Измена. Ужин которого не должно было быть - Ксения Пономарева

Я назвала адрес водителю. Машина тронулась. Всю дорогу я сжимала в руках телефон, ожидая звонка. Сердце колотилось так, будто хотело вырваться из груди. Что я делаю? Почему еду?

Подъехав к месту назначения, я увидела наглухо тонированную чёрную машину. Водитель, заметив меня, вышел навстречу и открыл передо мной дверь. Рассмотреть его не получилось, лицо скрывалось за тёмными очками и капюшоне, натянутом так, что виден был только подбородок и нос.

Мне ничего не осталось, кроме как повиноваться. Я сделала шаг к машине, затем второй… и оказалась внутри. Резкий запах заполнил лёгкие, мир вокруг начал вращаться, расплываться…

Очнулась я непонятно где. Голова раскалывалась, во рту — сухость и горький привкус кляпа. Руки связаны за спиной, глаза завязаны плотной тканью. Где я? Что происходит? Паника начала накатывать волной. Я попыталась прислушаться к звукам вокруг. Где-то капала вода, вдалеке слышны приглушённые невнятно бормотание… В голове — туман, мысли разбежались, словно испуганные мыши. Послышался приближающийся стук каблуков — чёткий, ритмичный, будто по какому-то металлическому настилу.

Мне сняли повязку. При попытке открыть глаза потекли слёзы от резкого, почти ослепляющего света. Я зажмурилась, заморгала, пытаясь привыкнуть.

— Ну вот, все на месте, — произнёс торжественно женский властный тон.

Взгляд начал понемногу фокусироваться. Я заметила рядом с собой фигуру — явно крупнее меня. «Это мужчина? Денис? Где я?» — лихорадочно проносилось в голове. В нос ударил резкий аромат тяжёлых духов — сладковатый, удушливый. Надо мной, с самодовольный оскалом склонилась женщина в маске «домино». Чёрная, с резкими углами, она скрывала половину лица, оставляя открытыми только ярко-красные губы и холодный, насмешливый взгляд.

— Ну что, детка, доигралась? — прошипела она и отошла назад, щёлкнула пальцем.

Я почувствовала, как за моей спиной кто-то зашевелился и начал приближаться. Холодные пальцы коснулись моего плеча, и я невольно вздрогнула. Наконец-то рот свободен — кляп вытащили.

— Я же тебя предупреждала, но ты решила проигнорировать мою просьбу, — снова заговорила женщина.

— Что тебе нужно? — постаралась произнести я как можно чётче, насколько это возможно с пересохшим горлом и дрожащими губами. — И где мои дети?

— О-о-о… Ты переживаешь за деток? — наигранно-ласково протянула она, растягивая слова. Потом вдруг запрокинула голову и захохотала — громко, истерично, с придыханием. — Не переживай. И до них очередь дойдёт!

— Не смей их трогать! — закричала я, дёргаясь в путах. Верёвки врезались в запястья, но я почти не чувствовала боли — только жгучую ярость и страх.

— Не советовала бы кричать, — покачала она головой, и её улыбка стала ещё шире, ещё более зловещей. — А то вдруг у меня испортится настроение, и я решу ускорить процесс.

— И что ты собираешься со мной делать? — сглотнув, спросила я. Голос дрожал, но я заставила себя смотреть ей в глаза.

— Тебе действительно интересно? Правда? — её кроваво-красные губы растянулись в зловещей улыбке. Она сделала шаг назад, с неприятным скрипом пододвинула стул, села на него, закинула ногу на ногу. Поправила подол чёрного длинного платья, поправила маску — та чуть сдвинулась, обнажив уголок прищуренного глаза.

— Ну тогда слушай, — она наклонилась вперёд, и её голос стал тише — от него по спине пробежал ледяной озноб. — У нас с тобой будет небольшой разговор. Очень откровенный. Даже, возможно, я оставлю тебя в живых. По крайней мере, на какое-то время.

— А если я откажусь? — хрипло спросила я.

Женщина медленно поднялась, снова подошла ко мне.

— Тогда, милая, — прошептала она, — ты очень быстро пожалеешь, что родилась на свет.

— Я согласна, — поспешно ответила я, пытаясь унять дрожь в голосе.

— А твоего согласия не требуется. Ты не в том положении! — её губы искривились в презрительной усмешке. — Ну что, начнём нашу беседу?

Я кивнула в ответ, с трудом сдерживая панику.

— Помнишь, что было десять лет назад? — она наклонилась ближе, её глаза сверкнули за прорезями.

— Точнее, пожалуйста. В то время много чего происходило, — я старалась говорить спокойно.

— Ну как же?! — она театрально всплеснула руками. — Самое твоё яркое воспоминание десятилетней давности! Или, возможно, то, что ты так старательно пыталась забыть! Давай тогда восстанавливать цепочку событий вместе.

— Я не хочу ничего восстанавливать! — вырвалось у меня.

— Весна, вечер пятницы, — не обращая внимания на мои слова, начала она, чеканя каждое слово. — Тебя бросает парень… — она сделала паузу, будто смакуя мои страдания. — А потом подруга зовёт тебя в клуб. Ты выпиваешь один коктейль — и твоё сознание теряется в красочных снах. Возможно, кто-то что-то подмешал в коктейль? Ты не думала об этом? Нет? — не дождавшись моего ответа, она продолжила: — А потом ты оказываешься в объятиях парня, который от тебя без ума и которого ты неоднократно отшивала, — при этих словах она брезгливо фыркнула. — Ну ты же всё прекрасно помнишь! — она театрально запрокинула голову и расхохоталась.

— Кто ты? — дрожащим голосом произнесла я, чувствуя, как внутри всё сжимается от беспокойства и дурного предчувствия.

— А ты думаешь, просто так я устроила этот спектакль? — она обвела пространство вокруг рукой, словно демонстрируя невидимую сцену. — Интригует?

— Ненормальная, у тебя крыша поехала! — крикнула я.

Рядом со мной зашевелился мужчина. Я вздрогнула, повернулась в его сторону.

— Ещё один на подходе! — радостно хлопнула в ладоши женщина и указала жестом, чтобы с его головы сняли мешок.

Мешок стянули, и я увидела лицо Дениса. Он поморщился от яркого света, заморгал, приходя в себя. Его волосы были растрёпаны, на щеке — ссадина. Он огляделся, сфокусировал взгляд на мне, потом на женщине в маске.

— О, теперь всё становится интереснее, не правда ли? Теперь вы оба здесь, и мы сможем наконец поговорить по душам. Десять лет секретов — пора их раскрыть, не считаете?

Я смотрела на Дениса, пытаясь прочесть в его глазах хоть что-то: понимание, отчаяние, вину…

— Итак, — женщина снова хлопнула в ладоши, привлекая внимание. — Начнём сначала. Алина, расскажи нам, что на самом деле произошло в тот вечер десять лет назад. И учти: если попытаешься солгать, последствия будут… крайне неприятными.

Она сделала шаг к Денису, склонилась над ним:

— А ты, дорогой, будешь внимательно слушать. И дополнять рассказ, если твоя подруга что-то забудет. Понял? — и она вытащила у него кляп.

Денис бросил на меня короткий взгляд.

— Я расскажу… но сначала скажи мне одно: зачем тебе всё это? Что ты хочешь получить?

Женщина замерла на мгновение, потом её улыбка стала ещё шире, ещё более зловещей.

— О, это очень просто, — произнесла она. — После, может я расскажу, если будет желание.

— Ника? Это ты? — внезапно произнёс Денис, в его