Дикарка для Истребителя драконов - Полина Миронова

Подавальщица степенно удалилась и почти сразу вернулась с куриной похлебкой и кашей с мясом.

Но я как-то переоценила свой аппетит, похлебку съела, а на кашу сил не хватило.

— Завернуть с собой? — деловито спросила подавальщица, я кивнула и широко зевнула.

Никуда идти не хотелось. Накатила сонливость, я вспомнила, что ночью совсем не спала, а теперь готова была лечь на скамейке прямо здесь, в едальне. Можно было остаться ночевать в городе, думаю, Люсия так и сделала, но денег на нормальную комнату у меня уже не было. Да ни на что не было, я оставила в едальне все до последней монеты.

Ночевать на улице я не хотела, поэтому нужно было идти в академию. Я вышла на улицу, прижимая к боку теплый сверток с кашей, и поежилась от опустившейся прохлады. Тепло ушло вместе с солнцем, на город опустились ранние осенние сумерки.

Ноги не хотели идти, а свертки с одеждой и дурацкой кашей, казалось, весили как целый остров, придавливая меня к земле. Я уже готова была сесть на обочину и зарыдать от бессилия, как в голову пришла светлая или не очень идея.

Я вспомнила, что магистр Фанхорн использовал сегодня заклинание левитации, чтобы доставить мой сундук до комнаты. А я это заклинание тоже знала, правда оно никогда толком у меня не получалось, но я все же решила попробовать. Вещи были тяжелые, и тащить их было неудобно, это стало решающим аргументом во внутреннем споре с самой собой.

Хорошо, что я связала все свертки одной бечевкой, а конец привязала к запястью. Ха, я еще наивная мечтала, что если они не поднимутся выше талии, я смогу на них сидеть. Едва я прочла заклинание, как мои вещи рванули под облака, поднимая меня за собой.

Демоны преисподней, что сегодня за день! Я зависла метрах в трех над землей, а свертки парили еще выше. Вывернутая левая рука сразу же начала болеть, я перехватила бечевку правой, чтобы ослабить натяжение. А потом стала болтать ногами в воздухе, мне казалось, это поможет нам со свертками двигаться в направлении академии.

Но тут некстати подул ветер, и нас стало сносить к кустам и к чернеющей вдалеке громадине леса. Я хотела крикнуть «помогите», но подумала и промолчала. Кто меня здесь услышит? Упырь разве что, но и тот был не настоящим.

Придется превращаться в драконицу. Заодно и выгуляю ее. Я осторожно опустила бечевку, повиснув на одной руке, и стала снимать амулет, прячущий мою истинную природу.

Я превратилась в драконицу моментально. Она как будто только и ждала, когда я соизволю ее выпустить. Трех метров нам не хватило, чтобы удержаться в воздухе, и я с шумом свалилась в кусты, которые печально захрустели под моей попой. С трудом выбралась на дорогу, и тут драконица повернулась к многострадальным кустам и выпустила струю огня.

Что творишь?! Я попыталась пристыдить мою вторую сущность, но она раздраженно дернула хвостом, ни капли не жалея о содеянном. Я с трудом погасила, начавшийся пожар, хорошо, что драконица не использовала особое уничтожающее пламя, иначе кусты бы выгорели без малейшего шанса на спасение.

Драконица сделала пару взмахов крыльями и взлетела под облака, многострадальные свертки, как уродливый хвост, рванули за нами. Она повернула голову, чтобы отгрызть бечевку, но я зарычала от ярости: «Не вздумай! Там мои наряды!» Драконица послушно отвернулась и стала наворачивать круги над дорогой. Все мои уговоры разбивались об ее упрямое: «Хочу полетать, размять крылья».

Я понимала свою драконицу, она устала сидеть взаперти и была обижена. Но ночь уже наступила, а я опять была где угодно, но не в постели.

Наконец, она сжалилась и полетела к академии. Мы хотели приземлиться прямо у общежития, но внезапно наткнулись на охранную сферу. Морду и грудь обожгло магией, и драконица испуганно отлетела к кустам.

Я превратилась в человека за пару мгновений. Следовало спешить, маг, который поставил охранный круг, должен был вот-вот появиться, и драконицу он не должен будет увидеть.

Амулет привычно опустился на грудь. Я оглянулась, замела заметные следы драконьих лап и подтянула к себе свертки. Проверила кашу и прижала сверток к груди. Остывшая, но еще съедобная. От этих полетов я ужасно оголодала и думала о каше с некоторой нежностью.

— Хм. Я даже не удивлен. — От голоса магистра Фанхорна я сжалась. — Ариэлла, ты знаешь, что такое правила академии и когда наступает комендантский час?

Я покачала головой, но поняла, что магистр меня не видит. Я кстати тоже его не видела.

— Нет, — тихонько прошептала я.

И тут магистр шагнул ко мне, выходя из тени дерева возле ограды. Я испуганно вздрогнула, неужели он видел меня драконицей?!

— Что нет? — прорычал он.

Истребитель сейчас меня убьёт! Я зажмурилась, чувствуя, как он подходит ближе. Внезапно он рванул из моих рук забытый потрепанный букет и прорычал:

— Появился новый поклонник или старый одаривает?

Я удивленно посмотрела на помятые цветы и замотала головой.

— Нет, это мне бабулька отдала последний букет, который не успела продать. — Мои оправдания звучали так жалко, что стало противно. Почему я должна оправдываться? Что это за допросы? — Вы имеете что-то против? — раздраженно буркнула я.

Магистр Фанхорн протянул руку к моему лицу. Что он там хотел сделать, я не поняла, потому что в этот момент сверток с кашей не выдержал испытаний судьбы и с громким чавком упал ему на сапоги.

Глава 31

Кошмар! Уронить кашу на своего ректора — это было верхом невезения. Я смотрела на жирные комки, скатывающиеся с сапог на дорогу, и мечтала провалиться сквозь землю.

— П-п-простите! — прошептала я и, не глядя, на магистра Фанхорна, подняла руку, судорожно вспоминая хоть какое-нибудь подходящее заклинание, чтобы убрать это безобразие.

Он схватил меня за запястье, обрывая движение, и сухо проговорил:

— Не стоит. Я сам.

Я со страхом подняла голову. Лицо магистра напоминало каменную маску, холодную и безжизненную. Мамочки! У меня ослабли ноги, и заполошно застучала сердце. Он сейчас меня убьет!

— Я не специально, — попыталась оправдаться дрожащим голосом.

Пусть хоть кивнет, моргнет в ответ, а то я сейчас умру от страха и позора! Магистр Фанхорн, как будто услышал меня, нахмурился и зарычал:

— У вас все всегда не специально! — От его низкого злого голоса у меня все завибрировало внутри, и я отступила на шаг. Он шумно выдохнул и неожиданно