Ты родишь мне сына. P.S. твой босс Волк. Том 1 - Евгения Кец, Екатерина Баженова

Волк отводит меня до самой двери в спальню, а потом лишь поправляет кончиками пальцев мои волосы:

— Спокойной ночи. Отдыхай, а завтра увидимся.

— И даже не поцелуешь на прощание? — удивляюсь самой себе, но слово, как говорится, не воробей.

— Нет у тебя совести, — громко смеётся Вейлин и наклоняется к моим губам.

Раздаётся громкий щелчок в пустом коридоре, и распахивается дверь в комнату:

— Анника? — звучит испуганный голос Сони за моей спиной.

— Отдыхай, — говорит Волк, так и не поцеловав меня.

Его будто ветром сдувает, а я лишь смотрю ему вслед.

— Я требую объяснений, — строго говорит подруга, затягивая меня в спальню. — Почему ты не отвечала на мои звонки?

И что я ей объясню? Что я какая-то сверхъестественная? У меня есть истинная пара? Или, может, что Вейлин шастает в мои мысли, как себе домой? А где мой телефон, я понятия не имею.

— Мне стало плохо, Вейлин отвёз меня в больницу, — решаю умолчать всё остальное.

— Что? Как ты? — подруга обнимает меня, а я расслабляюсь.

Рядом с Соней мне не страшно и всегда легко.

— Уже хорошо. Юлия Олеговна провела анализы, сказали, будут разбираться.

А потом решаю рассказать только то, что Вейлин переживал за меня. Ну и про то, что интерес его ко мне не ослаб, а я теперь не так-то боюсь его.

— На самом деле он оказался не таким уж и страшным, — улыбаюсь, допивая чай на травах.

Мне сейчас не помешает успокоиться и выспаться. Собственно, сразу и ложусь спать, так меньше объясняться придётся.

Утром привожу себя в порядок, одеваюсь и выползаю на улицу. Посижу, подожду Волка на свежем воздухе.

Но как только выхожу, понимаю, что его машина уже стоит у подъезда, а сам Вейлин сидит на скамейке.

— Доброе утро, — улыбается он, хотя по нему и не скажешь, что оно доброе.

— Доброе, — шепчу я, а в сердце колет.

Вижу, что он не спал всю ночь. Тёмные круги под глазами это выдают. Да и в целом выглядит так, будто он здесь всю ночь провёл.

— Вот, — он приподнимает коробку. — Твой телефон разбился. Я решил, что надо заменить его.

Вейлин всучивает мне коробку, а сверху лежит моя разбитая трубка, наверное, он упал, когда мне плохо стало.

— Не нужно было…

— Нужно и очень прошу, не надо спорить. Ты должна быть на связи.

— Ладно, — опускаю голову. — Спасибо.

На самом деле это странное чувство. Ещё никто так обо мне не заботился. Подарить телефон, потому что старый сломался? Скорее всего, я бы просто отнесла свой телефон в ремонт.

Сажусь в машину и рассматриваю коробочку. О таком телефоне я даже не мечтала. Во всяком случае, пока учусь в институте. Денег на такое чудо мне бы не хватило.

— Тебе не нравится? — в мои мысли прокрадывается тихий голос Вейлина. — Хочешь, заедем по дороге, поменяем. Выберешь любой другой.

— Дело не в этом, — мотаю головой. — Телефон замечательный… просто… Я правда благодарна, — решаю не разводить сопли и не рассказывать о своих истинных переживаниях.

Но думаю, Вейлин и сам всё понимает. Вижу это по его глазам. Может, он и не влезал в мои мысли, но он точно не дурак.

По дороге почти не разговариваем, а как только приезжаем на работу, то по требованию Волка идём в столовую. Как бы я ни хотела избежать этого — не выходит.

— Сначала завтрак. Тебе нужны силы.

— Я не хочу поправляться. В прошлый раз… — возмущаюсь. — Я объелась.

— Чем? Одной порцией оленины? Не смеши меня, — отмахивается он и подталкивает меня в сторону столовой.

Как только заходим, мне кажется, что все, кто здесь находится, обращают на меня внимание. Я кожей чувствую их взгляды. Она словно чуют, что я изменилась. Но этого же не может быть?

— Почему все так смотрят на меня? — шепчу я, когда мы садимся за столик Вейлина.

— Тебе показалось, это была элементарная вежливость. Они здороваются с тобой, — будто с рыком говорит Волк, а сотрудники быстро отворачиваются и занимаются своими делами.

Вот это да, они будто услышали его, хотя мы сидим далеко.

Нам приносят завтрак, а я приподнимаю брови:

— Поделись секретом, а, — осматриваю с десяток тарелок, в которых лежит столько еды, что можно лопнуть.

— Высокий метаболизм, — усмехается Волк.

— И почему я не верю, — ковыряю творожную запеканку.

— Ладно, ещё я физически активен.

Приподнимаю брови, ну и выражения:

— Типа в качалку ходишь? — бросаю взгляд на его плечи.

— Типа того. Я много бегаю.

Завтракаем, а я наблюдаю, как Волк с лёгкостью съедает порцию за порцией. И что самое жуткое, не забывает и меня заставлять нормально есть. Хотя «нормально» у нас точно разное.

Выслушав: ты должна быть сильной; тебе нужна энергия, чтобы бороться с духом; еда — это очень важно — и всё в таком духе, съедаю всё, что могу.

Чувствую себя воздушным шариком с водой, который вот-вот взорвётся. Даже дышать сложно. А Вейлину хоть бы что. Довольный и бодрый, ни следа усталости, тащит меня в кабинет.

Но как только мы подходим к двери, замечаю, что за дальним столом сидит Катя. Она косится на меня, а в глазах легко считываю злость.

— Думаю, мне надо извиниться, — шепчу я, глядя на девушку.

Вейлин смотрит сначала на меня, потом на неё и качает головой:

— Нет, не надо. Я ей уже всё объяснил.

— Но это неправильно. Я же причинила ей боль, — настаиваю на своём.

— Екатерина, — громко объявляет Вейлин. — Зайди.

Он заводит меня в кабинет и указывает шкаф. И без слов понимаю, что меня ждёт рабочее платье. Поёжившись, иду за вещами.

За моей спиной раздаётся хлопок двери:

— Вызывали, господин Вейлин, — Катя опускает голову и смотрит куда-то в пол.

Моему изумлению нет предела. Что такого ей сказал Волк, раз она так себя ведёт?

— Я хотела, — делаю шаг к ней, но девушка опережает меня.

— Прости, Анника, я не должна была так поступать, — выдаёт Катя, а я так и застываю посреди кабинета.

Чего это она извиняется? Это же я её током жахнула, а не наоборот.