Изгнанная жена ледяного дракона. Вернуть сына! - Адриана Вайс

Мы трогаемся с места, но я совершенно не вижу перед собой дороги. Я вообще перестаю видеть перед собой что-либо. Звуки вокруг попросту глохнут, и я растворяюсь в тягучем темном кошмаре.

Единственная мысль, которая пульсирует у меня в голове на протяжении всего пути, это: “Что мне делать? Как спастись самой и защитить малыша?”

Маскировка Брэндона действительно работает, но чутье Бьёрна так просто не обмануть. Что мне ему сказать такого, чтобы он в это поверил? Но самое главное, что сказать, чтобы он не поймал меня на лжи?

Я ненавижу врать и не могу сказать, что у меня это хорошо получается. Я всегда предпочитаю честно говорить что я думаю. Только вот сейчас это может выйти мне боком.

Тем более, что ни Уго ни Бэнсон даже не мыли не допускали, что я могу оказаться в такой ситуации, когда мне, помимо фальшивого образа, понадобится еще и фальшивое прошлое.

Словно в тумане наблюдаю за тем, как мы подъезжаем к заставе. К этому времени малыш снова начинает ерзать и канючить. Наверное, опять хочет кушать.

– Тише, мое солнышко… потерпи еще немного, – бессильно приговариваю я, нежно целуя его в макушку.

Сын послушно умолкает, но это не спасает нас от случайных взглядов бойцов Бьёрна. На всякий случай, отвожу глаза – меньше всего мне хочется внимания еще и со стороны кого-то из них.

Тем временем, перед нами из-за очередного заснеженного холма выплывает величественная застава. Она обнесена высокой и мощной каменной стеной, по центру которой врезаны массивные, наглухо запертые кованые ворота. Из-за стены устремляются вверх ровные аккуратные башенки.

Когда отряд подъезжает к воротам, из-за них доносится лязг, скрежет и гулкое буханье. Натужно скрежеща, ворота открываются, пропуская нас внутрь.

От этого натужного скрежета ребенок снова просыпается, и на этот раз заходится долгим испуганным плачем. Огромных трудов мне стоит успокоить его. И все это время Бьёрн не спускает с меня напряженного взгляда.

Один из воинов придерживает мою лошадь, чтобы я могла спуститься. После чего Бьёрн раздает приказы, и его люди четко все выполняют. Нас с малышом проводят внутрь массивного, в три этажа, строения с узкими окнами и толстой дверью, обитой железом.

Ведут на последний этаж по широкой каменной лестнице и передают ключи от комнаты, расположенной в самом дальнем углу коридора.

– Кабинет господина вон там, у лестницы, – показывает мне проводник, – На втором этаже располагаются остальные члены отряда. На первом этаже кухня, ванная, оружейная и другие технические помещения.

Поблагодарив его, я захожу в выделенную нам с малышом комнату и тут же запираю ее на ключ. На несколько секунд устало приваливаюсь к ней спиной и только потом осматриваю место в котором оказалась.

Это небольшая комнатка, где есть только узкая кровать, застеленная шерстяным покрывалом, невысокий шкафчик и стол с грубоватым стулом, завалившимся на один бок. Единственное окно здесь тоже узкое – свет едва-едва протискивается сквозь него. Впрочем, на столе специально для этого стоит масляная лампа и кресало.

В этот момент чувствую невыносимую тоску по комнате в особняке Брэндона. Чистой, просторной, с видом на прекрасный зимний сад.

После чего мысли сразу же перескакивают на Брэндона и Уго.

Как они там? Где они сейчас? Смогут ли найти меня? Или же отныне мне стоит рассчитывать только на собственные силы?

Кое-как отгоняю от себя эти безнадежные мысли и присаживаюсь на кровать. Покормив сына и, снова убаюкав его, понимаю, что и сама едва держусь. Поэтому решаю ненадолго вздремнуть, но вместо полноценного сна проваливаюсь в тревожное забытье, во время которого меня преследует наваждение врывающегося в комнату Бьёрна.

Прихожу в себя уже глубокой ночью, когда яркие звезды усеивают темный небосклон.

Зажигаю лампу и с ней в одной руке, с сыном в другой, спускаюсь вниз. Почти все бойцы Бьёрна уже спят. Кроме тех, кто несет дежурство на башнях и в оружейной.

Осторожно пробираюсь на кухню, где в гигантском котелке еще осталась жижеватая похлебка из овощей и солонины. Наскоро перекусываю ей, отмечая, что чисто по-человечески я была бы не против помочь им с готовкой.

После чего приходит время того, чего я так отчаянно откладывала.

Время идти к Бьёрну.

Я буквально заставляю себя подниматься на последний этаж, попутно молясь о том, чтобы я не застала его в кабинете. В конце концов, ему же тоже нужно спать. А завтра он, может, уже и забудет о своем требовании.

Или, на крайний случай, удастся отсрочить тот пугающий разговор еще на некоторое время.

Но когда я равняюсь с дверью в его кабинет, то слышу доносящиеся из-за нее голоса.

Похоже, он все-таки не спит.

Прикидываю стоит ли его тревожить сейчас или зайти попозже.

Чтобы понять как лучше поступить, прислушиваюсь к разговору и… едва сдерживаю вскрик.

Потому что Бьёрн с кем-то из своих подручных говорят обо мне!

Глава 31

– Так что там с моей женой? – хрипло рычит Бьёрн.

– Почему Ева до сих пор не поймана? – безжалостно продолжает он, даже не подозревая, что я стою совсем рядом, боясь даже вздохнуть, чтобы не дай драконий бог, не выдать себя.

А звук моего имени, который доносится из его уст вообще заставляет меня бессильно съежиться, замерев на месте.

– Герр Дракенберг… – раздается второй голос, тоже мужской, но гораздо менее уверенный, – Дело в том, что мы напали на ее след, только… мы её упустили.

Кто бы это ни был, но ему явно не хочется произносить таких постыдных слов. Тем более, перед самим Бьрном, который всем своим солдатам без исключения внушает священный ужас.

Я по-прежнему не могу сдвинуться с места, жадно вслушиваясь в их разговор. Это не просто любопытство. Теперь мне важно понимать что они знают обо мне. Потому что если у кого-то из этих двоих появится хоть малейшее подозрение, что я прячусь у них прямо перед носом, мне не останется ничего другого, как снова пуститься в бега.

– Упустили? – клокочет Бьёрн и я буквально через дверь чувствую исходящую от него волну ярости, – Как получилось, что группа самых подготовленных воинов Фростланда упустила одну жалкую девку с ребенком? Или что, я вас слишком щажу на тренировках?

– Никак нет, герр Дракенберг! – от моих ушей не укрывается появившаяся дрожь в голосе собеседника Бьёрна, – Дело в том, что ей, судя по всему, помогает кто-то сильный. Какой-то способный маг,