Диагноз «Неверный» - Лина Мак

— И надолго тебя хватит? — Я бью по больному, и самому гадко от его слов.

— Я терпеливый, Рысев. Но если ты ещё раз придёшь к ней и будешь распускать руки, я тебе ноги сломаю и не посмотрю, что ты прокурор.

Артём отбрасывает полотенце и уходит, хлопнув входной дверью, а я так и стою на кухне с распухшим носом и непониманием, что сейчас произошло.

Лара ему всё рассказала? Зачем? Или дотошность Иволгина снова сыграла свою роль?

Трогаю нос. Боль такая, что в глазах темнеет. Нужно в травмпункт. Пусть посмотрят. Да, скорее всего, на место нужно поставить, и всё. Идиот! И как мне завтра встречаться с проверяющими?

Но стоит мне выехать из дому, как на телефон приходит сообщение, от которого всё стынет внутри.

Быстро набираю Геру.

— Чего нужно? — раздаётся злой голос друга.

— Мне тут занятное сообщение прислали. Переслал тебе, — не здороваясь, говорю я. — И я очень надеюсь, что это шутка. Потому что если нет, то кто-то очень не хочет, чтобы удачно потерянное старое всплыло.

— Это что за нахер? — рычит Дикий.

— Вот и я о том же спрашиваю.

Глава 29

После того как Артём пришёл ко мне поздно ночью с разбитым лицом, Руслан перестал напоминать о себе. Он резко исчез со всех радаров. Только Кира всё так же продолжает разговаривать с ним каждый вечер перед сном. А я… А я, вынюхивая секреты дочери, стою под дверью её спальни и слушаю.

Я не понимаю себя. Но думаю: уехать сейчас, хотя бы на неделю каникул, — лучший вариант из всех представленных. Чемодан уже собран. Квартира снята. Артём счастлив, но счастлива ли я? Я чувствую себя, как пропущенная через соковыжималку, морковь. Одна сухая стружка. Особенно после того, как Руслан явился ко мне на работу со справками из областной лаборатории. Нервный смешок сорвался с губ. Хорошо, я его тогда отхлестала этими справками, а он снова меня поцеловал. Снова впился в губы, будто подчиняя. Но самое ужасное, что мне хотелось ещё. Хотелось снова его спровоцировать. Если бы не Люба тогда, я бы не знаю, чем всё закончилось.

— О чём думаешь? — Сзади подходит Артём и обнимает.

— Скажи мне, что ты во мне нашёл? — спрашиваю я в ответ.

— Ты — это ты, Лар. Одна такая. Самая невероятная, обаятельная, привлекательная и манящая. — Артём шепчет всё это на ухо, чередуя каждое слово с поцелуем. — А ещё ты, как мечта, которая наконец-то сбылась.

— Хм, интересно звучит. — Я разворачиваюсь в его руках, но не хочу обнимать или проявлять какую-то активность.

Я уже знаю, что сейчас всё продолжится. И знаю, что Артём сделает всё отлично и на высшем уровне. Даже знаю, что он заставит захотеть его. Он действительно терпеливый и настойчивый. Но!

— Хочу тебя. — Артём склоняется и нежно целует меня.

Утро начинается с того, что Кира ходит по квартире сама не своя. На каждый мой вопрос она отвечает, что всё в порядке.

— Ей тоже можно волноваться. — Артём, сидя за столом и улыбаясь, допивает кофе.

— Можно, — соглашаюсь я с ним. — Но здесь дело в другом.

— Лара, хватит нервничать. Давай уже собираться. — Артём подходит, оставляя на губах поцелуй. — Скоро подъедет Андрей Иванович?

— Через полчаса, — отвечаю на автомате.

И папа, как часы, в назначенное время стоит на пороге и обнимает Киру.

— Эх, девочки мои, — вздыхает он улыбаясь. — Ну вы хоть отдохните там.

— Хорошо, дедуль, — отвечает за нас двоих Кира, а я только киваю.

Пока едем в область, в аэропорт, папа с Артёмом обсуждают какие-то свои вопросы, а я не могу понять, что не так. Почему у меня такое чувство, что должно что-то произойти? Кира тоже вся напряжена и постоянно поглядывает на телефон.

— Дочь, — зову её тихо, опуская руку на её.

— Мама, что-то не так, — шепчет Кира.

— В каком плане?

— Папа мне вчера не позвонил, хотя обещал, — голос Киры дрожит. — Он говорил, что перед отъездом наберёт, чтобы пожелать удачной дороги, но не позвонил, мам.

— Ну, может, он занят, — делаю нелепое предположение, а у самой внутри всё напрягается.

— Мам! — В голосе Киры столько упрёка, что я и сама понимаю, как глупо звучат мои слова.

— Ну хочешь, я сама попробую ему позвонить? — предлагаю я, но Кира только отрицательно мотает головой.

— Я звонила. У папы выключен телефон. И на рабочем тоже не отвечают. И…

— Успокойся, — перебиваю её я. — В жизни бывают самые разные ситуации.

— Что-то случилось? — спрашивает папа, бросая на нас взгляд в зеркало заднего вида.

— Пока не знаю, — отвечаю я задумчиво и набираю номер Руслана, но в ответ механический голос говорит, что абонент не в сети.

До аэропорта мы доезжаем спокойно. Папа с Артёмом так и продолжают общаться, обсуждая моменты с переездом и планы Артёма. Замечаю, что при каждом упоминании меня или Киры, папа бросает на меня взгляд в зеркало, но я молчу. Для начала мне бы в себе разобраться, а уже после можно и планы какие-то строить.

Папа помогает нам дойти до стойки регистрации, и пока Артём занимает нам очередь, папа отводит меня в сторону.

— Я всегда на твоей стороне, ты же знаешь? — Я лишь киваю на слова папы. — И я очень хочу увидеть тебя счастливой. Хочу, чтобы ты снова начала улыбаться и радоваться жизни искренне, а не потому, что так нужно.

— Пап, — вздыхаю, опуская голову.

— Он ведь хороший парень, Лар. Но если ты с ним несчастлива, стоит ли оно того? — Папа приподнимает моё лицо за подбородок. — Эх, дочь моя. Паршивая черта есть у нас, у Самохиных. Мы однолюбы. Ты знала?

А я молча обнимаю папу и стою так, пока в кармане не начинает вибрировать телефон. Блин, нужно выключить его. Достаю его, когда звонок уже заканчивается, да и номер неизвестный был. Но только решаю выключить телефон, как мне снова звонят, но только это уже Тома.

— Ты забыла мне что-то сказать? — улыбаюсь я, спрашивая у коллеги.

— Лар, — голос Томы дрожит и звучит так, будто настал конец света. — Руслан, Лара.

— Тома, что случилось? — выкрикиваю я.

— Лара, он попал в аварию. Долго был в покорёженной машине, — начинает сбивчиво объяснять Тома. — Да и дорога там не такая, что по ней ездят часто. Его долго не могли найти. Лара, мне очень жаль. — Тома всхлипывает, а я