После развода. Дойти до края - Марина Безрукова

Боже, как отделаться от этих мыслей? Сколько бы ни уговаривала я себя, что иначе и не могла в тот момент поступить, но вина подтачивала изнутри душу. Вот так натворишь дел сгоряча, а потом эмоции улягутся, и начинаешь себя корить – не смогла быть мудрее, терпимее и прочее, прочее.

Ищешь оправдания, вспоминая, как кривлялась и что писала твоя кровиночка в дневнике, как хладнокровно наблюдала за клушей-матерью и посмеивалась за спиной, а всё равно совесть покоя не дает. Гложет, выжигает изнутри дырку, потому что у матери зачастую нет выбора.

Стараясь сосредоточиться на насущном, быстро вбила адрес магазина. Надо же, как повезло, что заберу по уценке. Жалко магазинчик, там всегда можно было найти что-то интересное, но видимо, не выдержали конкуренции с огромным гипермаркетом, который в считанные месяцы построили напротив.

Сегодня ливня нет, ценник вполне гуманный. И вдруг палец замер рядом с нарисованной машинкой бизнес-класса. Я отложила телефон и пошла в прихожую. Визитка так и лежала в кармане плаща. А что если…

Опустилась на банкетку, зацепила взглядом Катины босоножки. Ушла почти ни с чем. Что носит? Или отец покупает всё новое? Я представила, как идут под ручку по магазинам Катя и Таня. Хохочут весело, перебирают вещички, развешанные на стойках, примеряют кеды или туфли. И снова стало горько и обидно.

Быстро набрала номер с визитки.

– Да, - голос нетерпеливый, будто отвлекаю.

– Здравствуйте, Виталий. Вы подвозили меня на днях на 3-ю Предпортовую…

– Да, помню… Вы так и не позвонили. Я ждал.

– Вот, звоню сейчас…

– Вас откуда-то забрать?

– Да, из дома, пожалуйста.

– Скиньте адрес. Я напишу через сколько подъеду.

Я опустила руку с телефоном, уставилась на экран. Что я только что натворила? Напросилась к незнакомому человеку. Как будто он обязан по первому зову срываться ко мне. Замашки, как у графини.

Пальцы не попадали по буквам, когда я печатала адрес.

«Буду через 20 минут» - прилетел ответ.

Я подскочила, как ошпаренная. В зеркале отразилась непритязательная особа с растрепанными волосами. Хорошо хоть Надя успела привести их в божеский вид. Колдовала три часа, создавая оттенок с загадочным названием «морозный шоколад».

Только модная окраска, призванная освежить лицо, сегодня не справлялась. После общения со свекровью и мужем, я долго не могла уснуть. Всё гоняла по кругу фразы, которыми мы кидали друг в друга, как острые пики. Злилась, что не додумалась колко ответить или нахамить. Под утро задремала, но сон был тяжелым и не принес облегчения.

Двадцать минут! Кошмар!

Я кинулась в ванную. Боги, да я выгляжу, как бомж! Достала чудо-крем, маскирующий все изъяны, ловко пробежалась по лицу спонжем. Вот так уже лучше. Быстро подкрутила кончики волос утюжком.

В шкафу отыскала широкие джинсы и белую рубашку, беспроигрышный вариант. Не хотелось выглядеть так, словно я собралась на свидание. Это просто поездка в магазин. И максимум, на который я рассчитываю, это что Виталий поможет мне переложить рулоны из тележки в багажник.

Телефон завибрировал, показал сообщение: «Я на месте».

Быстро обувшись, я схватила ключи и на секунду замерла. Испуганная маленькая девочка внутри меня подала голос. Жалобно попросила не заниматься глупостями, отложить поездку и остаться дома. Еще чего! – нахмурилась я.

У меня есть план, и я не собираюсь от него отступать. Особенно после вчерашнего предложения мужа. Достаточно я вытерпела, когда слушала сначала свекровь, а потом и Романа. Смотрела на него во все глаза, не веря, что он смог такое озвучить.

Твоя ошибка часто в том, что ты думаешь, будто знаешь человека. Но это просто кажется. Ты убедила себя, что знаешь его. Так проще, удобнее, безопаснее… А потом наступает момент, когда приходится прозреть. И увиденное пугает.

Первым желанием, конечно, было убежать. Не связываться. Чтоб не измазаться той субстанцией, которой попахивало от некогда родного человека.

Но чем больше он говорил, тем сильнее росло упрямое желание не подчиниться. Бросить вызов. Он говорил и говорил. Я не вслушивалась, а старательно вспоминала всё, что произошло в последние месяцы. Расковыривала рану, о которой хотела забыть. Отдирала вместе с кожей пластырь, которым замаскировала увечье.

Перед глазами, как в паршивом фильме проносились картинки, как в нашей спальне Рома кувыркается с Танькой, как врет, честно глядя в глаза, как с неподвижным лицом произносит, что я уже не женщина.

Вздернула подбородок: я, Ромочка, женщина! И внизу меня ждет шикарный мужчина на шикарном автомобиле. Жаль, ты не видишь.

Самозванка, - запел в голове гнусавый голосишко. – Всё это показуха. Ненастоящее всё. Как фрукты из папье-маше в дешевой постановке. Или искусственные цветы. Издали еще на растения похожи, а подойдешь ближе, и бросится в глаза грошовая синтетическая ткань, выкрашенная в разухабистые оттенки.

Ну и пускай, - я заставила голос умолкнуть.

Виталий на этот раз оказался без пиджака. Рукава голубой рубашки были подвернуты, придавая облику неформальный вид.

– Рад видеть вас…

Он выдержал паузу, и я поняла, что так до сих пор так и не представилась.

– Юлия.

– Очень приятно, Юлия. Надеюсь, сегодня вы не исчезнете, как Золушка?

Я рассмеялась, так мне понравилась начало беседы. Наклонив голову набок, хитро прищурилась:

– Разве я оставила туфельку?

– Нет. Только вот это.

Мягко открылась крышка подлокотника, и внутри я увидела свои солнцезащитные очки. Ахнула, понимая, что даже не заметила пропажи. Наверное, я сняла их с головы, чтобы протереть, да так и оставила на сиденье. Потом гадала бы, где посеяла, Маша-растеряша. В свете последних событий, я стала невероятно рассеянной.

В магазине я управилась быстро. Виталий помог загрузить обои. Лишних вопросов не задавал, и мне это нравилось. Хотя где-то в глубине души промелькнула досада, но я сама себя иронично осадила. Волновалась, как старая дева перед свиданием, а кавалер и не знает, каких страстей от него поджидали.

– Что я вам должна? – спросила я, когда автомобиль замер рядом с домом.

Может, конечно, человек и таксует для души, но и благотворительности в свой адрес я не потерплю. Виталий повернулся ко мне. Серо-голубые, как весеннее небо перед дождем глаза смотрели прямо, без всякой задней мысли.

– А пойдемте со мной на хоккей.

– Куда? – изумилась я.

– На хоккей. В Ледовый. Послезавтра вечером.

Первым желанием было, конечно, отказать, но безумная женщина, которая со вчерашнего вечера во мне