Он меня ненавидит - Рина Кент

– Мне все равно. – Я разворачиваюсь и начинаю уходить от него, звук моих каблуков по бетону звучит в моей голове.

Я чувствую, как горячие слезы обжигают мои глаза еще до того, как я пройду квартал. Острая боль от поведения Джаспера заставляет меня бежать по улице, пытаясь сглотнуть рыдания, грозящие вырваться из моей груди.

Я не замечаю ничего и никого, пока не пройду полтора квартала, все еще поглощенная своими мыслями и рыданиями. Но потом я чувствую это - жуткое ощущение, что за мной наблюдают, что пара глаз находится у меня на шее.

Я вспоминаю открытое окно. Я вспоминаю паука, отсутствующее стекло. И впервые я позволяю себе задуматься о том, что кто-то... следит за мной.

Сама мысль об этом настолько тревожна, что я сглотнула. Но какое еще может быть объяснение - кроме того, что я сошла с ума?

После этого осознания я продолжаю оглядываться через плечо, и волосы встают дыбом. Кроме теней и света уличных фонарей, там ничего нет. Проглотив тревожное ощущение, я продолжаю идти домой.

Когда я оказываюсь у входной двери, я так вожусь с ключами, что роняю их. Я тихо ругаюсь и наклоняюсь, чтобы поднять их. Когда я это делаю, я наконец вижу его - темную фигуру, стоящую в углу.

На нем кожаная куртка.

Что-то овладевает мной. Я не уверена, что это - безумие, глупость или просто пьянство, но я бросаюсь в сторону наблюдающего за мной человека, и когда он переходит на бег, я делаю то же самое. Он уворачивается от машины, и я следую его примеру, водитель сердито сигналит нам, когда они мчатся по дороге.

– Ты! – кричу я. – Подожди!

Я жду, что он продолжит бежать, утомит меня и исчезнет - что было бы не так уж сложно, учитывая, что я пьяна. Однако он резко останавливается, заставляя меня резко затормозить. Он оборачивается, и лицо, которое встречает меня под уличным фонарем, заставляет меня горько рассмеяться.

– Что ты делаешь, Джаспер?

– Убеждаюсь, что ты в чертовой безопасности. – Он говорит спокойно, без раздражения, как будто это происходит каждый день. – Ты должна сказать спасибо, Лепесток.

– Ты преследуешь меня. – Все части встают на свои места, и я задыхаюсь. – Ты следил за мной все это время, делая меня параноиком в собственной шкуре?

Прежде чем он успевает что-то сказать, я топаю обратно к своему зданию и вхожу внутрь, заставляя себя действовать на автопилоте.

Нет, нет. Я не хочу думать об этом. Не сейчас.

Когда я уже собираюсь захлопнуть дверь, между нами раздаются его шаги, и он протискивается внутрь.

– Джас, прекрати, - шиплю я, оглядывая коридор, чтобы убедиться, что мы одни. – Кто-нибудь услышит.

– Тогда тебе лучше побыстрее добраться до своей квартиры. – Он показывает в сторону коридора. – Пойдем, любимица.

Я бормочу что-то себе под нос и начинаю подниматься по лестнице, а он следует за мной. Я не хочу признавать это, но присутствие Джаса странно успокаивает меня, даже несмотря на то, что в моей голове плавает легкое осознание.

Как только я оказываюсь у своей двери, я говорю ему, чтобы он уходил.

– Теперь я в порядке. Пока.

– Я загляну внутрь, - настаивает он, проталкиваясь мимо меня в квартиру.

– Для чего? – простонала я, следуя за ним. Я снимаю куртку и нажимаю кнопку на колонках, которая зачитывает сообщения с моего телефона.

– Привет, детка, - говорит голос Дайны на автоответчике. Она звучит совсем не так, как Дайна, которую я знаю. Она звучит обеспокоенно и расстроено. – Мне так жаль, что так вышло сегодня. Видя, как Джаспер так себя ведет, Боже... Я чувствую, что должна признаться в чем-то.

Она тяжело вздыхает, и я потираю виски, готовясь к тому, что должно произойти.

– Я знаю, что это я свела тебя с этим Джаспером, - пробормотала она. – Но я буду очень честной... Я его совсем не знаю.

Я смотрю на Джаспера, насупившись.

– Когда ты планировал рассказать мне об этом?

– Я не знаю, - пожимает он плечами, снимая пиджак. – Дайна не выглядела слишком обеспокоенной.

– Ну, теперь она есть! Я не могу поверить тебе, Джас. Ты полностью испортил мне день.

– Ты тоже испортила мой, так что, думаю, мы в расчете.

Он опускается на диван, и я не знаю, смеяться мне или плакать. Он ведет себя так, будто мы уже пара, будто он живет со мной или что-то в этом роде.

Я наблюдаю, как мистер Бингли запрыгивает на колени Джаса. Он стонет, когда кошка устраивается поудобнее. По крайней мере, кошки к нему потеплели - это хороший знак, верно?

Я не позволю ему так просто уйти, решаю я, наливая себе стакан ледяной воды и выпивая его длинными, жаждущими глотками. Джас включает телевизор, и я встаю перед ним, загораживая ему обзор.

– В чем дело, любимица? - спрашивает он, не отрывая глаз от экрана.

– Я не могу просто игнорировать то, что ты сделал сегодня вечером. Ты вел себя как сумасшедший.

Он не отвечает, ссутулив брови и пролистывая каналы, прежде чем наконец заговорил.

– Ладно. Может быть, это был не самый лучший момент.

Я насмехаюсь, и он бросает на меня предупреждающий взгляд. Полагаю, это так близко к извинению, как я только собираюсь получить.

– Я заглажу свою вину, - продолжает он, его глаза сверкают озорством. – У тебя есть один вопрос. Используй его осторожно. Спрашивай все, что хочешь.

От этих слов я теряю дар речи и смотрю на него, ничего не отвечая.

– Продолжай, любимица, - ворчит он. – Я думал, тебе есть что сказать. У кошки теперь есть язык?

Я шиплю, скрещивая руки и глядя на него без страха. Ты хотел играть в эту игру, Джас.

– Твой работодатель. Как его зовут?

– Лусио. Что насчет него? – Джаспер складывает руки на коленях и смотрит на меня с каменно-холодным выражением лица.

– Работа, которую ты делаешь для него. – Я ненавижу себя за то, что заикаюсь, но ничего не могу с собой поделать. Это совершенно не в моей