Прости за любовь. Причал - Кристина Лин

меня не было такого блестящего образования, которое получил Руслан. Я не отличаюсь особыми талантами, не блистаю красотой. Я — совершенно обычная. Но, даже, будь я семи пядей во лбу, наверное, не смогла бы понять, этой хитрой комбинации.

— Она видела вас двоих на приеме, и то, как Руслан на тебя смотрит, — ну вот опять! и Вадим, слово в слово, повторяет слова дяди Вани, — она сказала, что только так Руслан от тебя отвернется. Если будет знать, что ты принадлежала другому мужчине. Его мужская гордость не выдержит такого удара!

Ощущение такое, словно, меня вываляли в грязи и посыпали пеплом. Он сам отправил меня в этот дом, и сам же потом будет проклинать меня за это?!

Да, я слишком глупа, чтобы понять логику во всем этом. Для меня штамп в паспорте, все-таки, что-то значит. И я не понимаю, как можно было додуматься до всего этого. Как и не понимаю того, каким образом мы с Русланом сможем снова научиться доверять друг другу. Теперь это просто невозможно!

Да и нужно ли мне ему доверять? Контракт исполнен, и он получил свой пиар. Даже ремонт в особняке получил! Пусть я недостаточно умна, но для галочки ничего не делаю. Руслан может гордиться, приглашая туда друзей.

А Елена? Не зря я ею восхищалась. Нужно признать, это шах и мат. Она разрушила нашу семью, даже не прикасаясь к ней.

Вадим вдруг подленько захихикал, и у меня на голове зашевелились волосы. Адекватные люди так не смеются. Это какой-то психоз.

— Угадай, кто станет утешать твоего мужа после развода? — противным до мерзоты голосом проговорил Вадим.

Его слова ядовитой змеей заползли в голову, отравляя все хорошие воспоминания, связывающие наш союз с Русланом.

Вот он достает кулон и надевает его мне на шею. Стягивает с меня полотенце. Кажется, что даже сейчас я ощущаю касания его пальцев…

Мое тайное место. Только он и я. В животе ярко запели бабочки при одном воспоминании…

Его глаза, когда он надевал мне кольцо на палец. Тогда мне казалось, что это самый эротичный момент в жизни. И пусть оно не имело ценности, пускай мужчина не воспринимал этот жест, как нечто особенное… Для меня, тогда, это был знак свыше…

Такая нелепость! А я — просто дура! Он играл мной и моими чувствами уже тогда!

Все это было игрой. Его игрой, правил которой он мне не рассказывал.

Внезапно, обида сменилась раздражением, а та перешла в ярость. Чертовы уроды! Они считают себя вершителями судеб?!

Да кем он себя возомнил? Господом Богом?!

— А вы? — спрашиваю с вызовом в голосе, — зачем согласились на это? Не жалко стало тратить драгоценное желание?!

Вадим скривился так, словно ему в рот запихнули целый лимон. Он открыл рот, порываясь что-то сказать, потом закрыл его. Открыл глаза и уставился невидящим взглядом в потолок.

— Потому, что я идиот, который слишком сильно влюблен в избалованную девчонку, — говорит потухшим голосом, — и не смог отказать любимой, когда она попросила. Такая ирония. Я люблю ее, а она не хочет даже слышать об этом. Только и говорит о Руслане… он один у нее на уме…

— Моя избалованная девочка, — добавляет мужчина тише, — совсем не хочет взрослеть. Мечтает о том, чего не может получить. Только потому, что он не ее, она хочет его еще сильнее…

Вадим снова закрыл глаза, а я устало опустилась в кресло. Мне уже почти плевать, даже, если мужчина прямо сейчас пожелает, чтобы я отдала долг Руслана. Пусть берет мое тело, плевать! Душу ему не получить, от нее остались лохмотья.

Сейчас мне кажется, что мою линию жизни перерезали, как ленточку. Есть то, что было до этой ночи. И совсем не ясно, что будет позже. Но, гадать не нужно, ясно, что, как прежде, уже быть не может.

И как Руслан согласился отдать меня? Почему? Только из-за дурацкого контракта? Мой собственный муж, пусть и волею случая им ставший, отправил меня в постель к незнакомому мужчине. В качестве уплаты долга, о котором даже не потрудился мне сказать. Вот так запросто! Как зверушку! Как вещь!

А я еще надеялась, что однажды он сможет полюбить меня!??

Идиотка! Наивная, безмозглая дурочка!

С дивана послышался храп. Он громко пронесся по комнате, отлетел от стен, заставив вздрогнуть. Я облегченно выдохнула. Пусть лучше так, чем то, что планировалось. Правда, не знаю, засчитают ли эту ночь, как реализованное желание. Впрочем, какая разница? Теперь мне уже все равно.

Когда-то я до дрожи в коленках боялась потерять Руслана. Он мне казался идеальным, слишком красивым и успешным для дурнушки, вроде меня. Теперь, узнав всю правду, я воспринимаю его по-другому.

Говорят, что даже на Солнце есть пятна. Если так, то у Руслана пятен больше, чем отверстий кратеров на Луне.

Как я не подумала об этом раньше? Почему только восхищалась им? Нет же! Я его боготворила! А сейчас, понимаю, что идеальная картинка — лишь фасад, за которым грязные схемы и обман. Я считала его невероятно умным, способным свернуть горы, и, от того, успешным. Но все оказалось намного проще. Его успех — лишь результат желаний, озвученных нужным людям в правильном месте.

Кстати, а где этот клуб по интересам собирается? Они же как-то узнают друг друга? Принимают новых жертв, ой, простите! членов в свое сообщество?

Как вспышкой, в голове мелькает комната с красными стенами в подвале дома. Ее когда-то мне показал дядя Ваня. А потом я просто о ней забыла. Так и не придумав ей практичного применения.

Выходит, все эти люди тайно собираются в нашем заброшенном доме? Или где-то еще? Или Руслану нужен был ремонт в особняке только для того, чтобы, и дальше, было где озвучивать тайные желания!?

Как же все запутанно!

И Елена идеально ему подходит!

Да, мне не зря так показалось, как только я увидела этих двоих вместе! Оба красивы, оба успешны и уверены в себе. Оба с гнилым нутром. Просто идеальная пара!

Храп со стороны дивана стал еще громче. А мне захотелось смеяться. Кажется, никогда в жизни я так не радовалась этим противным звукам.

Глава 28

Мужчина на диване жалостливо простонал, чем вырвал меня из короткого тревожного сна. Рука, которую я подложила под голову, затекла, а ног почти не чувствую. Спать в кресле — не самое лучшее решение, но другого варианта не было.

— Чего ж так больно?! — рычит мужчина после целой тирады, состоящей из нецензурных выражений