Работный дом попаданки, или Лопата в помощь! - Дара Хаард

такие, будто он уже всё знает… — Вы забыли, рия Митроу. Мне нужна информация о работном доме, о вас. Чем больше я буду знать, тем легче мне будет понять, как вас защитить. Как защитить ваш работный дом.

Его объяснение меня не успокоило. Наоборот, боль во всём теле стала ещё сильнее. Я сделала от дракона шаг в сторону. Мне нужен был свежий воздух. Дракон оказался настырным. Он сделал шаг за мной и нахмурился:

— Думаю, будет лучше, если мы прогуляемся по двору и поговорим. Погода прекрасная. — Ашта протянул мне руку. — Прошу, рия Митроу, я поддержу вас во время прогулки. Ещё светло, но думаю, сейчас быстро начнёт темнеть.

В голове у меня зашумело, и опять забило обоняние его запахом. Вот же гадство! А если это не простуда… Я кивнула и сжала зубы, чтобы ими не заскрипеть. Нужно выполнять обещания. Я протянула руку к локтю дракона, и когда коснулась его руки, огонь внутри стал особенно жарким.

В следующее мгновение моя ладонь резко изменилась. Белая кожа с тонкими венками покрылась мелкой золотистой чешуёй, а ногти, подстриженные под корень, обзавелись весьма когтистым маникюром такого же золотистого цвета. Он поблёскивал в лучах заходящего солнца и слепил глаза.

Я испугалась, а кто не испугается, увидев такие метаморфозы со своим телом? Но от испуга не отпрянула от дракона, а, наоборот, отчаянно вцепилась в его руку, протыкая тонкую человеческую кожу когтями.

В нос ударил запах крови, на белой рубахе показались ярко-красные пятна, а я вскрикнув:

— Мама! — провалилась в обморок.

Сознание возвращалось медленно, урывками. Сначала пришло ощущение мягкости — я лежала на кровати. Потом знакомый запах пыли, сушёных трав и терпкий запах мыла, которым я отмывала свою комнату. Я была у себя.

Я не сразу открыла глаза, вспоминая всё, что со мной произошло. Хотелось хлопнуть себя по лбу и горестно поорать. Почему у меня всегда всё идёт наперекосяк? Я прислушалась. В ногах, у самого края кровати, лежало что-то тёплое, тихо посапывающее. Ластик. Облегчённо выдохнула.

И тут я услышала голоса, приглушённые, и поняла, что не зря не встала сразу.

— Она могла тебя убить! — это был голос Хреста. — Я удивлён, что твоя голова в сохранности, а пострадала только рука. Ты помнишь, как просыпались драконы у нас? Нас держали в клетках как зверей, пока мы не брали под контроль частичный оборот.

— Это странно, — голос генерала был задумчивым. — Она сдерживала её…

— Ты сумасшедший! — тихо рявкнул на него Хрест. — Если ты увидел признаки пробуждения драконицы, почему не позвал меня?

— Она ничего мне не сделала, — генерал отмахнулся, а я замерла, стараясь дышать через раз. Неужели… неужели это тепло, которое я всегда ощущаю — моя драконья сущность? Тепло, словно только ждало моего озарения, прошлось волной по всему телу.

Та-а-ак, быстро успокоилась! Я мысленно одернула непонятное нечто. Почему мне ничего не объяснили? Хотя… я чуть не фыркнула. Кто мне это объяснит? Считается, что рия Митроу сама должна знать о драконах всё, что положено.

— Дракон, почуявший кровь, мог обезуметь, — не согласился Хрест.

— Ты меня совсем уж бессильными не выставляй, — генерал хмыкнул. — С новорождённым драконом я бы справился.

— Или она оторвала тебе голову, — Хрест не был согласен с другом. — Она — Митроу!

— Да, тут всё усложняется, — генерал вздохнул. — Один из старых родов… золотая… А чего ты ожидал?

— Надеялся, что у неё просто магия, — голос Хреста стал глуше. — Сам знаешь, Митроу уже больше тысячи лет бессилки, а тут магия… Я надеялся, что драконицы не будет. И почти в это поверил. Прошло много времени. Обычно магия и драконы просыпаются почти одновременно.

— Сам сказал — род давно потерял силы. Драконице нужно было время, чтобы проснуться.

На пару минут воцарилась тишина.

— Что будем делать? — спросил Хрест. — Я опасаюсь, что она не сможет держать себя в руках.

— Я уверен, она справится, — сказал генерал. Мне даже стало приятно от его веры в меня. Но как же мне не хватает информации о том, что происходит!

Я приподнялась и оглядела комнату. Странно, драконы где? Я думала, они возле камина стоят, но мужчин в комнате не было. Ластик недовольно закряхтел. Я соскользнула с кровати и осмотрела себя. Слава Пресветлой, меня не раздевали. Только пару пуговичек расстегнули. Я посмотрела на кувшин, полный воды, и с жадностью её выпила. Пожар, который бушевал во всём теле, чуть остыл.

— Знаешь, я думаю, драконица ещё бы долго спала, но мы разбудили её работой с артефактом, — сказал Хрест. Послышался стук посуды об стол.

Да что за чертовщина творится? Я обошла всю комнату, но так и не поняла, откуда я слышу голоса.

— Может быть, — опять голос генерала, вроде бы рядом и сразу отовсюду. — Нужно сказать остальным. Сейчас нам нужно сделать всё, чтобы драконица не увидела в нас врагов. Сам понимаешь, первые дни самые важные — формируется ближний круг…

— Помню, помню, — хмыкнул Хрест. — И клетки помню, и нашего учителя, который гонял нас так, что мы еле до лежанок доползали.

— Значит, делаем всё, чтобы драконица не приняла нас за врагов. И ещё… — генерал что-то выпил, были слышны глотки. — Она — моя.

Минутная тишина, в которой я дошла до зеркала, немного ошарашенная. Что генерал имеет в виду? Моя кто? Должница? Всё не может простить мне своё семя… Так, сам виноват.

Я взглянула на себя в зеркало и замерла, не в силах отвести взгляд. Это было страшно, и в то же время невероятно красиво. Мои глаза были жёлтыми с чёрными узкими зрачками. По щекам — золотистая россыпь чешуек, уходящая на виски. Я повернула голову и еле сумела сдержать вскрик. У меня не было ушей! Мама! Где мои уши? Вместо них красовалась ушная раковина без мочек, полностью из золотистой кожи. Я еле сдержала истерику.

Жар в теле резко накалился, а потом всё пропало. И чешуйки, и удивительные глаза, и страшные ушные раковины… но вместе с частичным оборотом, а это точно был он, пропали и голоса драконов…

— Это же ты? — тихо спросила я. — Золотинка? Эй?

Я тронула свой живот, где опять тихо грело моё тепло.

— Извини, я не привыкла… Да что там,