Связанные сердца - Джей Роуз

— Да, — выдыхаю я. — Это единственное, что работает.

— Прекрасно. Я, блядь, сделаю тебе больно.

Вставая, Хантер грубо поднимает меня на ноги. Я почти падаю от головокружения, но он не дает мне упасть. На мне все еще футболка Лейтона, украденная из его гардероба, когда он заснул на диване внизу.

Под ней на мне только простые трусики. Месячные закончились несколько дней назад, так же внезапно, как и начались.

— Руки вверх, — приказывает он резким голосом.

— Что?

Хантер хватает подол моей футболки и стаскивает ее через голову. Он перекидывает ее через плечо, даже не взглянув на меня. Я стою под его высоким, мускулистым телом, моя грудь обнажена, а торс украшен резьбой в виде Святой Троицы.

— Хантер, — хнычу я.

Он проводит рукой вниз по моей руке, двигаясь к изгибу бедра.

— Ты мне доверяешь?

Поколебавшись, я решаюсь робко кивнуть.

— Тогда позволь мне позаботиться о тебе. Мы можем справиться с этим вместе, и ты не причинишь себе вреда. У меня есть другая идея.

Все еще держа меня за бедро, он наклоняется и оставляет нежный поцелуй на изгибе моего живота. Я позволяю своим глазам закрыться, когда его губы опускаются ниже, обводя линию моих простых белых трусиков.

Хантер просовывает палец под резинку и тянет их вниз дюйм за мучительным дюймом. Его теплая рука обвивается вокруг моей лодыжки, и он отводит их в сторону.

— Тебе это не понадобится, — говорит он, глядя на меня из-под тяжелых век.

Когда он выпрямляется во весь рост, я полностью обнажена и чувствую себя более чем немного уязвимой. Все выставлено напоказ. Негде спрятаться от его устрашающего взгляда.

— Что ты с-собираешься со мной сделать?

Его рот кривится.

— Повернись, милая. Руки на кровать.

Когда я не двигаюсь, он обхватывает пальцами один из моих напрягшихся сосков и тянет. Я ахаю от внезапной вспышки боли.

— Повернись. Сейчас же.

С мурашками, пробегающими по моей коже, я выполняю приказ и поворачиваюсь лицом к кровати. Кончик его пальца касается верхней части моего позвоночника и танцует вниз, по гусиной коже и позвонкам, оставляя обжигающий след, который разливается между моими бедрами.

— Наклонись, маленькая Харлоу, — выдыхает он мне в ухо. — Я собираюсь причинить тебе ту боль, которую ты ищешь.

Все мое тело кричит об освобождении, переполненное нарастающим напряжением. Я хочу вырвать каждый волосок со своей головы и искупаться в собственной крови в качестве покаяния. Хантер не сможет спасти меня, что бы он ни думал.

Уже слишком поздно.

Я уже сломлена.

Кладу руки на смятые простыни, выгибаю спину, выпячивая зад. Мне кажется неправильным выставлять себя напоказ вот так, без единого лоскутка ткани, прикрывающего мое тело.

Но вместо страха по моим венам разливается предвкушение. Я не могу сдержать любопытства. Хантер обещал боль. Облегчение. Своего рода наказание. Он играл со мной месяцами, предлагая лишь самые незначительные проблески привязанности.

Даже если я этого не заслуживаю, я хочу большего. Я умираю от желания быть поглощенной им. Контролируемой. Это единственный свет в конце очень темного туннеля.

Я сдерживаю стон, когда ладонь Хантера поглаживает мою левую ягодицу в медленной, нежной ласке.

— Такая красивая девушка.

Я просто расслабляюсь от успокаивающего контакта, когда его рука с силой шлепает меня по заднице. Боль пронзает мой позвоночник, вызывая взрывы фейерверков.

Поглаживая мою чувствительную кожу, я не могу сдержать вздоха, когда Хантер снова бьет меня. Сильнее, прижимаясь к той же ягодице, заставляя на этот раз раскаты грома прокатиться по всему моему телу.

— Тебе больно, милая?

— Да, — выдыхаю я.

— Ты хочешь еще? — спрашивает он.

Сильнее выгибая спину, я прижимаюсь задницей к твердости, выступающей под его спортивными штанами.

— Да. Пожалуйста, еще.

Он успокаивает жжение на моей коже еще одним благоговейным поглаживанием.

— Что — пожалуйста, Харлоу?

— Пожалуйста, ударь меня, — прошу я сдавленным шепотом.

— Зачем, детка?

— Затем, что… Мне это нужно. Мне нужна боль, чтобы выжить.

Он проводит мозолистой ладонью по другой моей ягодице. По моему телу пробегает покалывание от его последнего шлепка. Когда он бьет меня в этот раз, это нарушает грань между болью и удовольствием. Каждый ноющий удар заставляет мое нутро сжиматься сильнее.

— Я мог бы привыкнуть к тому, что ты умоляешь, — дразнит он, все еще поглаживая меня. — Ты хочешь, чтобы на этот раз было жестче?

— Да.

— Тогда проси меня как следует.

Это должно быть унизительно, когда он мной командует. Не думаю, что позволила бы какому-либо другому мужчине контролировать меня с такой откровенной жаждой моего подчинения. Но с ним? Все сводится к доверию.

Я хочу угодить ему и удовлетворить требовательное существо под его человеческой кожей. Его похвала шепотом — это тонизирующее средство против жестокого яда пастора Майклса. Я не могу насытиться этим.

— Ударь меня сильнее, Хантер. — Я разочарованно хлопаю рукой по матрасу. — Перестань быть нежным со мной.

— Ты в порядке? — он проверяет связь.

— Да, продолжай.

Мой пульс учащается, когда его рука скользит по изгибу моего бедра и опускается между ног. Его босая ступня оказывается между моими, раздвигая мои бедра. Когда он обхватывает мой холмик, я понимаю, насколько я влажна для него.

— Ты такая хорошая девочка, правда? — мурлычет он мне на ухо. — Ты такая влажная для меня, милая, а я едва прикоснулся к тебе.

У меня вырывается еще один стон, когда он скользит умелым пальцем по моим складочкам. Огибая вход в меня, искры боли пробегают по мочке уха от легкого укуса зубов Хантера.

Я громко ахаю, когда он засовывает толстый палец глубоко в мою щель. Его восхитительная твердость прижимается к моим покалывающим ягодицам, разделенные трением его спортивных штанов.

— Черт возьми, любимая, — ворчит Хантер. — Я так сильно хочу погрузить в тебя свой член. Скажи мне остановиться.

Я задыхаюсь от желания, когда он вводит в меня еще один палец. Давление усиливается. Оба пальца двигаются в устойчивом, дразнящем ритме. Его большой палец обводит мой бугорок с каждым вращением, разжигая пламя желания.

— Я хочу... я...

— Чего ты хочешь? — воркует он.

— Все. Я хочу все.

Его язык скользит по моему уху.

— Я так сильно хочу трахнуть тебя, Харлоу. Но я не буду этого делать. Не раньше, чем ты выберешь меня.

— Выберу? — Я стону.

Когда его пальцы дразнят нежное местечко, от которого по моей коже пробегают искры, предательская часть меня хочет подчиниться. Я так устала от борьбы. Но я не могу. Я не буду этого делать. Не так.

Прежде чем я срываюсь, рука Хантера исчезает между моих бедер. Я вскрикиваю, мои глаза горят от