Её военная милость - Виктория Руиза

С этими мыслями я тронулась в путь. Ночь окутывала мир темнотой, и только звезды были нашими свидетелями. Я мчалась по дороге, ощущая ветер на лице, как предвестник будущих сражений и побед. С каждым шагом всё больше уверенности возвращалось ко мне.

Я представляла себе, как мы вырвемся из лап Рейнара и короля, и вернемся домой, вместе с Дайнреном. Этот образ стал сильной мотивацией, придающей сил в предстоящих испытаниях. Я знала, что дорога будет полна опасностей, но за спиной у меня был огонь, который не погасить ничем. Это был мой путь, и я не собиралась останавливаться.

Я скакала так быстро, как только могла. Луна была моим спутником, её яркий свет освещал путь, а я ощущала, как магия ночи наполняет меня силой. Я была готова рискнуть всем ради него, ради нашей связи.

Ветер свистел в ушах, и с каждым ударом копыт о землю я подпитывала свою решимость. Я знала, что надо оставаться сосредоточенной, и мои чувства должны быть сейчас на высоте. Несмотря на то, что внутреннее волнение будоражило меня, я должна была контролировать своё тело, чтобы не потерять фокус.

Вскоре я выехала на широкую полевую дорогу, стелящуюся под лунным светом, и с каждым метром чувствовала, как приближаюсь к своей цели. Я знала, что дорога к дворцу будет не простой, и я должна быть осторожной. Ожидая на поворотах возможных противников, я снова и снова напоминала себе, что должна остерегаться.

Сердце билось быстрее от адреналина, но я знала, что не должна проявлять слабость. Пришло время рискнуть, и если будет необходимо, я готова была сражаться. Лунный Свет мчался вперед, передавая каждую каплю моего волнения и решительности. Как только двери дворца окажутся передо мной, я буду готова сразиться с любой опасностью, которая встанет на моем пути.

Каждая секунда была важна. Я была полна намерения вернуть Дайнрена, и ничего не могло меня остановить. Давление мысли о том, что он может быть в опасности, придавало мне сил. Я мчалась вперед, в ночь, полную неизведанных возможностей, полную надежды на спасение и победу.

Глава 50. Дайнрен

Я ушел вместе с Рейнаром. Я должен был сделать это, чтобы спасти всех. Уходя, я ещё раз глянул на Селестию, которая лежала без сознания. Сердце сжалось от беспокойства, но я знал, что с ней всё будет хорошо. Я не допущу, чтобы случилось что-то плохое.

Когда мы проходили мимо раненого Ника, я подошел к нему, положил руку на его плечо и произнёс:

— Позаботься о Селестии, пожалуйста.

В ответ он только посмотрел на меня глазами, полными уважения и непонимания, но кивнул. Я мог видеть, как он переживал за меня и за её судьбу. Несмотря на раны, которые он перенёс, его стойкость была вдохновляющей.

— Как это мило, — послышался насмешливый голос Рейнара позади меня. — Сейчас расплачусь.

Я обернулся, раздражение закипело внутри меня.

— Это не смешно, Рейнар. Я делаю это не для того, чтобы ты мог смеяться или подшучивать, — сказал я, глядя на него, стиснув зубы. — Я иду с тобой, чтобы спасти своих друзей и вернуть всё на свои места.

Рейнар хмуро покачал головой, продолжая шагать вперёд. Мне хотелось, чтобы он осознал, сколько важного я оставляю за спиной, и что это не просто приключение для него. Но, к сожалению, он был слишком занят своими собственными мыслями, чтобы изучать последствия своих действий.

Внутри меня росло чувство тревоги, но одновременно с этим укреплялась отвага. Я должен был выполнить свою часть плана, чтобы позволить Селестии и остальным вернуть контроль над своими жизнями. Это была моя борьба, и я не мог отступить.

Зная, что времени в обрез, я попытался сосредоточиться на том, что меня ожидало впереди. Я надеялся, что смогу найти способ разубедить Рейнара в его плане и вернуть Селестию и Ника на светлый путь, пока не стало слишком поздно.

Мы продолжали путь, всё больше углубляясь в тьму, но несмотря на это, во мне всё ещё горел огонь надежды. Всё ещё оставалась возможность изменить ситуацию так, как я того хотел. Я не собирался сдаваться, и не допущу, чтобы мои друзья стали жертвами.

Как только мы оказались на улице, Рейнар взмахом руки отозвал своих демонов и стал зачитывать какое-то заклинание. Я почувствовал, как в воздухе возникло напряжение, потоки тёмной магии соединились, образуя искорки, и в миг перед нами показалась полоска света, которая развернулась в портал.

— Прошу, — произнёс Рейнар, приглашая рукой, как будто это была просто какая-то игра. Его уверенность подавляла, но внутри меня бурлила тревога. Я знал, что за этим порталом не было ничего хорошего.

Посмотрев на особняк, я собрал всё своё мужество и ступил в портал. В один миг я оказался на другой его стороне. Следом за мной появился Рейнар и его свита.

Портал закрылся за нами с тихим шипением, и я оказался в мрачном, тускло освещённом помещении, где стены были выложены чёрным камнем. В воздухе витал запах серы и чего-то гнилостного. Я почувствовал, как по спине пробежал холодок, и инстинктивно сжал клинок, подвязанный на поясе.

Рейнар посмотрел вокруг, словно оценивая пространство, а затем с ухмылкой произнёс:

— Добро пожаловать в мой мир, Дайнрен. Здесь правила устанавливаю я.

Я обернулся и увидел, что на нас уже смотрят его демоны — существа с искажёнными лицами и горящими глазами. В их взгляде я уловил жажду власти и разрушения. Это место было не просто темным; это было зловещее отражение души Рейнара.

— Что ты собираешься делать? — спросил я, стараясь звучать уверенно, хотя в душе нарастало беспокойство. Я понимал, что множеством последствий своих решений, сюда ведут не только меня, но и всех, кто мне дорог.

Рейнар расхохотался, его смех отозвался в пустоте, как эхо.

— Ты по-прежнему не понимаешь, правда? Всё, что я делаю, это для власти, для силы. Здесь я могу получить всё, что хочу. И теперь, когда ты здесь, погибель твоих друзей стала лишь вопросом времени.

Я стиснул зубы, но вместо страха чувствовал, как во мне загорается гнев. Я не мог позволить ему навредить Селестии, Нику или кому-либо ещё.

— Ты никогда не добьёшься истинной силы путем уничтожения других, Рейнар, — произнёс я с твёрдостью. — Настоящая сила заключается в умении защищать, а не в умении разрушать.

Он посмотрел на меня, и в его глазах я увидел краткий проблеск сомнения, но тут же он вновь нахмурился.

— Пф! Думай, что хочешь, но