Дочь друга для доминанта - Чарли Энн Маар

были женаты, она дико испугалась, узнав, что беременна. Ей было страшно, что она будет плохой матерью. Она боялась не справиться. Возможно, — отец вздыхает, — твой друг боится, что будет плохим отцом или мужем. И что однажды ты откажешься от него, если в ваших отношениях что-то пойдёт не так.

В голове в очередной раз всплывают воспоминания о том, как Марк Рой рассказал, что его любимая женщина ушла от него, не сумев принять его таким, какой он есть.

Технически, это может случиться в любой момент. После папиных слов, я смотрю на данную ситуацию с другого ракурса. Даже если мы поженимся с Эдрианом, даже если решим родить ребёнка, я в любой момент могу устать от его замашек и откажусь быть рядом.

Но ведь подобное может произойти в любых отношениях. Просто в наших рисков больше.

Размышляя над этим, я пробую папино мясо. Возможно, вкус был бы более насыщенным, если бы я сейчас так не нервничала насчёт нас с Кавилом.

— Ты сказал, нужно решить, готова ли я ждать и сколько я готова ждать…

— Да. Нужно ограничить сроки. Например, после второго маминого отказа, я сказал самому себе, что готов ждать ещё год и сделать ещё одно предложение. Если не получится — я буду должен отпустить её и сам продолжить двигаться дальше.

— И всё получилось…

— Да. Но не всегда получается. Ты просто должна научиться уважать свое время и свои чувства. Подумай хорошенько, нужно ли тебе всё это. И заметь, я даже не буду просить тебя познакомить меня с ним, пока у вас там точно всё не определится.

Я давлюсь мясом и закашливаюсь. Чтобы остановить кашель, делаю несколько больших глотков вина.

Знакомить их, в случае чего, по сути и не придётся…

Глава 44

Эль

Я возвращаюсь в дом Кавила уже под вечер. Машины Эдриана нет, значит, он ещё не вернулся. Сформулировать решение максимально конкретно мне так и не удалось, но примерно я поняла, чего хочу дальше. От этого и буду отталкиваться.

Хорошо, что я додумалась поговорить с папой. Он сильно помог. Многое объяснил. Некоторые его рассказы про их с мамой отношения, помогли мне по-другому взглянуть на мою ситуацию. Я знаю, что раньше редко спрашивала его о маме. Это чтобы не ранить себя. Но теперь мне вдруг захотелось узнать больше. Обо всём. Об их проблемах и трудностях, о том, как они преодолевали их вместе. И я всё ещё задаюсь вопросом, почему я такая странная? Имели ли мои родители какие-то похожие наклонности? Впечатление, конечно, создаётся, что они всегда были обычной традиционной семьёй. Да и спросить напрямую о таких личных вещах я не смогу точно.

Пройдя в дом, я сразу поднимаюсь наверх в свою комнату, достаю из гардеробной большую сумку и начинаю складывать вещи. Сердце охватывает лёгкая печаль, но я понимаю, что это необходимо и иначе никак нельзя. Я решаю не брать те вещи, которые покупала на деньги Эдриана. Беру только свои старые.

Буквально за полчаса я уже заканчиваю сборы. Окидываю взглядом комнату, где уже привыкла жить, из ящика комода достаю мои интимные фотографии, которые делал Кавил. Их тоже решаю забрать. Пусть будут у меня.

Подавив тяжёлый вздох, спускаюсь с сумкой вниз. Сначала я хочу отвезти вещи в свою квартиру. С Эдрианом поговорю позже. И желательно не здесь.

Я не хочу с ним расставаться, но… лучше нам жить отдельно, пока он не примет решение относительно нашего будущего. Так я обезопашу себя и разделю секс и эмоции.

Папа сказал, что я должна ограничить время. Я думаю, года будет достаточно, чтобы понять, нужна ли я ему не только в качестве любовницы, но и как жена, как мать его ребёнка.

Сумку ставлю на диван в гостиной и достаю телефон, чтобы вызвать такси. Машину назначают через пять минут. Я шагаю к двери, перекинув ремешок сумки через плечо. Подожду такси снаружи, взгляну ещё раз на залив Сан-Франциско, освещенный огнями города.

Берусь за ручку, но вдруг раздаётся странный щелчок, будто дверь блокируется.

— Что за? — нахмурив брови я начинаю дёргать ручку и пытаться открыть дверь, но не выходит.

Бросаю сумку на пол и иду в сторону кухни, где находится ещё одна дверь. Она тоже оказывается заперта. Ради любопытства проверяю окна. Но и они не поддаются.

— Какого вообще чёрта? Он что, меня запер⁈

В недоумении я возвращаюсь обратно в гостиную, где оставила сумку, но сумки не нахожу.

— Что происходит?

Свет после этих моих слов резко гаснет. Остаётся только тусклое красное освещение.

Сглотнув, я верчу головой. Мне вдруг мерещится какое-то движение со стороны винного погреба. Я всматриваюсь в темноту.

— Эдриан? Это ты?

Я неспешно двигаюсь по гостиной к двери в погреб. Больше ничего необычного не замечаю. Тем не менее, Кавила снова зову.

— Эдриан?

Почти касаюсь пальцами ручки двери, как вдруг тепло стягивает мою талию, на рот ложится ладонь, а затем я чувствую холод на запястьях.

Наручники?

Я даже пискнуть не успеваю, как рот затыкает кляп, а руки сковывает металл.

Меня перебрасывают через плечо и несут к лестнице. Запах духов Эдриана мощной волной врывается в лёгкие и заполняет их до краёв.

— Что ты делаешь⁈ — пытаюсь спросить я, но из-за кляпа выходит только мычение.

Кавил продолжает молча нести меня наверх, пока не доходит до своей спальни, где бросает меня на постель.

Я смотрю на него снизу-вверх. Эдриан не выглядит угрожающим. Скорее, решительным. И я не чувствую угрозу или страх. Самое сильное чувство сейчас — это возбуждение. Драйв, который охватывает меня с ног до головы и закручивается огненным теплом в пояснице.

— Что ты делаешь⁈ — снова мычу я.

Эдриан расстегивает рубашку и отбрасывает в сторону. Затем ставит колено на кровать, тянет ко мне руку и чуть отводит кляп.

— Что, Эль? Что ты хотела спросить?

— Что ты делаешь? — выдыхаю я.

Эдриан выгибает бровь. Тёмный взгляд пронзает будто миллионы раскаленных спиц.

— Я? А разве ты не видишь? Не отпускаю тебя.

И я уже хочу сказать ему, что вовсе не собираюсь расставаться с ним, что мой план заключается в другом, но Эдриан уже возвращает кляп на место и укладывает меня на лопатки. Майку рвёт от живота к груди. Соски оттопыриваются от соприкосновения с прохладным воздухом.

— У меня тоже было время подумать, Эль, — хрипло заявляет Кавил и обхватывает мою грудь горячим ртом.

Эпилог

Эль

Я