Уйти нельзя остаться - Елена Любимая

— А ну, руки убрал!

Глава 24

От рывка я еле удержалась на ногах. Пошатнулась и, чтобы не упасть, ухватилась за Виктора. Тот и не подумал мне помочь.

В какой-то момент мне показалось, что муж сейчас начнёт махать кулаками, выясняя отношения. Но, слава богу, я ошиблась: он замер перед Андреем, злобно сверля его взглядом. Андрей же уже приготовился встать на мою защиту, но я покачала головой — он понял с полуслова и послушался. И я была безмерно благодарна, хотя видела, что ему очень непросто оставаться на месте.

— Вить, — я осторожно тронула мужа за плечо, — мы просто танцевали, что ты завёлся?

На моё счастье, громкая музыка не давала услышать наш разговор, лишь те, кто танцевал рядом, с удивлением оглядывались на замершую троицу в углу танцпола.

Сердце бешено стучало в груди, я нервничала. В том, что Андрей сможет за себя постоять, я не сомневалась, но мне не хотелось портить праздник дракой. Алиса беременна, и ей точно ни к чему такие неприятные эмоции.

— Послушай, может, поговорим на улице? — предложил Андрей, кивнув в сторону дверей.

— Нет. — Я встала между двумя мужчинами. — Виктор, давай отойдём в сторонку?

Не так я хотела сказать, что ухожу, да и не здесь. Дома, без лишних свидетелей, это было бы правильнее. Но раз уж всё пошло не по плану, не буду откладывать на завтра.

— Никуда не уходи, я потом тебе в морду дам, — пообещал муж Андрею, утягивая меня в сторону коридора, по которому туда-сюда сновали официанты.

Андрей усмехнулся и сжал кулаки, намекая: попробуй.

— Как ты могла? — по дороге кричал муж, — после стольких лет брака! Подумать только, моя жена — шлюха! Что, нашла богатенького, да?! — вопли привлекали ненужное внимание гостей и обслуживающего персонала, но его это нисколько не смущало. Он считал себя оскорблённым и сыпал обидными словами. Честно пыталась объяснить, что он придумал то, чего нет. Я замужем и не позволяла себе ничего лишнего.

— Вспомнила про мужа? — Виктор резко остановился и впечатал меня в стену, заставляя охнуть от испуга. — Пять минут назад ты готова была из платья выпрыгнуть, когда тот мужик тебя лапал! Забыла, чья ты?! — муж говорил про меня как про какую-то вещь. — Ничего, сейчас я тебе покажу, всем покажу! — быстро осмотревшись по сторонам и заметив дверь, ведущую в туалет, он втолкнул меня внутрь, и дальше начался мой персональный ад.

Виктор больше не проронил ни слова, подхватил меня под ягодицы, усадил на тумбу с раковинами, зажимая одной рукой рот, второй принялся шарить под платьем. Я пыталась отбиваться, но оттолкнуть его здоровенную тушу не могла. От мужа противно пахло алкоголем, а значит, тормоза отсутствовали. Изловчившись, укусила его за пальцы, тем самым лишь раззадорив. Подол платья трещал по швам от его рваных движений. Я упиралась руками в его грудь, пытаясь освободиться, но всё было напрасно. Губы мужа слюнявили мне шею, спускаясь к груди, которая ещё была скрыта остатками платья. Затем потянулся к пряжке ремня, собираясь убрать последнюю преграду. Я отчаянно врывалась, не желая смириться с тем, что вот-вот должно было произойти. Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем пришла помощь. С грохотом дверь впечаталась в стену, и я, вскинув глаза, увидела Андрея с Евгением. Глаза Андрея горели яростью, одно движение — и мой муж отлетел к противоположной стене, приложившись головой о дверной косяк. Сняв пиджак, Андрей закутал меня и прижал к себе.

— Тише, тише, всё позади.

Евгений занялся моим супругом, приподняв его за шкирку, как котёнка, вытолкал в коридор, заверив, что присмотрит за ним. Сильно убивать не станет, ну только капельку, в воспитательных целях.

«Позор», — билась в голове мысль, — какая я дура, надо было давно уходить. Почему я тянула? А ведь он бы сейчас не остановился. Пришла мысль — и я разревелась, размазывая по щекам макияж.

Андрей подхватил меня на руки и унес подальше отсюда. Он что-то шептал, успокаивая, а я, уткнувшись в его белоснежную рубашку, размазывала по ней остатки туши. Ничего не могла с собой поделать — ревела и ревела.

Помещение на втором этаже, куда мы пришли, оказалось кабинетом. Опустив меня в кресло, Андрей отошёл к столу, налил воды в стакан и протянул мне. Пришлось выпить, хотя не хотелось от слова совсем.

— Тук-тук, — в дверь просунулась голова компаньона, а затем он весь протиснулся в кабинет. — Ты как? — спросил меня, внимательно оглядывая с головы до ног. Сам же при этом выглядел немного помятым, взъерошенным, а кулаки старательно прятал за спину. Видимо, Виктору всё-таки досталось.

— Спасибо, — поблагодарила я обоих за спасение. — И простите.

Я чувствовала себя виноватой. Испортила людям отдых. Это ещё хорошо, что всё произошло вдали от основной массы гостей, и никто ничего не заметил.

— Алиска не видела, девочки! Они же, наверное, будут искать.

— Тебя? Простить? За что? — изумился Евгений, устраиваясь в кресле напротив. — Да сядь ты уже, не мельтеши! — это он уже Андрею, который мерил шагами комнату: от окна до дверей и обратно. — Тебе не за что извиняться. Как ты вообще с ним жила?

Что я могла сказать? Что до сих пор ничего подобного не было? Но ведь было много чего другого. В своё оправдание я могла сказать лишь одно:

— Я разведусь.

— Вдовам не с кем разводиться, — рявкнул Андрей. — Я его убью. Где он?!

Очень своевременный вопрос. Где Евгений оставил Виктора? Неужели отпустил?

— В комнате охраны, оставил под присмотром. Надо полицию вызвать.

— И что мы им скажем? Он не успел… — осёкся Андрей на полуслове, глядя на меня, — сам знаешь, у нас когда убьют, тогда приходите.

Печальный вздох компаньона говорил, что тот тоже всё понимает. Я в принципе тоже осознавала, что полиции нечего предъявить. Хотела ли я мести? Сложный вопрос. С одной стороны, конечно, да. Он должен ответить за то, что натворил. Но с другой стороны, нас связывают долгие годы брака, дети, в конце концов. И вообще, уверена, он завтра проспится и схватится за голову, понимая, что натворил. О чём я и сказала своим спасителям. Те переглянулись, очевидно, что эти двое понимали друг друга с полуслова.

— Ладно, утро вечера мудренее, — философски заметил Евгений, поднимаясь. — Я за ним прослежу, а ты отвези-ка Ксению домой.

— А как