Рук и Бунтарка - Кейт Крю

— Ты позволишь мне больше помогать с бизнесом, чтобы я не совершала ошибок?

Он поморщился, достал телефон и направился к двери. — Давай посмотрим, как пойдут дела, а потом поговорим об этом, когда я вернусь. Хорошо?

— Да, хорошо, — сказала я, чувствуя себя еще более подавленной. Я понимала, что облажалась, но слышать, что мне придется ждать, было очень неприятно. — Люблю тебя, — сказала я без особого энтузиазма.

Отец остановился и посмотрел на меня, нахмурив брови.

— Я тоже тебя люблю. Хороших выходных.

Он ушел через несколько секунд, и я была удивлена, когда во мне вскипел гнев. Еще одна неделя бездействия. Еще одна неделя, когда мне будут говорить, что я должна быть хорошей, а потом, возможно, мне бросят кость. Если бы отец хотел, чтобы у него была дочь с перерезанным горлом, которая могла бы управлять бизнесом, она действительно сидела бы здесь тихо?

Я достала телефон и уже набирала номер Харпер, чтобы она пришла. Я ни за что не стала бы бездельничать на этой неделе.

На следующее утро я мерила шагами свою комнату, из-за сильного любопытства мне было трудно мыслить здраво. Харпер сидела, скрестив ноги, на моей кровати и, приподняв брови, наблюдала, как я расхаживаю по комнате. Она провела со мной большую часть ночи, слушая мои жалобы. Я чуть ли не в слезах рассказывала о том, как расстроила отца, когда он заболел, и чуть ли не кричала, что хочу большего. Харпер разбиралась со всем этим, пока мы не сели и не составили реальный план.

— Ты уверена, что хочешь этого? — Спросила она в третий раз. — Я имею в виду, это офис твоего отца.

Я остановилась и повернулась к ней.

— Я должна. Если он не собирается впустить меня и показать, что я могу со всем справиться, мне придется сделать это самой. Его визиты к врачу становятся все более частыми, у него, по-видимому, проблемы с гневом, потому что я никогда не видела его таким злым, как вчера вечером или когда ему звонили на прошлой неделе, и вдобавок ко всему он по-прежнему не делится со мной никакой информацией о своей компании. Что, если он скрывает свои визиты к врачу, потому что ему становится хуже? Что, если он умрет, а я ничего не узнаю?

— И чтобы все это выяснить, нужно сначала проникнуть в его кабинет?

— У тебя есть идея получше? Я все ждала, надеясь, что отец заметит меня, но, видимо, у меня ничего не получается. Я должна проявить хоть какую-то инициативу.

Харпер резко кивнула и встала. — Хорошо, тогда давай сделаем это.

Мы направились по коридору, в доме было пугающе тихо, хотя так было всегда. Мое сердце бешено колотилось в груди, когда мы подошли к двери кабинета моего отца. Я потянулась вверх и набрала код, пока Харпер поворачивала ключ.

Он не знал, что у меня есть ключ от этой двери, но однажды я нашла запасной в его тайнике. Красивый старинный ключ было слишком трудно не сохранить. Я даже не знала, для чего он нужен, пока несколько лет назад не увидела такой же у него.

Замок щелкнул, и я распахнула дверь.

В кабинете было тусклое освещение, тяжелые шторы были задернуты, чтобы не пропускать дневной свет. Мы проскользнули внутрь и тихо закрыли за собой дверь. Я огляделась, заметив внушительный стол, книжные полки вдоль стен и слабый запах полированного дерева и кожи. Я столько раз бывала здесь, но никогда без отца.

— С чего мы начнем? — Спросила Харпер, понизив голос почти до шепота.

Я указала на большой дубовый стол в центре комнаты.

— Вот. Он хранит все самое важное в своем столе.

Харпер начала рыться в ящиках с одной стороны, а я занялась другой. Мои руки дрожали, когда я перебирала бумаги, стараясь не шуметь и не отвлекаться.

— Что именно мы ищем? — Спросила Харпер, взглянув на меня.

— Все, что кажется неуместным, — ответила я напряженным голосом. — Что-то, что могло бы объяснить, почему он так скрытен в отношении компании? Записи о приемах у врача? Что угодно.

Через несколько минут поисков я открыла нижний ящик с моей стороны и нашла небольшое запертое отделение. Мое сердце пропустило удар.

— Кажется, я что-то нашла.

Подруга подошла ко мне и посмотрела на маленький замок. Он не выглядел таким уж сложным, и мои брови поползли вверх, когда Харпер вытащила заколку из волос.

— Давай посмотрим, получится ли у меня, — сказала она с усмешкой.

— Откуда ты знаешь, как это делается?

— Думаешь, мы целыми днями смотрим документальные фильмы о преступлениях, и я ничего не пробовала? Вопрос в том, почему ты не пыталась это сделать?

Через несколько секунд замок щелкнул. Я осторожно подняла деревянную крышку, под которой оказалась стопка документов.

— Странное место для хранения документов.

— Очень странное. И учитывая, насколько мой отец помешан на безопасности, я не думаю, что он оставил бы действительно важные документы в таком месте.

— Ладно, тогда что это за документы? Какие же документы он хранит, которые, по-твоему, недостаточно важны?

Я вытащила папки и просмотрела их, с каждой строчкой мои глаза сужались. В них подробно описывались имена, адреса и отправления. Адреса были узнаваемы, это были места вокруг нашего небольшого городка Хейвенвуд, но многие из них находились в городе Вейлпорт, с которым мы были связаны, а некоторые — в самом лодочном порту.

Помимо дат и названий портов, там было не так много информации, но рядом с некоторыми суммами были указаны меньшие суммы денег.

— Может быть, он помогал охранять грузы?

Харпер пожала плечами.

— Это правдоподобно, но странно. Он занимается охраной буквально всего?

— Не знаю. Я предполагала, что это будут только люди и здания. — Открыла следующую страницу. На некоторых из них сумма транзакций была намного больше. — У них у всех странные названия. «Звездный свет», «Черная жемчужина», «Серебряная пуля». Они звучат как прозвища или что-то в этом роде.

— Для чего? Для гребаного пиратского корабля? — Спросила Харпер. — Что это значит?

— Может, это названия лодок? — Я достала телефон и быстро сфотографировала, прежде чем перейти к следующей странице. — Не слишком ли много для охранной компании за наблюдение за одной партией груза?

— Я бы так не сказала, но опять же, что я знаю о том, сколько отец берет за подобное? Может, там находятся более важные товары.

Я перелистала следующую стопку, результаты анализов и заключения врачей, от подступивших слез у меня перехватило горло. Мне было невыносимо осознавать,