Не молчи - Кристина Лин

— Алло, — наконец отвечает, — прости, у меня аврал на работе. Шеф злющий сегодня, налоговая нагрянула с проверкой, мы тут все в мыле. Я не смогу сегодня.

Вот черт!

— Все так плохо? — уточняю без надежды на приятный вечер.

— Хуже некуда, — подтверждает Карина мои самый мрачные ожидания. — Сходи одна. Уверена, тебе понравится.

Ну да, она же кайфует от живописи. И забывает, что не всем дано оценить прекрасное. Хотя, считается, что женщины должны уметь чувствовать красоту. Нет, определенно, я такой чувствительностью обделена.

Но делать нечего, и провести еще один вечер в тоскливом ожидании мне хочется еще меньше, чем идти одной на выставку. Смело шагаю в помещение, показываю пригласительный, и меня пропускают.

В просторном помещении полно народу. Я даже не ожидала, что так много людей интересуется искусством. Может, и мне попытаться приобщиться? Может, все не так плохо, и у меня получится получать эстетическое удовольствие от прекрасного?

Вон та картина, в общем-то, не так уж плоха. И, наверное, мне бы она показалась еще интересней, если бы я хоть немного разбиралась в том, что художник пытался донести этим шедевром. А так, мне не совсем ясно для чего здесь намешано столько деталей. И дом с отъехавшей крышей, и автомобиль, зависший в облаках, и даже детские качели в перевернутом виде, будто кто-то забыл их установить так, как положено. Эх, кажется, не суждено мне постичь прекрасное!

Разочарованно отворачиваюсь от шедевра современного искусства и украдкой осматриваю публику. Не знаю почему, но мне всегда было интересно наблюдать за совершенно незнакомыми людьми. В голове сами собой вырисовываются догадки, кто бы мог быть тот или иной человек по профессии, его интересы, мечты статус.

Скольжу взглядом по посетителям, пока не натыкаюсь на, до боли, знакомую фигуру. Не узнать его я бы просто не смогла. А сейчас, когда он так великолепен в сером строгом деловом костюме и голубой рубашке, я бы даже не смогла его не заметить.

Влад собственной персоной.

Сердце екнуло, а потом болезненно сжалось, когда мужчина, приобняв за талию какую-то, не знакомую мне, женщину, направился с ней в другой край помещения.

Внутренности скрутило тугим жгутом. И воздуха резко стало слишком мало, несмотря на исправно работающие кондиционеры. Как завороженная, я наблюдаю за этой парочкой, вздрагивая всякий раз, когда мужчина, чьего звонка я жду все последние дни, чарующе улыбается своей статной спутнице.

А мне он так не улыбался ни разу!

И на выставку меня пригласить он тоже не мог, да?

И написать?

Все верно, ведь, я для него — всего лишь женщина для секса. Та, с которой он реализовывает свои фантазии. А вот для серьезных намерений мужчина решил выбрать кого-то из своего круга.

Наблюдаю за этой парочкой, рассматриваю женщину. И по ее наряду, манере поведения понимаю, что она не штатным бухгалтером работает, в отличии от меня. Эта женщина привыкла быть в центре внимания, привыкла слышать комплименты и несет себя гордо, высоко подняв голову и выпрямив спину. Такую мужчина ни за что не пригласит в ту комнату, где Влад пробует на мне свои игрушки. Такую знакомят с родителями, вводят в ближний круг. На такой женятся, в конце концов! И только от такой мужчины, вроде Влада, заводят детей.

А меня он сразу отправил к гинекологу, чтобы решить вопрос с предохранением… теперь понятно, почему. Чтобы не заделать нежелательного ребенка в процессе своих игрищ!

Боже, как гадко!

И почему это произошло именно со мной!? Зачем он выбрал меня?

Почему я согласилась? Нет, я помню про долг, и теперь, если он не звонит, наверное, можно считать, что два миллиона мне списали?

Боже, меня сейчас стошнит!

Это все так мерзко, так гадко. Я для него ничего, совсем ничего не значу. Как бы улетно он меня не трахал, все это не имеет никакого значения! Потому, что ему нужен только секс.

А мне?

Чего ты от него ждала, Нина? Что он будет твоим?

Какая же я дура!

Глава 26

Влад

Я планировал уехать на пару дней, но внезапный пожар в клинике спутал все планы. К счастью, никто не пострадал, кроме оборудования. Но вылет пришлось отменить, как и все остальное.

Плановые операции встали в долгий лист ожидания, и некоторых пациентов пришлось пристраивать в другие клиники. За наш счет, разумеется. Репутация в моем деле чрезвычайно важна. Особенно сегодня, когда конкуренция становится с каждым днем все жестче.

Всю неделю я, словно в мыле, разруливаю навалившиеся проблемы. Решаю споры и слушаю обиженных клиентов, пуская в дело все свое обаяние, чтобы не распугать публику окончательно. Обещаю, что выплатим всем компенсацию. Это незапланированные убытки, но мы справимся.

Еще и вопрос с закупкой нового оборудования остается открытым. Хорошо, что сгоревший инвентарь был застрахован, и мы получим хорошую компенсацию от страховой компании. Только вот, все в этой клинике я отбирал и покупал лично, с тщательностью, на которую вообще был способен. И сейчас у меня ощущение, что теряю детище, которое нянчил много лет.

Лина в такие минуты всегда могла меня успокоить и вселить уверенность в расшатанной психике. Но сейчас ее нет, а у меня слишком много работы, чтобы снова погружаться в привычную депрессию.

Каждый день — как забег на тысячи километров, чертова дистанция с бесконечными препятствиями. И, как финальный аккорд, выяснилось, что оборудование, которое нужно для клиники, не могут нам доставить из-за каких-то санкций. Черт, никогда особенно не интересовался политикой. Но раньше она меня и не касалась. Все работало, как часы, и в дополнительных усилиях с моей стороны не нуждалось. А тут вдруг выяснилось, что нужное оборудование нужно прям добывать.

Есть у меня контакты тех, кто может помочь. Хрен с ними, с санкциями, все решаемо. Но будет тянуться дольше, а убытки клинике сейчас противопоказаны, как никогда. Вот и приходится облизывать того, кто может помочь в решении вопроса.

И уже не впервые к ней обращаюсь, да. С вдовой дипломата Каренина я периодически встречаюсь, мы мило беседуем и проводим вместе время. Умная женщина, теперь, после смерти мужа, умело дергает за ниточки там, где нужно. И у нас с ней что-то вроде флирта все эти годы. Но не переходящего в горизонтальную плоскость.

Вот поэтому я притащился на дурацкую выставку какого-то модного художника. Плевать мне на живопись, я в ней, все равно, ни черта не понимаю. А вот произвести впечатление могу и очень