — тихо, на латыни. Он явно не ожидал такого поворота.

— Мы вернемся в клинику. Немедленно.

— Нет смысла ехать туда всем кортежем, — быстро сказала Аврора. — Вызовите вертолет. Это сэкономит нам время. И прикажите Марку подготовить медицинский блок.

Грейсон посмотрел на неё долго и пристально. В этот момент она поняла: он ей не верит. Но жадность была сильнее осторожности. Ему нужен был «Феникс». Любой ценой.

— Хорошо. Вертолет будет через десять минут. Но предупреждаю, Аврора: если это ловушка, ваш муж умрет первым. А вы… вы пожалеете, что выжили в том взрыве.

* * *

Ночной полет над Альпами был похож на падение в бездну. Гул лопастей вертолета заглушал все мысли. Аврора сидела рядом с Грейсоном, чувствуя холод металла пистолета, который его охранник держал под полой пиджака.

Они приземлились на крышу клиники «Le Sommet» через пятнадцать минут. Ночной воздух здесь был еще холоднее. Штейнер уже ждал их у входа в блок «А». Его лицо было бледным, в глазах читалось беспокойство.

— Лорд Грейсон, система ведет себя странно, — начал он, но Грейсон оттолкнул его.

— В сторону, доктор. У нас есть «ключ».

Они вошли в палату Давида. Здесь ничего не изменилось, кроме того, что мониторы теперь мерцали тревожным желтым светом. Аврора подошла к терминалу. Её пальцы коснулись клавиш.

— Макс, сейчас, — прошептала она в воротник, где был закреплен микрофон.

В ту же секунду свет в палате мигнул и погас. Раздался тяжелый, нарастающий гул — это начали останавливаться мощные серверы в подвале. Завыла сирена, но она тут же захлебнулась, когда Макс ударил по резервным каналам связи.

— Что за… — вскрикнул Грейсон, выхватывая фонарь. — Охрана!

Но охрана уже была занята. В коридоре раздались звуки борьбы и глухие хлопки выстрелов с глушителем. Это был Марк. Он ждал сигнала.

Аврора не теряла ни секунды. Она бросилась к кровати Давида, лихорадочно срывая датчики.

— Давид! Давид, проснись! Мы уходим!

Она знала, что без аппаратов он может умереть за считанные минуты. Но оставаться здесь означало смерть его души. Она схватила кислородную маску, подключенную к портативному баллону, который всегда стоял у кровати на случай эвакуации.

— Куда ты собралась, сука?! — голос Грейсона в темноте звучал как скрежет металла.

Он схватил её за волосы, отшвыривая от кровати. Аврора упала, ударившись плечом о терминал. Грейсон стоял над ней, его лицо было искажено яростью. В его руке тускло блеснул нож.

— Ты думала, что сможешь переиграть меня? Меня, кто создал правила этой игры? Я сотру тебя, а твоего щенка…

Договорить он не успел. Дверь палаты вылетела от мощного удара. В проеме возник силуэт Марка. Вспышка выстрела осветила комнату. Грейсон вскрикнул, хватаясь за плечо, и повалился на пол.

— Аврора Александровна, быстро! — Марк подхватил её под руку. — У нас есть пять минут, пока они не перекрыли выходы!

— Давид! Мы должны забрать его!

Марк кивнул двум своим бойцам, которые вошли следом. Они профессионально переложили Давида на легкую каталку, не отключая портативные системы.

— К вертолету! — скомандовал Марк.

Они бежали по темным коридорам, освещаемым лишь красными лампами аварийного освещения. За спиной слышались крики и топот ног — охрана «Клуба» начала приходить в себя.

Они вырвались на крышу. Вертолет, на котором они прилетели, всё еще стоял с работающим двигателем. Пилот, нейтрализованный людьми Марка, лежал на бетоне. За штурвалом сидел один из бойцов.

— Взлетаем! — крикнул Марк, заталкивая каталку в салон.

Когда вертолет оторвался от крыши клиники, Аврора посмотрела вниз. Она видела, как к зданию стягиваются машины охраны, как вспыхивают прожекторы. Они ушли. Но она знала — это была лишь выигранная битва в войне, которая теперь охватит весь мир.

Она опустилась на пол рядом с Давидом, взяв его за руку.

— Мы сделали это, — прошептала она, давясь слезами. — Мы ушли.

Давид не ответил. Но на его руке, в том месте, где был закреплен датчик пульса, теперь горел зеленый огонек — знак того, что «Иуда» не успел завершить свою работу.

Макс вышел на связь через несколько минут.

— Аврора, я стер всё. В клинике не осталось ни одного байта данных «Феникса». Но есть проблема. «Клуб» активировал международный ордер. Вас ищут. Теперь вы официально — самые опасные террористы в мире.

Аврора посмотрела на ночные Альпы, проносящиеся внизу. Протокол «Иуда» провалился, предательство было раскрыто. Но цена этой правды была абсолютной: они потеряли всё — дом, деньги, легальный статус. У них осталась только жизнь и тайна, способная сжечь планету.

— Пусть ищут, — тихо сказала она. — Теперь мы тени. А тени невозможно поймать.

Глава 20. Ковчег в тумане: Невидимые паруса

Утро над Балтикой не принесло рассвета — оно лишь сменило густую ночную черноту на вязкую, липкую серую мглу. Туман был настолько плотным, что казался осязаемым: он оседал на поручнях судна мелкими каплями ледяной росы, пропитывал одежду и пробирался под кожу, заставляя Аврору дрожать мелкой, незатихающей дрожью. Она стояла на узкой кормовой палубе старого грузового судна, которое теперь стало их единственным убежищем. Под её ногами вибрировал изношенный дизельный двигатель, его мерный, тяжелый стук напоминал биение сердца раненого зверя.

За кормой исчезал мир, который она знала. Швейцария, Москва, роскошные офисы