Ведьма для изумрудного дракона - Лана Бель

В лавку вошли Варекк, двое стражей, двое магов и наблюдатели. Пространство сразу стало тесным. Лили едва заметно кивнула Графу — знак не терять бдительность.

Осмотр начался.

Они без церемоний шарили по полкам, сдвигали ящики, задевали связки трав. Несколько сушеных пучков упали на пол — их растоптали сапогами. Лили стояла прямо, с каменным лицом, сжимая руки в замок, и терпела. Каждое небрежное отношение к ее зельям и травам отзывалось внутри холодным раздражением.

Запрещенных трав они не нашли. Даже до тайника под прилавком не добрались. И все же маги продолжали искать.

Варекк почти не обращал внимания на своих спутников. Пока те продолжали перебирать травы, он стоял неподвижно и смотрел на дверь, ведущую в жилую часть дома. Казалось, он пытался разглядеть сквозь стены то, что за ними скрывалось.

Лили заметила это и очень медленно выдохнула.

Когда один из магов, явно устав от бесплодных поисков, направился к двери, ведущей в жилую часть дома, Граф резко зашипел, выгибая спину.

— А на осмотр жилых помещений у вас тоже есть разрешение? — спросила Лили, не повышая голоса.

Варекк стиснул зубы. Его взгляд прошелся по всем присутствующим, будто он искал поддержку или повод надавить.

— Нам известно, что у вас есть лаборатория, — произнес он холодно.

Лили медленно выпрямилась, глядя ему прямо в глаза. В ее позе не было ни страха, ни суеты — только спокойная, выверенная готовность отстаивать свое.

— Лаборатория для варки легальных зелий и настоев указана в моих лицензиях, — ответила она. — И если вы намерены туда войти, советую сначала убедиться, что ваши бумаги это позволяют.

В лавке повисла плотная, напряженная тишина.

Лицо Варекка стремительно наливалось цветом, будто кровь вот-вот закипит. Казалось, еще немного — и пар действительно пойдет из ушей.

— Все ведьмы так хорошо подкованы в законах, вайра Блум? — процедил он, не скрывая раздражения.

Лили встретила его взгляд спокойно.

— Чтобы хорошо работать, нужно знать свои права и законы, чтобы никто не посмел обвинить в чем ни попадя. Вы так не думаете?

Она сделала паузу, давая словам лечь как следует, а затем вдруг улыбнулась доброжелательно. Настолько, что это выглядело подозрительно.

— Но знаете… — продолжила она мягко. — Пожалуй, я позволю вам взглянуть на мою лабораторию.

В лавке стражи едва заметно шевельнулись, наблюдатели переглянулись и неловко пожали плечами.

— В качестве жеста доброй воли, — добавила Лили тем же тоном, словно речь шла о чашке чая, а не о вторжении в ее святая святых.

Варекк скрипнул зубами. Он явно ожидал сопротивления, отказа, торга — чего угодно, но не этого.

— Ну разумеется, — проскрипел он, выдавливая слова. — Мы ценим сотрудничество.

Лили лишь слегка склонила голову, пропуская их вперед.

Внутри она была собрана до предела. Каждая эмоция аккуратно загнана под замок. Она осознанно шла на этот риск, чтобы дать понять, что ей нечего скрывать, и одновременно лишить Варекка возможности вернуться.

— Не стоит задерживаться, это всего лишь кухня и небольшая коморка, — спокойно сказала Лили, будто между делом.

— Нет, нет, — добавила она следом, уточняя. — Наверху моя спальня.

И только потом — будто нехотя — позволила им двигаться дальше.

Когда все потянулись к лестнице, Лили намеренно не зажгла свет в проходе. В полумраке кто-то споткнулся. Раздалось приглушенное ругательство.

Пустяк. Но внутри она позволила себе крошечную, мстительную улыбку.

Лаборатория встретила их теснотой.

Помещение было меньше кухни, и здесь невозможно было окинуть взглядом все сразу — куда ни повернись, тут же натыкаешься на чужое плечо, локоть или спину. Пространство сжимало, давило, мешало сосредоточиться.

И это играло ей на руку.

Лили встала у стены, сцепив руки за спиной, и внимательно следила за Варекком и магами. Сердце билось неровно, слишком громко, но лицо оставалось спокойным.

Она прекрасно понимала, насколько рискованно то, что делает.

Маги и стражи не стеснялись. Они переставляли флаконы, развязывали мешочки с травами, двигали незакрепленные стеллажи. Один из них задел локтем колбу — стекло жалобно звякнуло и треснуло, зелье растеклось по полу.

Лили не сказала ни слова. Только отметила про себя: потом убрать.

Кто-то попытался сдвинуть ее массивный шкаф. Дерево скрипнуло, но шкаф даже не шелохнулся. Страж пыхтел, налегал плечом, но безрезультатно.

Лили наблюдала.

Варекк в это время почти не обращал внимания на травы. Его взгляд скользил по стенам, по полу, по углам лаборатории, задерживаясь там, где теоретически мог бы спрятаться человек. Или остаться его след.

И тут раздался голос:

— Я что-то нашел.

Лили медленно перевела взгляд.

— Здесь явно отвод глаз, — продолжил маг, указывая на один из высоких стеллажей с резными деревянными шкатулками.

Варекк мгновенно оживился. В нем будто проснулась гончая, которая почуяла след. Он резко шагнул вперед, оттесняя остальных.

— Что там? — нетерпеливо спросил он.

Маг легко развеял заклинание.

Варекк и он переглянулись, и заместитель главы гильдии протянул руку к одной из шкатулок. Он коснулся ее осторожно, словно проверяя что-то, а затем приподнял.

Лили не шелохнулась.

Шкатулка поддалась неожиданно легко — как будто должна была что-то открыть.

Варекк на мгновение замер. Казалось, он ждал, что в стене щелкнет скрытый механизм или пол сдвинется в сторону. Но ничего не произошло. Только где-то тихо звякнули стеклянные флаконы на соседнем стеллаже.

Варекк медленно опустил шкатулку обратно. Открыл ее. Внутри лежал небольшой мешочек.

Он дернул за завязки и развязал и замер.

— Соль? — выдавил он сквозь зубы.

— Из соленого озера, — спокойно ответила Лили, позволив себе мягкую улыбку. — Отлично впитывает злонамерения. Очень полезная вещь. Могу и вам отсыпать.

Желваки на лице Варекка заходили ходуном.

Он молча швырнул мешочек обратно, резко захлопнул шкатулку и обвел лабораторию тяжелым взглядом, будто надеялся, что стены сами выдадут все ее тайны.

Но стены молчали.

Обыск тянулся еще какое-то время, но азарт постепенно сходил на нет. Ни запрещенных компонентов, ни следов темной магии, ни того, ради чего Варекк сюда пришел на самом деле, — ничего.

В конце концов он выпрямился, раздраженно дернул ворот плаща и сухо бросил:

— На этом все, — разочарованно произнес он.

Лили молча проводила их на выход.

Только когда дверь лавки за ними закрылась и напряжение окончательно ушло из воздуха, она почувствовала, как ее плечи медленно опустились.

Сегодня она отстояла свой дом.

И своего дракона.

Временно.