Прости за любовь. Причал - Кристина Лин

Просыпаюсь, как от толчка, резко вскочив в постели. Сразу вспомнив все случившееся до мельчайших деталей.

За окном уже полностью рассвело. Но часы показывают, что я проспала всего полтора часа. Так странно. Ночь без сна, а я чувствую, что больше не смогу уснуть. Поэтому выбираюсь из постели, одеваюсь и спускаюсь вниз по лестнице.

Руслан сидит за столом в гостиной и пьет кофе. Едва я вошла, он оторвал взгляд от газеты и отложил ее в сторону.

Первый порыв — сбежать в спальню и запереться там до того момента, пока он не уйдет из дома. Но я одергиваю сама себя, усилием воли заставляя сесть за стол. Мне тут же подают кофе и завтрак. Есть совсем не хочется, ковыряю в тарелке вилкой, пока омлет не превратился в уродливое месиво.

— Поговори со мной, Настя, — просит. Все это время он наблюдает за мной, как кот за мышью. Даже чашку с кофе ни разу не взял в руку.

И какое мне дело до его кофе? Никакого! И мне все равно, если он хорошо выглядит. Как обычно, костюм сидит на нем идеально, а рубашка ослепляет белизной. Этот человек сделан из железа. Его совсем не выбило из колеи ночное происшествие. А, ведь, я, где-то в глубине души, еще надеялась, что он хотя бы сожалеет о содеянном.

Дурочка ты, Настя. Так ничему и не научилась!

— Зачем? — спрашиваю. Тело напряжено до предела.

Этот гад даже не пытался извиниться!

— Затем, что нам нужно поговорить, — в его голосе появились властные нотки. Те самые, на которые я мигом реагировала испугом совсем недавно. Но теперь что-то надломилось, и его тон не задевает внутри ничего, что могло бы испугать.

— Хорошо, давай, — соглашаюсь, с вызовом глядя ему в глаза, — я хочу получить развод.

— Нет! — тут же осаждает меня ответом, — этого не будет.

Крепко сжимаю в руке вилку. Мне хочется вонзить ее Руслану в руку. Но, вместо этого, накалываю немного омлета и отправляю в рот. С трудом проглатываю, запивая кофе.

— У нас не семья, а фарс, — озвучиваю то, что вертится на языке с вечера.

— У нас обычная семья, — до боли спокойным тоном отвечает Руслан, — идеальных семей не бывает.

Моя была идеальной еще вчера. До того, как узнала правду. До того, как меня использовали, словно, вещь. Теперь это поломанная семья, и я не хочу склеивать осколки.

— Прости за то, что…, — он немного замялся, подбирая слова, — что тебе пришлось пережить этой ночью. И давай об этом забудем. Хорошо, малыш?

Его слова полоснули по сердцу больнее ножа. Как он может?! Все забудем? Вот так просто?!

Конечно, у него все просто. Он ничего не чувствует, всегда руководствуется только выгодой. А я так не смогу.

Как же хочется сделать ему больно! Ужалить в ответ! Пусть он, хоть на мгновение, почувствует унижение, которое чувствовала я.

— Забудем? — спрашиваю, поднимая взгляд и заглядывая ему в глаза, — я не смогу забыть!

В голове занозой сидит обида. Она ширится, заполняя всю меня, словно яд. Руслан внимательно всматривается в мое лицо, во взгляде мелькает жалость и, может быть? чувство вины. Ерунда! Конечно, мне показалось. Руслан никогда не чувствует себя виноватым, он не признает, если был не прав. И это злит еще сильнее!

— Мне было так хорошо этой ночью, — бью словами, потому как ничего другого мне не осталось, — я не хочу забывать, милый.

Глаза мужа гневно сверкнули. Он сжал челюсти до скрипа. Наблюдаю за движением каждого мускула на его лице, наслаждаясь этой маленькой местью. Она бальзамом разливается внутри. И это пугающе приятно.

— Вадим такой милый, — продолжаю нести чушь, но Руслан не может знать, что ничего не было, — надеюсь, мы еще встретимся.

Плотоядно облизнув губы, смотрю на то, как на скулах мужчины заиграли желваки. Взгляд стал совсем темным. Меня бы это до смерти напугало еще вчера. Но сейчас я ловлю кайф, дергая хищника за усы. Потому, что никакого другого оружия против его власти у меня нет.

— Хорошо, что он оставил мне свой телефон, — а вот это уже откровенное вранье, но сейчас меня понесло, и стало плевать на последствия, — обязательно…

Я не успела договорить. Чашка с кофе, которую Руслан взял в руки, как только я заговорила о разводе, громко хрустнула, и темная жидкость залила его руку и манжет. Мужчина прошипел проклятия, одергивая руку. Схватил салфетку и попытался вытереться. Но костюм уже безнадежно испорчен, придется переодеваться.

Моя месть зацепила только костюм, который теперь отправится в химчистку. Какая же я жалкая! И глупая! Даже отомстить мужу не могу! Да ему и дела нет до того, кому я стану звонить и с кем буду встречаться!

Сделав выпад вперед, Руслан навис надо мной. Хочет напомнить, кто здесь главный?

— Даже не думай звонить ему, — шипит он мне в ухо, — если я узнаю, — он сделал паузу, — а я узнаю! то перестану быть добрым, Настя.

Сердце больно стучит в горле, с трудом сглатываю ком. Руки сами сжимаются в кулаки.

— Дай мне развод, — прошу его осипшим вмиг голосом.

— Нет! — выпускает меня из захвата, выпрямляясь и делая шаг назад.

Руслан идет к двери. Понятно, ему надо переодеться. Всегда безупречность на первом месте, она важнее всего. Чистая рубашка важнее чистой совести.

— Ты дашь мне развод! — шиплю ему вслед, сверкнув глазами.

Глава 30

Встаю из-за стола и иду в спальню сына. Пускай, я наняла новую няню, которая меня полностью устраивает, но, даже теперь, я стараюсь быть с ребенком, когда он просыпается. Да и от мысли о том, что Руслан сейчас в нашей общей спальне и переодевается, как-то пропадает желание идти навстречу новой ссоре. Ох, как бы мне хотелось разбить что-то о его непробиваемую голову! Только, боюсь, это не поможет вправить ему мозги. И не поможет получить развод.

— Вы уже здесь? — спрашиваю дядю Ваню, открыв двери в детскую.

Мужчина каждую свободную минуту проводит с Димкой. Даже неловко перед ним за это. Он практически не отходит от ребенка, и я даже подумываю поднять ему жалование. Няне остается только бить баклуши и перекладывать вещи ребенка, шлифуя идеальный порядок в шкафу.

— Мама! — кричит Димка, бежит ко мне и запрыгивает на ручки.

— Вам не трудно столько времени проводить с ребенком? — спрашиваю дядю Ваню.

У того по лицу