Бракованный Тесак - Аля Миронова

— Надеюсь, с тем, как ты кричала “Еще!” — это слезы радости, — несколько обеспокоенно рассматривает мое лицо.

— Угум, — максимум, что получается выдавить из себя севшим голосом.

— Идти, я так понимаю, ты не сможешь, — улыбается Гробников, и я лишь киваю.

Мужчина с легкостью подхватывает меня на руки, жаль, что ненадолго, потому что впереди нас ждет охрана, которая никуда не пропустит Тесака, увы. Придется ножками топать, если получится. Даже предстоящая встреча с Пулих никак не омрачает мои впечатления.

Однако, впереди меня ожидает новый шок, потому что Егор с легкостью преодолевает турникет с помощью моего же пропуска, а на бурчание гада, некогда сожравшего мой завтрак отмахивается, тыча ему под нос какую-то карточку.

— Хорошо тебе? — задорно спрашивает Тесак, когда мы едем в лифте.

Мои губы непроизвольно растягиваются в довольную улыбку и я даже позволяю себе прижать голову к мужской груди. Всего на секундочку!

— Открою тебе страшную тайну, Осечка, — заговорщически произносит Гробников, и я с любопытством заглядываю ему в лицо. — А в сексе я еще лучше.

Этот гад еще и подмигивает! Не удержавшись, все еще подрагивающими руками, начинаю молотить эту наглую тушу. Егор заходится смехом от моих неловких ударов.

Примерно такую картину и видит главред, когда открываются двери лифта.

— И долго мне ждать, пока вы налобзаетесь?! — раздается на весь этаж недовольный рык.

Гробников ожидает мою реакцию, а я отвечать не спешу. Мы выбираемся из лифта. Тесак проходит в мимо Пулих в самый конец помещения, к тому дивану, где я ютилась одним днем. Почти уже бывшее начальство семенит следом и кроет нас обоих на чем свет стоит. Егор же, не удержавшись, начинает перечислять статьи об оскорблении личности, унижении достоинства и что-то там еще, что я улавливаю весьма плохо. Да и зачем мне это, когда есть мужчина, который решает? Я просто кайфую на ручках, пока мою попу не опускают на диван.

— Ну, и где мне подписать? — бесцеремонно спрашиваю у главреда.

Хочется поскорее уже закончить со всем этим и вновь переползти в такие уютные руки Гробникова.

Только ответа не следует, потому что лифт оповещает о своем прибытии, и я даже успеваю заметить, как из него вываливаются мальчики по вызову.

А затем Тесак стягивает меня за ноги на пол и накрывает собой под чье-то громогласное:

— Всем лежать! Работает ОМОН!

— Придурок! — бурчу на несущего меня на руках Тесака. — И хватило у тебя мозгов ЧОПовца напугать? А зачем, спрашивается, а?

— Скучно ты живешь, Стечкина, — фыркает Гробников. — Я же несу людям радость!

Закатываю глаза, но не отвечаю. То же мне, радость. Скорее гадость (хоть и, признаться, приятную, аки бальзам на душу), учитывая один факт: Пулих не просто положили мордой в пол, еще и в браслеты упаковали, и куда-то увезли. Наверняка, происки одного моего знакомого товарища. Все же, хорошо, что мы с ним по одну сторону баррикад.

К счастью, мои документы оказались уже оформлены, как и деньги к выдаче — все было уже готово; мне же — оставалось лишь поставить пару закорючек, собрать нехитрые пожитки, вернуть диктофон и удалиться. Желательно безвозвратно.

— Диктофон! — взвизгиваю, вспоминая о том, что он до сих пор болтается у меня в кармане куртки.

Однако, Егора, который уже подходит к мотоциклу, это ничуть не смущает.

— Останется тебе сувенир, Осечка, — хмыкает этот невыносимый тип.

— Ты что?! — буквально спрыгиваю с его рук на плитку. — Разве у тебя может быть жена — воровка?

Только вот мужчина, кажется, игнорирует мои слова и садится на мотоцикл, убирает подножку, вставляет ключ в зажигание.

— Эй! — луплю его по плечам. — Герой ты или где?!

— Ладно, уж, охране оставлю, устроит? — опускает подножку и спрыгивает с байка Егор. — Мне тебя пристегивать к мотоциклу или сама не убежишь?

— Шутишь, что ли?! — искренне возмущаюсь. — Я от этого сексуального красавчика ни ногой! — воркую, полюбовно поглядывая на “мужчину мечты”.

Гробников насмешливо фыркает и протягивает раскрытую ладонь, в которую я спешно вкладываю злополучный диктофон.

— Тридцать секунд, Осечка, и, чур, никаких глупостей, — без намека на былую веселость, сканирует меня тяжелым взглядом мужчина. Киваю без промедлений. Да я и не думала даже!

Не успевает Тесак развернуться в сторону бизнес-центра, как я возвращаю взор к железному коню. Какой же он шикарный, все-таки! Нет, даже не так. ШИКАРНЫЙ!

Не теряя ни секунды, буквально запрыгиваю на водительское место. Мой размерчик! Меня всю трясет от переполняющих эмоций, когда нахожусь с этой супер — звездой трассы наедине! Это же какая мощь сейчас подо мной, между ног, буквально! Вот бы еще покататься! Я ведь училась на малокубатурной Ямахе с объемом всего на сто двадцать пять… А здесь — в десять раз больше!

Хватаюсь за руль, немного нагибаясь вперед и представляю, как лечу на встречу ветру, а на спидометре скорость все возрастает… Аж дыхание перехватывает, когда вдруг замечаю…

Ну Гробников, ну дурак! Конкретный! Кто ж ключи в зажигании оставляет?! А если Харли кто угонит?! Это каким мудоденем надо быть?!

И, пока я думаю, мысленно кляня Тесака, руки натягивают шлем и сами тянутся к ключам.

Я же ничего плохого не сделаю, просто небольшой кружочек и все! Я же не совсем дура угонять мотоцикл у Егора, он же меня потом… даже думать не хочу, что со мной потом будет!

Всего один малюсенький кружочек, вот прямо здесь, до перекрестка, разворот, еще до перекрестка, разворот, — и ставлю байк на место. Никто даже заметить не успеет, что мы с ним отсутствовали. Я успею. И мне в кайф, и Гробников в накладе не останется…

Нервно облизываю губы от собственных мыслей и, не давая себе возможности передумать, поднимаю подножку, еложу, занимая более удобную позу в седле, и проворачиваю ключ. Сцепление, передача, газ — трогаюсь вроде бы неплохо, тело довольно-таки быстро вспоминает свои навыки.

Только что — то идет не по плану, потому что рык подо мной усиливается, а “конь” буквально рвется на волю.

Страх сковывает тело, и я вмиг забываю, где должны быть руки, где ноги, и что вообще надо делать в такой ситуации. Кажется, вместо того, чтобы затормозить, лишь добавляю газ.

Видимо, самое время прощаться с жизнью, потому что метры до перекрестка, на котором только загорелся красный — стремительно сокращаются…

А еще я ловлю глюк, потому что мне мерещится, будто я слышу голос Егора. Машины все ближе, и я зажмуриваюсь, не понимая, что же делать, как чувствую сильный удар, который буквально вышибает меня из