Развод. Я заберу твою жену - Анна Гром

В свободной одежде вне дресс-кода Миша казался совсем юным. Если бы не щетина, морщинки вокруг глаз и глубокая мудрость в глазах, я не дала бы ему больше двадцати пяти.

– Сначала мы заглянем на заводик, потом перелетим уже ближе к моречку, – уведомил меня Миша. Пока мы ехали в такси до Шереметьева, я, как котёнок прижималась к Мишиной широкой груди и смотрела в окошко. Он легонько целовал меня в лоб.

В зоне ожидания аэропорта мы решили перекусить и выпить по кофе. Наш рейс немного задерживался. Я с огромным наслаждением рассматривала движение самолётов разных авиакомпаний, наблюдала за взлётами и посадками, как будто видела это впервые. Меня восхищало буквально всё. Особенно прекрасный мужчина рядом со мной, разговаривающий по телефону с кем-то из своих сотрудников.

Я заметила, что мы стали садится чуть ближе, чаще обниматься, чаще брать друг друга за руки. Это было так трепетно и нежно. И так романтично. Меня окрыляло давно забытое чувство влюблённости, доверия и безопасности, ведь рядом с ним я ощущала себя полностью защищённой ото всех жизненных бурь.

В соседнем кафе я заметила что-то знакомое. Платиновое каре и дистрофичное лицо с густо накрашенными обколотыми губами. Лола была в компании ещё одной блондинки, а обе они, в свою очередь, в компании двух мужчин. Никто из них не заметил нас, они были поглощены общением. Я легонько толкнула Мишу в бок и кивнула в их сторону.

– Опа. Какие люди, – Миша тоже её узнал. – А с ней кто? Хм, она звалась Татьяна.

– Твоя бывшая жена?! – удивилась я. Такое комбо встретить в самом большом аэропорту Москвы редкое стечение обстоятельств.

– Да, Татьяна Шумская, в юности Кочерыгина. Я бы запретил ей использовать мою фамилию, но, к сожалению, законом это не предусмотрено.

– Фамилия Кочерыгина, конечно, проигрывает.

– Фамилия, это единственное, что ей удалось у меня отжать.

Мы рассмеялись.

– Нельзя смеяться над больными людьми, – я утёрла слёзы смеха и украдкой снова посмотрела в их сторону. – Похоже, снова кого-то обрабатывают.

– А где же Лев? – Миша задал риторический вопрос.

– А нет его.

Кажется, мой бывший супруг получил кармой по темечку.

Объявили посадку до Антальи, и весёлый квартет спешно покинул зал ожидания. Лола в компании себе подобной и парочки явно заинтересованных в них мужчин, отправлялись на отдых.

Хорошо, что не в Китай.

Глава 42

В самолёте Миша меня удивил – по приложению в телефоне он изучал китайский язык.

– Китайцы хитрые. Надо понимать, о чём балакают, чтобы не подсунули какую-нибудь негодную ерунду. Английским там владеют плохо. На завод мой человек приедет доверенный, будет переводить.

– А что были случаи?

– Да, много раз. У одного товарища партия электроники пришла с браком и не с того завода, с которого он ждал. Местный переводчик, конечно, работает в сторону своих. Поэтому надо держать ухо в остро.

– И как? – я кивнула на его айфон. – Получается?

– Пока плохо, – Миша рассмеялся. – У них важна интонация. А я себя пока идиотом чувствую, когда начинаю пропевать эти звуки.

Миша всё-таки удивительный. Ни на минуту не перестаёт развиваться, интересоваться, жить эту жизнь. Рядом с ним я ощущала подъём, энергию и волю к достижениям. Я не затухала, а только разгоралась сильнее. Такими и должны быть отношения, когда один поддерживает пламя другого, а не пытается его затушить.

Когда мы взлетали, я держала его за руку и любовалась видом из иллюминатора: лентами взлётных полос, дорог, несекомых-автомобилей, а потом облаками, пластами зелени и блестящими пятнами и полосами рек и озёр. Я так давно не летала, и как будто сегодня впервые села в самолёт. Я была в полном восторге, только напрочь заложенные уши вызывали забавный дискомфорт.

Мы приземлились в аэропорту Гуанчжоу.

Первое, что меня поразило – китайские иероглифы. Они были везде! Будь я одна, я бы точно запаниковала и не даже не заметила бы дублирующие надписи на английском. И потом только увидела, что есть ещё и интуитивно понятная инфографика. Миша вполне хорошо владел английским, поэтому всю социализацию в новой для меня стране я целиком и полностью доверила ему.

В Гуанчжоу нам предстояло провести два дня и две встречи. По прилёту мы сразу пошли в небольшое кафе, и там я изумилась во второй раз. НИЧЕГО знакомого в меню не было, и опять же, всё меня состояло из китайских иероглифов. А есть хотелось ужасно.

– Миша, тут вся надежда на тебя, – я отодвинула от себя меню. Вот действительно попробую что-то новое. Это не тебе не урок зумбы. Тут не просто новое, а что-то инопланетное.

– Так, – Миша скользнул опытным взглядом по пластиковой картонке с картинками. – Вот это блюдо точно надо попробовать, это Бей Джин Хао, знаменитая утка по-пекински. Приехать в Китай и не попробовать утку по-пекински, считай, зря ездила.

Мы рассмеялись. Потом Миша выбрал овощи, запеченные в каком-то необычайном сочетании соусов и специй. «Когти феникса» – куриные лапы, обжаренные во фритюре с бобовым соусом – которые Миша выбрал себе, уверяя, что это очень вкусно, я пробовать не стала. Один только их внешний вид меня «впечатлил» чуть ли не до потери аппетита. Сытный обед мы закрепили вкусным зелёным чаем. Я такой чай не люблю, но дома я ничего подобного и не пробовала даже близко. А здесь мне очень понравилось.

По дороге на завод Миша угостил меня мороженым с чёрным кунжутом. Чёрный кунжут, по словам Миши, использовался в сладостях повсеместно. Да, это было необычно, но очень вкусно.

Сейчас всё было необычно. И невероятно интересно.

Я уже ощущала усталость от перелёта и перемещений, когда мы, встретившись с товарищем Миши – переводчиком, отправились на первый завод.

Меня поразили чистота и порядок от ворот до самых конвейеров. И удивительная слаженность и скорость работников. Здесь Миша договаривался на производство и поставку автокомпонентов для своих магазинов на Вайлдберис и Озон. Автозапчасти для топливной системы, системы охлаждения, трансмиссии, ходовой части, тормозной системы и кучи всего. Всего того, о чём мне предстояло иметь понимание, чтобы потом с этим работать. Я читала и изучала договора, составленные на двух языках. Внимательно ознакомилась с условиями. Мне нужно было понимание процессов.

Приехали мы уже поздно вечером в простой отель. Нам не были