Айдол - Кристина Ли

В памяти всплыла яркая девушка из гримерки — Анна О! Именно на её вечеринке Сая чуть не убили.

— А меня значит, пощадит? — я горько усмехнулась, а Ук припечатал:

— Дай то Будда, чтобы это ты его пощадила, — опять улыбнувшись, он бросил напоследок, — Ван Сик выставил охрану на всём этаже. Его никто не побеспокоит... И...

— Не нужно мне говорить "спасибо", Ук! Не оскорбляйте меня, как любят здесь у вас выражаться.

Мужчина кивнул и тихо закрыл за собой дверь, уходя и оставляя меня наедине со своим страхом. Ведь так и было — я боялась последствий таких отношений. Однако всё равно обернулась и пододвинула кресло, которое стояло у стены, к самой койке, следом буквально упав в него и положив голову на больничные простыни у руки Сая.

Медленно мои глаза наполнялись жгучими слезами. Горячая влага резала нежную кожу век, заставив надрывно всхлипнуть.

Я плакала, и это было отнюдь не редким явлением. Просто привыкла не показывать подобного никому, даже маме.

Медленно моя рука нашла его ладонь, и я схватилась за неё, сжав с такой силой, словно это могло остановить дурацкую истерику.

— Вот же дурак безрассудный! — рука не спеша отпустила прохладную ладонь, а потом я переплела наши пальцы. — Идиoт больной трудоголизмом! Мало ему, что убить хотят, так он решил сам себя прикончить...

Привычка говорить то, что думаю вслух, не подвела меня и в этот раз. Поэтому, наверное, я слишком быстро провалилась в сон лишенный любых сновидений.

Помню лишь то, как ктo-то поднял меня, от чего стало очень тепло. Настолько, что не хотелось просыпаться вообще.

Хотелось спать вечность в этой спокойной темноте, слушая, как кто-то поет очень тихим красивым голосом непонятную песню, но настолько нежную и спокойную, что она словно колыбельная заставляла таять и растворяться в этом сне.

А утром...

Утром напротив меня оказались его глаза. Совершенно темный взгляд, который блуждал по моему лицу, цепляясь за каждую черту и застывая лишь на мгновение, чтобы вспыхнуть, перемещаясь дальше.

— Ты ведь понимаешь, что доигралась? — его губы еле шевелились, но я хорошо расслышала, что он сказал.

— Нет, я сплю... Не мешай мне! — строго захрипела, осознав, что это из-за моей истерики.

Вероятно и моё лицо сейчас походило на опухший ужас, поэтому, зарывшись головой в подушку, я спряталась.

— Куда?! — Сай мигом вернул меня в исходное положение и всё, что я успела — это вскрикнуть:

— Са...

Сладко вжавшись губами в мои, он забрался рукой в мои волосы, удерживая и намеренно заглушая протест своими мягкими губами.

Нежно втягивая их в свои, Сай провёл горячим языком по коже, а я всем телом ощутила, что меня обвили собой настолько крепко, будто удерживая так, чтобы я не смогла сбежать.

Жар разлился по позвоночнику, вызвав желание. Оно побудило смелость, и я уже сама притянула Сая ближе, чтобы протолкнуться языком в податливые губы и утонуть в собственном стоне.

— Пабу... *(Глупая) — тяжело дыша Сай оторвался от меня, смотря в мои глаза и прижимая к себе еще теснее. — Теперь ты перестанешь сопротивляться?

Он приподнял бровь, а я прищурила глаза:

— Всё зависит от того, как вы будете противостоять этим сопротивлениям, госпoдин... Ли! — зашептала в ответ, чувствуя, как Сай ведет ладонью по изгибам моего тела, медленно цепляя пальцами одежду и всё-таки забираясь под футболку... чтобы начинает щекотать.

— Что?! — я попыталась увернуться, но Сай крепко обвил меня ногами, и только ухмыльнулся со словами:

— Такое сопротивление не подходит?

— Это больше... - став хохотать, я произнесла сквозь смех, -... похоже на ребячество, Сай...

Он резко замер, а его взгляд потемнел ещё сильнее.

— Мы в палате... — предостерегающе остановила его, на что Сай просто отмахнулся:

— Плевать!

С этими словами и на выдохе, он прижал меня к койке всем телом, а языком резко ворвался в рот, наполняя влагой, а следом смешивая наши дыхания воедино.

Тeло откликнулось сразу же, двигаясь за Саем так, словно притягивалось к магниту. Он провёл рукой по моей спине, а по коже тут же пробежала дрожь, заставляя льнуть к этому прикосновению. Вынуждая подстраиваться навстречу его движению, пока мои ладони забирались под хлопок больничной одежды, чтобы прикоснуться к гладкой коже, под которой двигались мышцы в такт нашему танцу.

Это не ласки, не безумная страсть... Это медленный и плавящий кровь танец тел...

Гипноз? Иллюзия?

Нет, это просто чувства... То, что я так долго искала и сумела найти.

__________________

Все события вымышлены, поэтому автор просит некотoрые острые моменты не воспринимать буквально и за чистую монету. Это худ. обработка. Никто из айдолов не употребляет подобного рода стимуляторы, но! Кто знает, что творится за кулисами на самом деле?

Глава 11

САЙ

— Это просто шикарно!

— Нравится?

— Однозначно!

— Сделать тебе ещё?

— Да, побалуй меня! Я не ел такое вечность!

Мы сидели на больничной койке. Ногами я обвивал её ножки, прижимая к своей груди мягкое и теплое тело, пока чудо творило невообразимые вещи с едой, стоявшей перед нами прямо на столике.

Ни за что в жизни я бы и не подумал, что картофель "фри" так божественно сочетается с кимчхи, если это всё перемешать.

— Я в раю... — прожевывая, понимал, что чертовски счастлив валяясь полдня в больнице и держа её в руках.

Только ради этого стоило свалиться в обморок от переутомления.

Энджи нахмурилась, взяв в руки палочки, чтобы размешать чачжанмён*.

— На вид это как... - она закусила губу, а я обвил её талию руками, положив подбородок на плечо со словами:

— Просто попробуй... - зашептал на ухо, заметив, как палочки в её пальцах дрогнули, а она сглотнула.

— Ты мешаешь мне есть! — отпихнув меня плечом, на короткий миг Энджи освободилась, но я сжал её сильнее в объятиях, продолжив:

— Ну, попробуй! — опять прошептал, но уже в волосы, которые пахли сладкими духами.

Теми же, которые ощутил, когда вошел впервые в её апаты.

— Я боюсь, что мое зрение испортит впечатление вкусовым pецепторам! Это похоже на гнездо кольцевых червей в болотной жиже.

Вначале округлив глаза, я как мог, давил в себе порыв вернуть всё, что ел обратно, но следом "переварив", что сказала Энджела, рассмеялся так, что затряслась койка.

Упав на спину, никак не мог успокоиться. Эн с невинным видом обернулась, и с выражением полного недоумения на лице, спросила:

— И что я такого