Liebe. История одной любви - Лиза Вайн

Мы вошли в самый крайний небольшой зал, дверь которого была закрыта для посторонних.

— Это был её зал, — произнёс Энцо приглушённым голосом, оглядывая вместе со мной всё помещение, после того как включил свет.

У самого левого окна моим глазам открылась ниша, встроенная в стену, размером полметра. В ней был воздвигнут своего рода алтарь: перед красивым чёрно-белым портретом молодой женщины стояли в вазах свежие белые розы с нежно-розовым оттенком, а вокруг них толстые, красные, кладбищенские свечи.

— Я прихожу сюда каждый день, когда открываю и закрываю студию, — поведал мне Энцо — Раз в неделю ты можешь протирать здесь пыль с подоконников и мыть пол. Алтарь я всегда сам убираю…

Я заметила, как трудно стало ему говорить. Он сам витал где-то далеко в воспоминаниях…

Мне не хотелось его прерывать или же как-то "лезть в душу" своими дальнейшими неуместными расспросами.

Я уже собралась уходить, тем более, что моё рабочее время закончилось, как Энцо снова заговорил. В этот раз без остановки — Рика была родом из Пуэрто-Рико — Родины Сальсы. Мы познакомились с ней, когда ей было 15, а мне 16. Тогда мы оба уже профессионально танцевали, участвовали в местных соревнованиях у себя в странах… Тогда я серьёзно искал себе танцпартнёршу, чтобы начать выступать в парных соревнованиях, хотел выйти на международный уровень. Тогда интернет не был развит, подобные анонсы публиковали, в основном, в печатных газетах или специфичных журналах. Мне повезло: во время своих школьных каникул я впервые полетел со родителями в Сан-Хуан. Там и познакомился с ней во время одного танцевального сальса-вечера в клубе нашего отеля… Увидел её у барной стойки с фруктовым коктейлем в руке и всё — меня накрыло с головой! А когда мы начали вместе танцевать, то нам все говорили, что мы — идеальная пара… Так оно и было! Мы прожили и протанцевали душа в душу вместе почти 18 лет! Десять раз подряд заняли первые места по Show Latin Dance в Европе и пять раз вторые места в чемпионате мира. У нас с ней было столько всего задуманного… Но наши планы, мечты — всё разрушилось в один миг после спуска на лыжах в Альпах. Внезапная лавина застигла нас врасплох… Я успел завернуть за скалу, еле выкарабкался сам, кричал, звал её, раскапывал тот грёбаный снег вместе со спасателями… При падении у неё произошёл перелом первого шейного позвонка — умерла на месте…

Энцо замолчал, а его глаза блестели от наполненных слёз, которые он в последний момент сдержал.

— Энцо, мне так жаль, прими пожалуйста мои самые искренние соболезнования! Потеря любимого человека — это такая невосполнимая утрата, — мой собственный голос предательски дрогнул, а я уже чувствовала, как стекают слёзы по моему лицу.

Его печальная история глубоко запала мне в душу, так как я с детства была очень впечатлительной и сердобольный натурой.

Энцо заметил то, как эмоционально я отреагировала и подошёл ко мне улыбаясь с протянутой носовой салфеткой.

— Амира, прости меня-старика, я не хотел повесить на тебя свою личную трагедию. Жизнь так или иначе продолжается, хотя мы все рано или поздно умрём… Не нужно жалеть меня или сочувствовать! Я — счастливчик, потому что встретил и познал любовь всей своей жизни, в то время как многие проживают жизнь, не прочувствовав и одной трети того, что было у нас с ней. Я благодарю Бога за всё, что было. А ещё я продолжаю жить ради нашего с ней общего дела, параллельно помогая одной юной студентке-иностранке с подработкой и сальсой… Думаю, Рика бы гордилась мной! — с этим словами он закрыл зал и проводил меня до выхода.

На другой стороне улицы, к моему приятному удивлению, меня поджидал Ханнес.

Он стоял, расслабленно прислонившись задом к своему мотоциклу, и улыбался мне на все свои 32.

— Привет, Детка! Я тут чисто случайно проезжал мимо, — начал он

— Так я тебе и поверила! — подошла к нему, тоже мило улыбаясь, смачно чмокнула его в губы — Но мне всё равно приятно. Тем более, я зонт забыла дома…

Мы оба одновременно взглянули на тёмно-серые, сгущающиеся над нами тучи.

— Тогда поторопимся, тем более дома тебя ожидает сюрприз! — прижал он меня крепко к себе и поцеловал в лоб, прежде чем завёл мотор.

Дома меня действительно ожидал приятный сюрприз в виде романтического ужина вдвоём на кухне.

Ханнес при мне быстро приготовил рыбу-лосося в каком-то своём фирменном винном соусе со свежими овощами и жаренной картошкой. Он не дал мне помочь ему! К накрытому столу вытащил из холодильника охлаждённые сок и минералку…

Вспомнила его последние слова — Ты должна пьянеть только от меня! — улыбнулась.

— Что-то не так? — заметил он мою улыбку и подошёл ко мне вплотную.

— Всё так. Всё очень очень очень даже та-а-ак!

— В таком случае, — сорвал поцелуй с моих губ — Давай скорее покончим с ужином…

С нетерпением достал откуда-то длинные белые свечи (в тонких подсвечниках!), зажёг их и раздвинул стул передо мной.

Посередине стола стоял голубой горшок огромными синими георгинами…

Сердце в груди забилось чуть быстрее обычного, а в висках забарабанило.

Это он устроил мне прощальный ужин, ведь послезавтра мне съезжать… В никуда! Сейчас он скажет, как хорошо нам было вместе все эти три недели… А после подарит мне этот горшок или ещё какую-нибудь фигню и сделает со мной Schluss (здесь: Разрыв — нем.).

Ханнес проголодался не хуже меня… Когда он ел, то часто был так сконцентрирован на еде, что никого и ничего не замечал вокруг. В этот раз он ел, почти не отрывая от меня взгляда…

Ну всё, наверняка собрался красиво порвать со мной, как только доест!

Ханнес словно специально растягивал мою пытку, зыркал, тщательно разжевывал тающего во рту лосося и также медленно запивал всё Апфельшорле (Яблочный сок, разбавленный минеральной водой).

Видимо на моём лице отразился весь спектр моих чувств и мыслей, поскольку он наконец заговорил:

— Амира, я решил твою проблему с