Тьма, такая сладкая - Эмма Хамм

хребта были затянуты облаками, и от этого казалось, будто сама гора дышит, выдыхая дым в небо. Вершины редко были видны, но он забирался на них в детстве. Он видел, как солнце пробивается сквозь завесу облаков, скрывающих небо, и видел верхушки этих облаков, когда заглядывал за них. Казалось, по ним можно ходить, хотя он сам и спотыкался, когда пытался это сделать.

— Говорят, Тролльвегген проклят, — прошептала Майя. — Тьма внутри пещер лишит тебя зрения, если ты даже попытаешься туда войти.

— Внутри темно, это да.

— Слухи всегда утверждали, что внутри живут не только тролли. Но и гигантские черви, способные проглотить человека целиком за один укус. Летучие мыши размером с маленьких лошадей и… другие существа, которые, вероятно, были просто плодом испуганного воображения. Вот что это за дым. Дыхание горы, и, возможно, существа внутри неё создают это дыхание. — Она заправила прядь своих диких волос за ухо, как будто это могло сделать её хоть немного презентабельнее. — Нас учат бояться её.

Рагнар встал, забрасывая костёр землёй, прежде чем протянуть ей руку.

— Здесь нечего бояться, кроме скал и камней.

— Они тоже могут быть пугающими сами по себе. — Она потянулась к его руке, её крошечные пальчики спрятались в его, когда он с лёгкостью поднял её.

Он не хотел вести её к своему народу в таком виде. В изорванной одежде на спине и с серьгами в ушах, которые даже отдалённо не походили на те, что он должен был ей подарить. Но пока придётся обойтись этим.

Осмелившись прикоснуться к ней, он провёл кончиками пальцев по пирсингу. Крошечные кольца не сдвинулись, когда он их задел. Вероятно, потому, что они путешествовали в грязи и пыли, из-за чего её телу было трудно нормально их заживить. Вздохнув, он послал ей небольшой импульс своей магии, чтобы ускорить процесс, прежде чем повернуться к ней спиной.

— Забирайся, — сказал он. — И я представлю тебе Тролльвегген.

Она сделала глубокий вдох, а затем вскарабкалась к нему на спину. Он зацепил руки под её коленями, и они отправились в путь. Это будет долгий день. Путешествие без отряда означало, что ему придётся идти быстрее, чтобы в конце они могли добраться до еды и воды. У него не было с собой припасов, и его человечка, вероятно, хотела пить. Она не пила почти сутки, а он хотел быть уверен, что она выживет.

Поэтому он пошёл прямо в гору, вместо того чтобы направиться к перевалам, которые были безопаснее, но медленнее. Он думал, что она испугается и издаст тот тихий писклявый звук, который она часто издавала. Однако его огневолосая редко жаловалась. Она лишь крепче обвила руки вокруг его шеи, сильнее сжала ноги у него на талии и держалась.

На это ушли часы изнурительного труда. Даже он тяжело дышал к тому времени, когда солнце достигло своего зенита на горизонте. Он остановился перевести дух и посмотрел на красоту своего царства. Облака были близко над их головами, и он мог видеть на многие мили вокруг.

Её рука появилась над его плечом. Палец указал вправо, на два скалистых пика, тянущихся к облакам.

— Мы называем эти две вершины Смотрителями. Говорят, они видят всё, что делают люди, и отмечают все наши действия, чтобы тролли знали всё о наших передвижениях.

Две вершины были хорошо известны его народу. Они стояли близко друг к другу, тонкие, как иглы в небе. На них было почти невозможно взобраться даже горным козлам, обитавшим в этом регионе. На острых пиках не росло ни одного дерева, лишь несколько пятен бледно-зелёного и жёлтого лишайника, которые было трудно заметить, если не находиться прямо на них.

Но было забавно, что люди придумали такую жуткую историю для этих пиков-близнецов. Он потянулся назад и подсадил её чуть выше на своей спине, прежде чем снова сосредоточиться на подъёме.

— Мы называем их Бруда и Брудгоммен.

— Что это значит?

— Это старый человеческий язык. Когда тролли только были созданы, мы переняли ваш язык, прежде чем создать свой собственный. Старые слова означают Жених и Невеста. — Он почувствовал, как её руки напряглись вокруг его шеи, и это заставило его усмехнуться. — Наши легенды гласят, что это были первые два созданных тролля. Они не хотели подчиняться так, как того хотели эльфы, поэтому вместо этого они встали на горном хребте, чтобы обеспечить безопасность всем троллям. В каком-то смысле они наши стражи. Так что, полагаю, и Смотрители тоже не так уж неправильно.

— Жених и Невеста, — пробормотала она.

Он оглянулся через плечо и увидел, что она смотрит на пики-близнецы. Ветерок играл с её рыжими волосами, заставляя пряди скользить по её обветренной коже. Однако эти зелёные глаза не переставали смотреть на горы. Даже когда волосы закрывали ей обзор. И по какой-то причине он внезапно понял, что она может быть красивой.

Она была диким созданием. Изящная и свободная в этот момент, в отличие от того, какой она была всю свою жизнь, как он мог предположить. Это было то, что он мог ей дать. Это то, что он мог предложить человеку, который вошёл в его жизнь и завладел гораздо большим его вниманием, чем он ожидал.

Рагнар продолжил подъём. Он ускорил темп, передвигаясь по горам. И хотя он бы с удовольствием поднял её выше облаков, солнце уже клонилось к противоположной стороне горизонта, а он хотел домой.

Путешествия всегда были приключением, но в своём возрасте он уже устал от приключений. Ему хотелось тёплого очага, кружки горячего мёда и тихой постели, чтобы преклонить голову на ночь. Знакомое место — вот и всё, о чём он просил.

Так что, когда он добрался до развилки в горах, протоптанной за бессчётные годы ногами троллей, он почувствовал, как распускается какой-то узел внутри него. Он был так близок к тому, чтобы ослабить бдительность и наконец-то почувствовать себя в безопасности.

— Ты кое-что сказал ранее, — пробормотала Майя, её голос был почти неслышен. — Могу я задать вопрос?

— Тебе не нужно спрашивать разрешения, чтобы задать вопрос, огневолосая.

Она сжала руки на его шее, а затем медленно их отпустила.

— Возможно, дальше я могла бы пойти пешком?

Он не видел причин отказывать. Они были так близко к его дому, что скоро ей всё равно пришлось бы это сделать. Хотя он и беспокоился, что ей станет слишком холодно, когда она не будет прижата к его гораздо более тёплой коже.

— На несколько минут, — уступил он, разжимая хватку на её ногах и позволяя ей соскользнуть на землю.

Она