Духовка Сильвии Плат. Дилогия - Юстис Рей

– Ты этого не знаешь, но я слишком долго, но безрезультатно боролся с системой. – Он задумался, а потом заглянул мне в глаза. – Я чувствую себя ужасно старым и поэтому бессильным. Я против того, что здесь происходит, но ничего не могу поделать – я уже не чувствую в себе тех сил, которые были во мне десять лет назад.

В тот миг я жутко разозлилась на него, посчитав трусом.

– Человека определяют поступки. Если он говорит, что хочет чего-то, но не делает этого – он лжец. Обещания ничего не значат в этом мире.

– Что ж, пожалуй, так, – согласился он, не став спорить.

В его взгляде сверкнуло что-то странное, чего я не видела прежде. Показалось, что он смотрел на меня как на старую знакомую…

Партию выиграла я.

9

За сочинение по «Гамлету» «A»[27] не получил никто, кроме Брэндона Реднера. Меня это разозлило, но я не стала расстраиваться, так как знала, что мое сочинение не может быть хуже. Однако, когда Прикли положил мою работу на край парты, я замерла – в верхнем правом углу обведенная кружком стояла жирная «В»[28].

Прикли пошел дальше, даже не удостоив меня взглядом, будто мы и не говорили с ним во время шахматной партии. В школе он становился другим человеком.

Брэндон, сидевший за первой партой, повернулся и показал мне свою оценку, противно улыбнувшись. Я мысленно выругалась, но все же попыталась сохранить хладнокровие. Я ни за что не позволила бы Реднеру увидеть меня уязвленной, хотя я и была уязвлена. Как он мог оказаться лучше меня?

После занятий я подошла к Прикли. Увидев, что я осталась в классе, ты на меня удивленно покосился, но, ничего не сказав, вышел.

– Вы не могли бы проверить мою работу еще раз? – спросила я, кладя ее на учительский стол.

Я решила вести себя в школе точно так же, как и Прикли: словно мы только познакомились.

– Что-то не так? – наигранно удивился он.

– Тут «В», – нетерпеливо отозвалась я, тыкая пальцами в эту самую «В».

– Да, ты знаешь, как называется эта буква, поздравляю, – саркастически отозвался он, собирая со стола свои бумажки.

– А должно быть «А».

– Тебе никто ничего не должен, Флоренс.

Я недовольно уставилась на него.

– Похоже, необходимо объяснить мою систему выставления баллов. – В его взгляде появилась укоризненность. – «A» – это творческий подход, нестандартное мышление, гениальная работа, содержащая нетривиальные мысли. А твое сочинение абсолютно посредственное, неплохое, но посредственное. Так что «В».

Я молчала, но в душе негодовала.

– И прошу вернуть том с критикой в библиотеку, а то его вскоре могут хватиться, – уже выходя, предупредил он.

Меня это окончательно добило.

– Я не списывала! – без предысторий выпалила я.

– Написать одно и то же другими словами – тоже списывание, – ответил он спокойно.

– Я перепишу его, – тут же нашлась я.

Он снисходительно, даже по-доброму посмотрел на меня.

– Если я это сделаю, вы его проверите?

Он чуть заметно усмехнулся.

– А у меня есть выбор?

– Пожалуйста.

– Я буду проверять до тех пор, пока у тебя будет желание писать.

Я воспряла духом. Казалось, совсем скоро «В» превратится в «А», и Прикли еще пожалеет. Но следующее сочинение, которое я написала через три дня, получило презрительную «С»[29]. Я думала, что он решил отомстить, уменьшая баллы до тех пор, пока уменьшать будет некуда.

После второго сочинения я написала третье, после третьего – четвертое, а потом и пятое. В правом верхнем углу так и не появилась «А». Я медленно и постепенно начинала отчаиваться, но не сдавалась. И в итоге решила, что буду писать до тех пор, пока не получу отлично или же пока не умрет он или я.

– Ну зачем тебе «А» за это сочинение? – спросил ты.

В тот день я сдала Прикли восьмое сочинение по «Гамлету».

– У тебя все равно выходит максимальный средний балл.

– У меня никогда не было «В» по литературе, – отмахивалась я, хотя на самом деле меня просто уязвлял тот факт, что Реднер стал хоть в чем-то лучше меня.

– Все когда-то бывает впервые. В любом случае ты уже знаешь пьесу не хуже меня.

– Это уж точно, – только и смогла пробурчать я в ответ.

10

Реднер был единственным членом совета, на которого я могла надавить, ведь именно его так боготворили остальные. Я выяснила о его жизни все, не упуская и местных сплетен. Он жил с отцом, шефом полиции Корка, почти в центре города, хотя, учитывая его размеры, это выглядело не так впечатляюще, как казалось. Реднер всегда становился лучшим в учебе, а также принимал активное участие в жизни школы. С его девушкой, Дороти, они познакомились чуть ли не в детском саду и с тех пор не расставались ни на день.

Он обладал самой невероятно положительной репутацией из всех, кого я когда-либо знала, и именно поэтому мне так хотелось найти в ней прорехи – идеальных людей не бывает.

В четверг я снова отправилась в дом престарелых. Все шло по той же отработанной схеме: общая комната, настольные игры, телевизор, ужин. Но сегодня мы должны были остаться дольше, потому что дом престарелых собирался посетить сам преподобный Патрик. Старики радовались его визиту, так как именно благодаря церкви, а соответственно, и Патрику, существование этого дома престарелых оказалось возможным.

Преподобный Патрик пришел сразу после ужина. Он подходил к каждому, не пропуская никого, уделяя время абсолютно всем, даже если приходилось выслушивать одно и то же.

Я находила в Патрике что-то притягательное и в то же время отталкивающее. Хотя выглядел он аристократично и молодо, что выгодно подчеркивала черная сутана.

– Ты уже знакома с преподобным, – сказал Прикли утвердительно, хотя изначально, как я поняла, предполагался вопрос. Мы оба пристально изучали его.

– Не лично, – ответила я, прищуриваясь. – Я видела его только на службах.

– Я могу вас познакомить.

Я посмотрела на него, а потом перевела взгляд на Патрика.

– Спасибо. Мне не хочется, – ответила я как можно вежливее, пытаясь скрыть неприязнь ко всему, что связано с церковью и религией.

Патрик закончил разговор с одной из старушек, кажется, миссис Белл, и, глянув на нас с Прикли, двинулся в нашу сторону.

– Добрый вечер, Нил, – поздоровался он, оказавшись рядом.

– Добрый, – ответил Прикли.

– Я преподобный Патрик. – Он протянул мне руку. – Приятно познакомиться.

Я уверенно ответила на рукопожатие.

– Это Флоренс Вёрстайл, наша новая ученица, – представил меня Прикли.

– Я слышал, что у тебя самые высокие результаты в школьных тестах, – сказал Патрик вежливо.

Они с Прикли перекинулись парой ни к чему не обязывающих фраз, после чего Прикли подозвал Брэндон, и они