Мой главный враг - теперь мой фиктивный парень?! - Валерия Блэк

тебя не будил.

— Ты смотрел.

Я усмехнулся.

— Это уже будит?

— Когда так — да.

— Как?

Она прищурилась.

— Сам знаешь.

Знал.

— Могу отвернуться.

— Уже поздно.

Лиза посмотрела на экран моего телефона.

— Что пришло?

— Сервис написал.

— Про машину?

— Да. Готова.

Она на пару секунд замолчала.

— Ровно к концу недели.

— Очень символично.

Лиза приподнялась на локте.

Одеяло немного сдвинулось.

Я автоматически опустил взгляд.

Она сразу подтянула край выше.

— Даже не начинай.

— Я молчу.

— Ты глазами разговариваешь.

— Хорошо, что понимаешь язык.

Она закатила глаза.

Вот.

Всё на месте.

Я протянул руку и убрал волосы с её лица.

Лиза не отстранилась.

— Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо.

— Ничего не болит?

Она подумала.

— Немного чувствую мышцы, но всё нормально.

— Какие мышцы?

Лиза застыла.

Я выдержал серьёзное лицо секунды две.

Потом получил подушкой в плечо.

— Глеб!

Я рассмеялся и поймал подушку.

— Я просто уточнил.

— Ты прекрасно понял.

— Хотел убедиться.

Она отняла подушку и положила обратно под голову.

— Вот теперь узнаю человека.

Некоторое время мы лежали молча.

За окном уже начинали петь птицы, в комнате было прохладно, а солнечный свет тонкой полосой пробивался из-за шторы.

Лиза первой посмотрела на дверь.

— Мне нужно к себе.

Очень не понравилась эта фраза.

— Зачем?

— Душ, одежда. И желательно оказаться в собственной комнате до того, как твоя мама выйдет в коридор и увидит меня здесь.

— Боишься?

Она сразу повернулась.

— Нет. Но я не хочу ставить Марину Сергеевну в неловкое положение.

Вот за это мама её и полюбила.

И бабушка.

И отец.

И я.

Последнее слово появилось в голове настолько спокойно, что я даже не попытался его оспорить.

Я любил Соколову.

Прекрасно.

Очень своевременно.

За несколько часов до окончания сделки.

Я сел на кровати.

— Хорошо. Проверю коридор.

Лиза рассмеялась.

— Ты серьёзно?

— Да.

— Мы что, подростки?

Я поднялся и нашёл возле кровати её футболку, шорты и бельё.

Собрал всё и протянул ей.

— Нет. Поэтому я не собираюсь заставлять тебя бегать по коридору в одеяле.

Она забрала одежду.

— Отвернись.

Я поднял брови.

— Серьёзно?

— Глеб.

— Я видел всё.

— И?

Логики не было.

Но спорить сейчас было опасно для моей жизни.

Я развернулся к окну.

За спиной зашуршала одежда.

— Можешь.

Я повернулся.

Лиза уже стояла в футболке и шортах и собирала волосы рукой.

Я подошёл к двери.

Сначала открыл её на несколько сантиметров и выглянул.

Коридор был пуст.

— Чисто.

Лиза подошла ко мне.

— Если сейчас выйдет твоя бабушка, я тебя убью.

— Она встаёт после восьми.

— Откуда ты знаешь?

Я посмотрел на неё.

— Живу здесь двадцать два года.

— Логично.

Она собиралась выйти.

Я коснулся её руки.

Лиза остановилась и посмотрела на меня.

— Что?

Я не стал тянуть её к себе.

Просто спросил:

— Можно тебя поцеловать?

Уголок её рта дрогнул.

— Теперь научился?

— Иногда я обучаемый.

Она сама подошла ближе, поднялась на носки и поцеловала меня.

Коротко.

Слишком коротко.

Я попытался продлить поцелуй, но Лиза упёрлась ладонью мне в грудь.

— Нет. Иначе я отсюда не выйду.

— Хорошая перспектива.

— Для тебя.

— Для нас обоих.

Она улыбнулась.

— Увидимся на завтраке.

Я отпустил её.

Лиза пересекла коридор, открыла свою дверь и уже перед тем, как войти, обернулась.

— Глеб.

— Что?

Она несколько секунд смотрела на меня.

— Вчера было хорошо.

И скрылась у себя.

Я остался стоять в дверях.

Вот теперь можно было спокойно умереть.

За завтраком отец посмотрел на меня один раз.

Этого хватило.

Мы сидели на террасе. Бабушка принимала первые семейные поздравления и возмущалась огромным букетом, который мама поставила возле её кресла.

Лиза сидела по другую сторону стола рядом с Натальей.

Вообще на меня не смотрела.

Минуты две.

Потом всё-таки посмотрела.

Я улыбнулся.

Она сразу опустила глаза в чашку.

Отец сидел напротив.

И всё видел.

Я взял кофе.

— Что?

Он тоже поднял чашку.

— Ничего.

— Ты смотришь.

— Я завтракаю.

— Очень внимательно.

Отец усмехнулся.

— Рад, что у тебя хорошее настроение.

— У меня всегда хорошее.

— Конечно.

Мама либо ничего не заметила, либо делала вид.

Бабушка заметила всё.

Она дождалась, когда Лиза с Натальей ушли в дом за коробкой с альбомом, и только потом повернулась ко мне.

— Только не испорть.

Я положил вилку.

— Что именно?

— Сам знаешь.

— Очень содержательно.

Тамара Павловна прищурилась.

— Глеб.

Вот откуда у меня это.

— Я ничего не собираюсь портить.

— Хорошо.

— Всё?

— Пока.

Отец тихо рассмеялся.

Я посмотрел на него.

— Тебе весело?

— Очень.

Прекрасная семья.

Телефон снова завибрировал в кармане.

Я достал его.

Сервис ещё раз подтвердил, что машину можно забрать в любое время.

Отец заметил логотип в уведомлении.

— Готова?

— Да.

— Заедем сегодня?

Я убрал телефон.

— Завтра. Сегодня Лизу отвезу на твоей.

Он кивнул.

— Хорошо.

Лиза вернулась на террасу с коробкой в руках.

Я посмотрел на неё.

Отец проследил за моим взглядом.

— Серьёзно? — спросил он тихо.

Я не стал делать вид, что не понял.

— Да.

Он помолчал.

— Тогда не тяни.

— Не буду.

Сначала нужно было закончить сделку.

Сделать так, чтобы Лиза точно знала: за ремонт, эту неделю и вчерашнюю ночь она мне ничего не должна.

А уже потом спросить, хочет ли она остаться рядом со мной без всяких условий.

И почему-то второй разговор пугал меня куда сильнее первого.

Глава 16. Неделя закончилась

Пятница оказалась самым странным днём за всю неделю.

Потому что всё было хорошо.

Слишком хорошо для дня, после которого я должна была собрать вещи и уехать.

К обеду начали приезжать гости.

На подъездной дорожке одна за другой появлялись машины, сад наполнился голосами, а на террасе добавили ещё два стола под светлым навесом. Из кухни пахло выпечкой, травами и мясом с гриля.

На мне было тёмно-синее платье, которое я уже надевала в ресторан, только сегодня волосы я собрала в низкий гладкий хвост и добавила небольшие серебряные серьги.

Глеб выбрал светлые брюки и тёмно-синюю рубашку с закатанными рукавами.

К счастью, без красного кандибобера.

Тамара Павловна получила столько цветов, что к двум часам Марина Сергеевна начала искать дополнительные вазы.

Сама именинница сидела во главе стола под навесом и выглядела полностью довольной жизнью.

К четвёртому знакомству я уже научилась спокойно реагировать на:

— Так вот ты какая, девушка Глеба.

Да.

Вот я какая.

Фиктивная девушка, которая прошлую ночь провела в его кровати и теперь периодически ловит его взгляд через весь стол.

Очень убедительная фикция.

Когда пришло время дарить подарки, мы с Глебом встали рядом.

Он держал коробку с семейным альбомом.

Я — букет.