Духовка Сильвии Плат. Дилогия - Юстис Рей

Я молчала.

– Жил тут еще один такой. Но тот не просто выл, он был к тому же и злой как черт. Отвратительный старикашка. Неудивительно, что даже собственная семья со временем возненавидела его. Хотя они долго пытались. У него было две дочери. Одна, та, что помоложе, приходила чуть ли не каждый день, другая пришла только раз. Они тогда так поругались, что у него прихватило сердце… – Она не продолжила, но я и так поняла, что он умер.

– А вы не помните, как звали того старика?

– Почему же не помню? Мэйрон. Прежний глава городского совета. Держал город в ежовых рукавицах. Жил в доме с фиолетовой крышей, мол, подчеркивала его высокий статус. Да только он был обычным плотником. Работал на фабрике. А потом окружил себя такими же, как он, они его и выбрали.

Да, все сходится. Мэйрон – мой дед. Это я знала, но все остальное оставалось загадкой долгие годы. Мама никогда не рассказывала о своем отце.

– Я тебя раньше не видела. Ты не из Корка, – прищурившись, сказала она.

– Да, мы переехали летом.

– Напомни-ка мне, как тебя зовут?

– Флоренс.

– Чудно́е имя какое.

В комнату зашел мистер Прикли. Еще никогда в жизни я не видела его таким дружелюбным. Не знаю почему, но со стариками он становился другим, не таким строгим и холодным, каким был с нами в школе. Он поинтересовался у миссис Вайс о ее самочувствии. Они разговаривали, казалось, целую вечность. Спустя пять минут я слушала вполуха. Когда он ушел, она начала снова рассказывать о всех постояльцах, живущих когда-то здесь, и о самом Корке.

Через полчаса я покинула миссис Вайс, зайдя перед уходом в общую комнату, чтобы забрать рюкзак. Все ребята уже ушли, включая и Реднера, ведь ничьих сумок в комнате больше не было. Мистер Прикли сидел за столом и играл сам с собой в шахматы. Я смутилась, увидев его, и поспешила к выходу.

– Тебе необязательно уходить, если не хочешь, – сказал он мне вслед.

Я остановилась и обернулась. Он не поднял взгляда. Только тогда я заметила у него на пальце обручальное кольцо, но я никогда не слышала о его жене. И почему он сидел здесь в одиночестве, если мог идти к ней домой?

– Можно задать вам один вопрос?

Он внимательно посмотрел на меня, прекратив игру.

– Вы знаете, что, позволяя мне остаться, нарушаете правило устава?

Мне было плевать на устав, однако я не имела понятия, как к нему относился Прикли.

Он ничего не ответил, поэтому я продолжила:

– Согласно правилу номер двадцать шесть пункт два: учитель не может оставаться наедине с учеником вне школы.

– Я смотрю, кто-то неплохо выполнил домашнее задание. – Он расслабился. Я никогда не видела его таким прежде. Поняв, что я не восприняла остроту, он спокойно добавил: – Мы здесь как раз по указанию школы, так что это можно приравнять к дополнительному заданию.

Я не стала спорить.

– Почему на прошлом собрании вы не проголосовали, как все?

– Это больше, чем один вопрос. – Он усмехнулся, ловко вернув все фигуры в начальное положение. – Вероятно, потому что не хотел, – ответил он позже уже серьезно.

– Но почему?

– Присядь. – Он указал на стул напротив него.

Я сделала так, как он просил. Между нами стояла шахматная доска. Черные оказались на моей стороне. Я обрадовалась, но не подала виду. Черный – мой счастливый цвет.

– Твой поступок с переодеванием был… – Он помедлил, пытаясь подобрать слово.

– …смелым?

– Глупым, – сказал он наконец, сделав первый ход.

– С этим спорить не стану, – признала я, совершив ответный ход.

– Но стоит признать, это было хоть что-то. – Он пошел конем.

– Что вы хотите этим сказать?

– Когда я увидел результаты теста и понял, что Брэндон больше не первый, я подумал, что наступил переломный момент, но правила устава снова вставили мне палки в колеса.

– Вы единственный, кто не поддержал ни одного предложения Реднера. – Я забрала у него пешку.

– Я планирую придерживаться этой же стратегии и дальше. – Он сделал то же самое.

– Не думаю, что она принесет успех. – Я пошла ферзем.

– Когда после университета я вернулся сюда, в Корк, я думал, что смогу что-то изменить. Как бы плохо тут ни было, преподавать здесь мне нравится, ведь дети в Корке далеко не глупы. Однако новому поколению приходится жить по старым законам. Поэтому мы и получаем таких, как Брэндон. Его трудно винить. Он действительно верит в то, что делает. Духовка Сильвии Плат затянула его – берегись, иначе она затянет и тебя. – Прикли закрыл короля ладьей. – Он – идеальный продукт воспитательной фабрики Корка.

– Но я не из Корка.

– Поэтому я и настоял на том, чтобы ты попала в совет. Хотя, наверное, было глупо думать, что это что-то исправит.

– Я работаю над этим. Но меня никто не воспринимает всерьез. – Я ввела в игру слона.

– Я знаю, каково это, я был на твоем месте. – Он придвинул ферзя к моему королю.

– И сейчас вы, вероятно, скажете, что у меня нет шансов. – Пытаясь защитить короля, я отодвинула его подальше.

– Не скажу. Но выступать в открытую, как это делаешь ты, довольно опасно и бесполезно. – Он забрал моего ферзя.

– Я не умею по-другому, – объяснила я, чувствуя, что проигрываю Реднеру.

– Почему же? Ты очень хороша в поиске лазеек. Об этом мы уже знаем.

– Не то чтобы это помогало.

– Ты просто не там ищешь.

Я удивленно уставилась на него, только в тот момент заметив, что он далеко не дурен собой. Прикли относился к тому типу мужчин, который вряд ли попал бы на обложку журнала, но все равно, когда он оказывался рядом, его замечали все. Он выглядел лет на сорок. Его темно-каштановые волосы были длиннее, чем когда я увидела его впервые, но ему это, несомненно, шло. Карие глаза смотрели с неизменными спокойствием и уверенностью через очки в черной оправе, водруженные на переносицу чуть кривоватого носа. Глубокие морщины вокруг глаз и на лбу придавали его лицу холодности, но зато и мудрости. Пожалуй, я бы даже могла тайно увлечься им, будь он моложе.

– Дело не в правилах, а в том, кто их создает. Найди лазейки в людях и сможешь с легкостью ими управлять. – Его голос стал необыкновенно низким, когда он начал говорить тише. – Только не забывай, когда долго вглядываешься в лицо зла, зло начинает вглядываться в тебя в ответ.

Последнему совету я не придала значения.

– Почему же вы до сих пор ничего не