Князь из Китежа - Василиса Кириллова

городе с бывшей женой, поэтому к ее воспитанию он не имел никакого отношения, что было зря, нас, своих аспирантов, он держал в дисциплине… Многие получили долгожданные корочки, а кто-то и дальше продолжил обучение… Но возраст есть возраст, он не молодел, и пришло время прощаться с университетом… Но Арнольдович гордый, деньги не взял бы, а за работу на раскопках ухватился, как ребенок за хвост бумажного змея…

- Да замолчите вы уже! - грозно произнесла моя попутчица. Я уж ненароком решил, что начал в слух свои мысли озвучивать.

- Всё в порядке, Соня? – обеспокоено произнес, не то, чтобы я сильно переживал, за то, что она могла услышать. Все-таки мне не пятнадцать лет, и за свои мысли я уже мог ответить.

- Да, простите, профессор, - стыдливо пролепетала она.

Этот ее тон мне совершенно не понравился, мне не хотелось, чтобы она считала, что я как-то превосхожу ее. Да, мужчина в отношениях должен был иметь лидирующею позицию, но не для того, чтобы ущемлять свою пару, а для того, чтобы ее радовать и оберегать.

- Не за что извиняться, Соня! Мы с тобой не в ЗАГСе, - пошутил привычным университетским юмором, но девушка как-то странно вскрикнула и замолчала, я обернулся и ужаснулся увиденному: старый трухлявый пень, обхватил ее своими корнями и пытался утопить…Вот значит, какие твари обитают на первом уровне…

***

- Сонька! Кусай его! - завопило бессознательное!

Слова Псковского про ЗАГС были восторженно восприняты моими голосами, а их споры про формулировку и вовсе сбили меня с толку, они в два голоса утверждали, что брак хорошим делом не назовут, а вот союз - другое дело, поэтому я не заметила очевидного, как странные корни опутали ноги… Вообще вязнуть в грязи и мокнуть под дождем входило в привычку, это место действительно всячески пыталось измотать и убить… Уж не знаю за что мне, но видимо было… На вкус эта мерзость была отвратной, но что не куснешь ради выживания!

На место одного пня, повылазило еще… Это прямо какие-то гидропни!

- Ты кусай, а не отвлекайся! - зашипели на меня. Да и отвлекаться было некогда. Гер рубил пеньки свои мечом-кладенцом, как заправский контрабандист, пробирающийся сквозь джунгли… А я кровожадно впивалась зубами в древесные тела…почувствуй себя вампиром, жаль, что силой я была обделена и не могла, как Селин, разрывать монстров…

- Почему кроме кусания у меня нет других суперспособностей? - со злостью произнесла, — это какая-то дискриминация, вам так не кажется? - обращалась я больше к бессознательному, нежели к кому-то еще, но ответ получила откуда не ждала, та самая женщина, от ауры которой бросало в дрожь, произнесла каркующим голосом, разрубая очередной пенек:

- Хватит шуметь! Ваша аура, голубки, притащила кроме болотников, еще и кикимор, а эта гадость похуже будет!

- Слушай тетю, она плохого не посоветует, - прошипели в ответ.

Видеть ее снова было не то, чтобы неожиданно, Гаяне предупреждала, что мать рано или поздно за нами придет, только ее дочери с нами не было, я отправила ее с медведем, который, по словам Псковского, был ее молодым мужем. Вот такая Санта-Барбара получалась, никогда не смотрела этот сериал, но отец не упускал возможности вставить это выражения при любой непонятной ситуации. А ситуация была неоднозначной: во-первых, мне не хотелось пасть жертвой мести, во-вторых, не хотелось просто погибнуть в этом богом забытом месте, в-третьих, эта женщина могла быть вовсе не той за кого себя выдавала, ее фантом чуть не прибил нас в начале пути.

- Вы уверены, что это не ловушка! – обратилась я к внутреннему голосу.

- Она чиста, как Пенелопа перед Одиссеем! - пропел уверенно мерзенький голос.

Более странного ответа я не представляла, но с момента как встретила Псковского, было все странно. Доверять своему голосу я не спешила, но уже запоминающегося запаха тины не было, пахло чем угодно, но только не ей. Псковский что-то крикнул женщине, но из-за постоянного наплыва пней и сильного воя, я лишь отчасти расслышала: забрать сможешь… Что именно забрать?

- Тебя, дурная башка! - прошипели в ответ, совершенно не заботясь о том, что я тоже личность!

Меня? А как же Гер? Почему-то я твердо была уверена, что мы должны были выбраться вместе, никаких потерь… Не знаю, как женщина добралась до меня, ведь все кругом напоминало вязкое болото. Я была вся перепачкана в густой темной слизи, которая была везде: в волосах, во рту, на лице, на том, что осталось от платья.

- Ну вылитая кикимора, - проворчала она, - хорошо, что Гаяне оставила на тебе метку, а то прибила бы.

Ну, прибивать меня можно было и за другое, не только за внешний вид. Например, за то, что я отправила ее дочь в неизвестном направлении с малознакомым медведем. Поэтому, спасибо, что не прибила.

Женщина помогла мне подняться, вкладывая мне в руки нож, наподобие того, что был у Гера.

– Так сподручнее будет! – перекрикивая дикие вопли, которые стали все отчетливее! – Кикиморы рядом! Нас покусать могут, а вот его! - но договорить она не успела.

Из тьмы на нас выскочила мерзость, словно Самара Морган из Звонка. Женщина одним ударом отбросила ее, рассекая на части. Только таинственные зеленые огни в опустевших глазницах медленно гасли. Какая жесть!

- Не высовывайся! Если бросится, сразу бей! Они хоть и не ядовитые, но кусают будь здоров! – проговорила она быстро и четко, как командир, отдающий приказы.

- Мы тоже кусаем будь здоров! Еще не известно, кто кого! – вроде как подбадривая, очнулся внутренний голос.

Да, только проверять снова это не хотелось, одно дело кусать что-то не похожее на человека, да и не думаю, что эти твари слабенькие, для укуса тоже нужны силы. Псковского начали теснить ближе к нам, и тот задел, который они с Кхирой создавали, стал таять на глазах.

- Прикройте меня, - бросила женщина, - держим строй, голубки, попытаюсь выстроить траекторию перемещения….

Ох! Видеть, как воительница изящно разрубает нечисть и попытаться нанести удар этим оружием, две разные вещи. Клинок не только не разрубал, да и ранить им было для меня проблематично, твари шипели и диким воем снова переходили в наступление.

- Гер! - на панике заорала я, - мне кажется, я не справляюсь!

Псковский прошипел что-то, было сложно разобрать. Несколько десятков зеленных зловещих огоньков уставились на меня, раскрывая свои многозубые пасти…