Любовь среди туманов - Кира Крааш

меня, что нас утащило вдвоем, что нас утащило по отдельности и там мы случайно встретились, ну и последнее, самое прекрасное: что Крейг героически кинулся меня спасать – от большой и чистой любви, разумеется. И хоть бы одна сволочь пересказывала правду!

Еще утром я думала, что самое сложное, что меня ждет в ближайшем будущем, – это подобрать антидот. О, как я была не права! Самое сложное оказалось вырваться из лап Изверга. Декан вцепился в нас мертвой хваткой, заставляя раз за разом пересказывать одно и то же: в прямой последовательности, в обратной, от моего лица, от лица Крейга, вместе, по отдельности, по очереди, что мы думаем по тому или этому поводу… Если вначале я надеялась прикинуться ветошью и отсидеться тихонько, пока Крейг будет вещать, то, выходя из кабинета, я себя той самой ветошью ощущала.

– Кошмар, – простонала я, растирая виски, – он кем был за стенами академии? Дознавателем?

Алекс хмыкнул:

– Понимаешь, о том, кем был Изверг, пока не стал Извергом, говорить нельзя. Но если об этом сказать, то все сразу начинают догадываться.

– Ничего не понимаю, это что-то на аристократическом, – пробубнила я, даже не пытаясь вдуматься в суть.

– Пойдем пообедаем, – предложил Крейг, – я готов сожрать кабана.

Меня хватило только на согласное «угу», и я поплелась следом за удивительно бодрым парнем. А мы, между прочим, три, ТРИ ЧАСА мусолили каждый чих и пук в Туманных чащах.

Короче, вошли мы в столовую прямо в разгар общей трапезы. Точнее, как вошли, едва переступили порог – и стало так тихо-тихо. Все смотрят и молчат. Даже жевать перестали.

Тут мне еще больше захотелось слиться с интерьером от такого повышенного внимания, и я позорно сдала назад. Точнее, попыталась. Потому что шагнуть мне не дали – меж лопаток уперлась широкая ладонь Крейга. Хотелось жалостливо заскулить «пустите-отпустите», но в гробовой тишине столовой раздался громоподобный звук отодвигаемого стула, и над сидящими возвысился Рик.

Паладин на этом не остановился, он прошагал к нам, раздвигая те препятствия, которые не удосужились отползти самостоятельно с его пути.

– Алекс. – Рик замер на мгновение, а потом сгреб Крейга в крепкие, медвежьи объятия, и, честное слово, я слышала, как у того трещали кости.

Я невольно улыбнулась тому, что стала свидетелем настоящей мужской дружбы. Ее невероятно сложно встретить во всем мире, особенно среди аристократического серпентария.

А потом эта машина для убийства темных магов повернулась ко мне.

– Эльза, – пророкотал Рик, и я как-то сразу же вспомнила, что свистнула его оружие. Наверняка какое-нибудь семейное и жутко дорогое.

– Твой кинжал у Алекса, – сдала я Крейга без зазрения совести.

Рик удивленно моргнул, а потом расхохотался:

– Ты самая странная ведьма, о которой я только слышал.

– Это еще почему? – возмутилась я.

Паладин принял серьезный вид и произнес:

– Эльза Шаттер…

– Баронесса Эльза Шаттер, – скучающим тоном поправил Крейг.

– Баронесса Эльза Шаттер, – не моргнув глазом поправился Рик, – я, Рикард Лорс, добровольно и при свидетелях вверяю тебе свой меч до исполнения долга крови.

– Свидетельствуем! – грянула столовая.

Это что? Это потому, что я его тогда антидотом полила, что ли?!

* * *

До своей комнаты я добралась лишь под вечер, и там меня ждала Фредерика с видом кровожадного хищника, желавшая узнать все подробности из первых уст.

– Ты же провела целые сутки вдвоем с АЛЕКСОМ КРЕЙГОМ! – пищала она от восторга, а я с тоской думала о том, сколько часов до побудки осталось.

Впрочем, поток вопросов от Кнопочки был прерван дробным стуком в дверь. Соседка подпрыгнула и помчалась открывать, вероятно ожидая кого-то к себе. Вернулась она почти сразу с сияющими глазами и сообщила:

– Это к тебе!

– Кто? – простонала я, размышляя, можно ли спрятаться под подушкой.

– АЛЕКС КРЕЙГ! – торжественно сообщила Фредерика.

Полная мрачных предчувствий о вынужденной бессоннице, я вышла в коридор.

– Соскучился? – язвительно спросила подпиравшего стену парня.

– Очень, – кивнул он, отлепляясь от стены. – Пойдем.

– Куда? – Я скрестила руки на груди и даже успела прикинуть, смогу ли я вцепиться зубами в косяк, если этот садист сейчас потащит меня на тренировку.

– В лабораторию. Ты обещала подтянуть меня по алхимии.

Сон как рукой сняло. Огромная профессиональная лаборатория – и вся моя!

– Минуточку! – Я подпрыгнула на месте от нетерпения и метнулась в комнату. Покидав необходимые приборы, ингредиенты и записки в сумку, я помахала сгорающей от любопытства Фредерике и выскочила обратно в коридор.

– Идем!

И мы пошли. Изредка встречающиеся нам студенты провожали нас взглядами. Такими понимающими. Намекающими. Как будто он меня к себе в кровать на плече волок, а не вел на расстоянии вытянутой руки в лабораторию!

Лаборатория, кстати, была шикарна. Почти как у нас, только места побольше. Отличные приборы, широкий выбор реагентов и ингредиентов. Я бегала меж столов и радостно пищала:

– О-о-о, змеевик Астора! Двухфазный сепаратор! Трехфазный сепаратор! Мельничка Вронса! Пятикратная дубль-лупа!

Ну и все в таком духе. Проинспектировав помещение, я обернулась на Крейга:

– Оборудование годится!

Парень смотрел на меня с таким умилением, как будто привел не ведьму в алхимическую лабораторию, а ребенка в магазин сладостей.

– Образцы раздобыл?

Крейг молча достал две дюжины крошечных баночек:

– На любой вкус.

Я предвкушающе потерла руки. В конце концов, это должно быть интересно!

– Кстати, – запоздало спохватилась, – а что ты сказал Тропт?

– Что после нашего совместного приключения у меня непреодолимая тяга к алхимии, – невозмутимо ответил Крейг.

– А у Софии тоже была непреодолимая тяга? – нахмурилась я.

– И как ты догадалась, – усмехнулся парень.

– М-да, с безопасностью у вас решето.

– Не без этого.

За разговором я расставила баночки, пронумеровала, достала блокнотик и погрузилась в работу, потеряв всякий интерес к пристально наблюдавшему за мной Крейгу.

Для начала я проверила содержимое каждой баночки на запах, отсеяв две штуки как совершенно пустые. В одной было намешано перо тупоклюва, оно придает шелковистость коже, но напрочь убивает полезные свойства всего остального. Второе просто было чистым эфирным маслом.

– Это безопасно, – прокомментировала, делая пометки.

Оставшиеся баночки я разделила на три категории. Первая – с однозначным содержанием магических ингредиентов, вторая – с вероятным содержанием и третья – с маловероятным, но зато с подозрительным составом.

И работа закипела. Идя по принципу исключения, к трем ночи я закончила перебирать последнюю группу баночек. Среди них были как пустышки, так и вполне себе слабые зелья. Правда, все из разряда разрешенных.

– От морщин, для ресниц, для ногтей, для сияния кожи, от синяков под глазами, – резюмировала я свои изыскания. – Все алхимическое, но ничего опасного.

– Ясно, – кивнул Крейг. – На сегодня хватит.

– В смысле – хватит? –